Литмир - Электронная Библиотека

Алексей Имп

Путь Орла. Книга 1. Ассимиляция

Путь Орла. Книга 1. Ассимиляция - _0.jpg

Часть 1. Тревожные звезды.

Глава 1

Звезды тут светят чуть ярче, чем в околоземном пространстве, и уж тем более заметна разница, если их наблюдать с поверхности планеты.

Олег, сидя в командирском ложементе, то и дело отрывался от созерцания Интегрированного Пульта Управления кораблем (на профессиональном сленге попросту ИПУ) и насторожено бросал взгляд в иллюминатор.

Конфигурация расположения далеких светил оставалась прежней. Привлекающая внимание своими размерами Луна в процессе коррекции курса уже мельтешила по другому борту, а Земля после интенсивного разгона переместилась за кормовую часть аппарата и больше не отсвечивала. Только монотонный звук работы ХСА1 нарушал тишину в рубке.

По космическим меркам до троянской точки либрации было уже рукой подать. Там и до лунной орбиты недалеко, но обычно невозмутимый мужчина почему-то нервничал. Его состояние не ускользнуло от внимательных членов команды космического корабля «Орел».

– Командир, все в порядке, разгон прошел в штатном режиме, запас топлива в пределах запланированного, курс соответствует расчетному, – из соседнего ложемента доложил Константин, пилот командного модуля.

– Принял, Костя, контролируй телеметрию. Хоть в этих точках Лагранжа и присутствует гравитационное равновесие, но на деле в любой момент могут возникнуть внезапные осложнения в виде магнитных бурь. При появлении признаков отклонения от курса, во избежание перерасхода горючего сразу переходи на ручное управление и откорректируй коротким импульсом. Задачу понял?

– Так точно, отслеживаю траекторию, – пилот на всякий случай заранее продублировал переключение режима нажатием двух кнопок на блоке ОВК2 и положил ладонь на ручку управления ориентацией.

– Олег, успокойся, автоматика с этим вопросом справится лучше и быстрей нас, прошлый беспилотный полет «Орла» вокруг Луны это отлично показал, – встрял в разговор заместитель – бортинженер Александр.

– Ага, особенно после того, как сменили женское название корабля «Федерация» на «Орел», все проблемы с проектом сразу прекратились, – попробовал шуткой разрядить обстановку четвертый член экипажа, космонавт-исследователь Алексей.

– Расслабляться еще рано, не забывайте – у нас испытательный пилотируемый полет нового корабля, а не прогулка с женами по улицам Звездного городка, – командир строго оборвал свободомыслие и праздность коллектива на корню.

Остальные многозначительно переглянулись и незаметно пожали плечами внутри скафандров. Хочет перестраховываться полковник, ну, так пусть перестраховывается, ему положено по должности и опыту.

А между тем, ничего внештатного не происходило: «Орел» плавно двигался к орбите Луны, преодолевая пространство со второй космической скоростью.

В динамиках раздался голос оператора из Центра Управления Полетами:

– Орел, прием, доложите текущую обстановку.

– Земля, здесь Орел-4, на борту без происшествий, проходим точку либрации L-5. Состояние экипажа отличное.

– Орел, автоматическая телеметрия корабля передает, что вы переключились на ручной режим управления. Почему?

Все шлемы повернулись в сторону Олега, продолжающего напряженно изучать вид за бронированным стеклом.

– Земля, просто Орел-1 решил провести тренировку экипажа по предотвращению возникновения внештатной ситуации, – выкрутился сообразительный Алексей, не пугать же ЦУП несуществующими страхами страдающего паранойей командира.

– Принято, Орел, держитесь там. Следующий сеанс связи через час. Отбой.

Космонавт-исследователь отключил панель радиокоммутации и с улыбкой многозначительно посмотрел на товарищей, а Константин хмыкнул.

– Алексей, проверь радиационный фон, – не реагируя на проявление снисходительных эмоций командой и не оборачиваясь, коротко обронил Олег.

– Фон в прилегающем пространстве повысился на тридцать процентов и продолжает расти. Рентгены в кабине в пределах нормы, – последовал ответ подчиненного, после изучения шкал приборов на ИПУ.

– Все в порядке, командир, это нормально, не нервничай. Мы вышли за радиационный пояс и теперь получаем все, что прилетает от Солнца в полной мере. Многослойная конструкция защиты корабля была рассчитана и на большее облучение, – прокомментировал бортинженер, он знал педантичный и скрупулезный характер Беркутова, и, если его вовремя не успокаивать, задергает весь экипаж. Но что-то все же пошло не так: люди подсознательно стали ощущать приближение негативной полосы. Внутренняя «чуйка» проснулась уже у всех.

– Фон за бортом подскочил еще на пятьдесят процентов и быстро продолжает расти. Радиация на борту поднялась до верхней границы нормы, – через несколько минут Алексей уже сухим языком сообщил новые показания бортового дозиметра. Улыбка сошла с его лица, теперь оно выражало глубокую озабоченность.

– Была ли информация о вспышках на Солнце? Откуда этот скачок? – Олег, наоборот, казалось бы, буднично и спокойно задал вопрос, хотя в кабине засуетились и заволновались все.

– Просматриваю телеметрию… Нет, вспышек не было. Солнце спокойное как никогда. Командир, радиация превысила норму, мы попали в поток жесткого нейтронного излучения! – Александр быстро проматывал строчки отчетов на экране.

Олег снова бросил взгляд в иллюминатор и обнаружил прямо по курсу полета разгорающуюся звездочку. Ее свет бил ослепляюще ярко и с каждой секундой все интенсивнее. Вот она, уже перескочив первую величину, стала похожа на мощный прожектор, вокруг которого распространялась еле видимая туманность. В кабине запахло озоном и жженой изоляцией. Ему хватило несколько секунд на осмысление ситуации.

– Импульс на маневровые! Костя, реверс тяги, впереди аномалия! Давай быстрее разворачивай кормой вперед и включай торможение на полную, пока нас в нее не затянуло или не прожарило. Экипажу загерметизировать и пристегнуть скафандры, сейчас будут проблемы.

– Выполняю, маневровыми реверс, двигатель максимум!

Всех вдавило в ложементы, перегрузки возросли до пяти G. Космонавты почувствовали во рту привкус крови, а также испытали ощущения жара от нейтронного потока на своей коже.

– Радиация уже многократно превысила норму, мы получили несовместимую с жизнью дозу облучения. Нам не выжить. – прохрипел научный работник сквозь гул двигателя.

– Маршевые, стоп! Константин, глуши мотор, оставь топливо на посадку. Теперь некуда деваться, нас затягивает в аномалию, – Олег, чувствуя, что из носа стекают струйки крови, тяжело похлопал сидящего рядом пилота по руке.

Как только маршевые двигатели заглохли, произошел взрыв кормовой секции. На взбесившейся панели замигали индикаторы декомпрессии, потери запаса кислорода, топлива, емкости батарей, модуль заполнили звуки приближающейся агонии корабля.

– Вот теперь нам точно пришел писец!

Командующий экспедицией в последний раз захотел заглянуть в глаза своих товарищей, но увидел на ложементах лишь их догорающие и распадающиеся в пыль остовы скафандров.

– Прощайте, ребята, – прошептал Олег, прежде чем сознание его покинуло.

Из архива о пропавшей в 2030 году экспедиции «Орел» к Луне:

Межведомственная комиссия по отбору космонавтов к моменту формирования экипажа пришла к единодушному мнению, что лучше кандидатуры для руководства первым пилотируемым испытательным полетом новой модификации КК «Орел» – не найти, и утвердила Беркутова на этой должности.

Краткая выдержка из его личного дела:

Летчик-космонавт Российской Федерации Беркутов Олег Германович.

вернуться

1

       Холодильно-сушильный агрегат выводит из корабля тепло и влагу, неизбежно накапливающиеся в воздухе ввиду присутствия на борту людей.

вернуться

2

      Блок кнопок особо важных команд.

1
{"b":"716964","o":1}