Но все безрезультатно.

На стекле остаются лишь только неглубокие отметины от попаданий. Оно хорошо держит удар. Би-метал запорного механизма насколько прочен, что ни лазер, ни пули ему не страшны.

Шальные пули рикошетят от стен, изредка попадая в броню нападавших.

Болезненные удары. Но это все же лучше чем смерть.

Неожиданно внутри реакторной начинается движуха. Две синие молнии стремительно вылетают через открытые энергоразьемы в стене.

Крутятся по замкнутому помещению, ища, куда бы наверняка ужалить свою жертву. Затем энергетические субстанции пронзают насквозь веселящихся врагов, проникнув в диэлектрические скафандры через клеммы подпитки планшетников. Вынырнув из сползающих наземь врагов, синие энергетические пришельцы начинают жечь изнутри подпорку запорного механизма.

У них нет физической оболочки, а значить и дееспособных рук. Только так они могут помочь своим новым союзникам.

Только плазменным энергетическим огнем.

В этот раз у энергетических пришельцев нет времени на то, чтобы попытаться захватить под свой контроль вражеские сознания и начать управлять их телами.

Солютяне остолбенело наблюдают за происходящим не веря своим глазам.

Из временного ступора Лапуса выводит то, что рукоятка открытия двери, на которую он продолжает упорно давить проваливается вниз. Дверь под нечеловеческим нажимом поддаётся открытию вперед. Лапус по инерции летит вперед. Прямо к реактору. Это его заветная цель.

“Я должен успеть! Должен! От этого зависят наши жизни!!!!”, – мельтешит сознание солютянина.

Споткнувшись обо что-то лежащее на земле, он падая летит дальше вперед.

Последнее, что он помнит, перед тем как удариться ушной раковиной об острый угол выступающей вперед станины реактора, это то, что на таймере высвечивается 00:03. Уже теряя сознание, правая рука упорного парня интуитивно пытается нащупать большую грушевидную рукоять отмены самоликвидации реактора.

Пытается, но никак не может.

Дальше темнота. Полный провал в никуда.

Нет ни ведений, ни снов.

“Наверно мы все умерли, – пульсирует само по себе левое полушарие.

Оперативная память почему то все еще активна.

Из забытья подполковника выводят хлесткие удары по щекам.

«Раз-два, раз-два, раз-два», – методично считает он про себя наносимые ему удары. “Как на плацу в военном училище!”

«Раз-два, раз-два, раз-два ……., сейчас последует команда повернуться направо!», – мечтает курсант Лапус.

Однако через некоторое то время все же срабатывают болевые рецепторы и эйфория улетучивается..

Неприятно …. все-таки!

Кто осмелился на такое?

Солютянин начинает приходить в чувство. Он старается понять что же все таки происходит.

Кто-то бьет его, или старается привести его в чувство?! Пока он этого не понимает.

“Надо бы посмотреть”, – туповато решает упавший на пол парень.

Однако что-то мешает ему приоткрыть глаза и хорошенько проморгаться.

Откуда-то издалека доносятся глухие голоса. Как свозь вату. Ту, что окутала все его тело и мозг. Все вокруг него.

Руки почему-то его не слушаются.

Тем не менее, Лапус делает усилие. Нужно поднять руки, поднести к их лицу и протереть глаза. А затем открыть слипшиеся веки.

- Лапус! Лапус!

- Ты ЖИВ?

Очнись, – слышатся, чьи то голоса, словно из другого мира, откуда то издалека. Как будто за темной тучи, серым коршуном нависшей над ним.

Но один из голосов отличается от других.

Явно девичий. И судя по интонации, девица эта, сласть как хороша!

- Приди в себя! Очнись!

- У тебя все получилось!

- Мы живы!

- Ты все-таки успел нажать на эту проклятую кнопку.

“Кто такой Лапус? И что от него хотят”, – проносятся странные мысли в гудящей как колокол голове.

“Лапуууус? Лааапус”, – пробует на вкус странное имя лежащий на спине солютянин могучего телосложения. Все его тело закрыто в чешуйчатой броне, за исключением головы. Он намеренно отдал приказ импланту не надевать бронированный шлем, чтобы лучше видеть цель своей миссии. Грушевидный рычаг, который спасет всех их от неминуемой смерти.

“Лапппус. Лапппушка!”, – вновь проноситься в гудящей голове. Именно так его в детстве звала самая добрая на свете бабушка Галла.

“Кто такой Лапус”, – вновь спрашивает он сам себя.

“Да, Лапус – это ведь я!, – приходит моментальное прояснение сознания.

“Я, я это!!!!!”

“Значит, пытаются дозваться именно меня. Но почему так трудно просыпаться и жутко болит голова!”, – наконец приходит самопознание личности.

Он пытается просканировать повреждения тела, используя вживленный в голову нейро-имплант виртуального общения. Однако, функция кибергдоктора недоступна. Аптечка, встроенная в затылочные чешуйки брони бездействует. Да и вообще с его имплантом что-то не так. Чип, по всей видимости, поврежден при ударе о реактор. Он постоянно глючит, заставляя мужественное лицо непроизвольно морщиться от пронизывающей мозг импульсивной боли.

Глаза с трудом раскрываются. Совсем недавно они были залиты его собственной кровью. Синеватую субстанцию с лица уже удалили, но та, что просочилась в складки между веками, стала вязкой, и немного засохнув, практически склеила их.

Вокруг, согнувшись над ним, стоят два подчиненных ему инженера и парни из штурмовой группы. На лицах искреннее сочувствие и забота. Да, и что тут говорить. Этот парень спас их от неминуемой смерти. Под потолком крутятся две синих субстанции, пытающие просканировать его мозг. Но у них ничего не получается.

Необычайно красивая девушка-десантник, склонившаяся над ним, стоя на коленях, продолжает вытирать влажной медицинской салфеткой его лицо, заботливо приподняв голову героя своей неожиданно крепкой девичей рукой. Для удобства оказания первой медицинской помощи ее защитный чешуйчатый комбинезон спущен до самой талии. В разрезе немного разошедшейся в разные стороны униформы, с расстёгнутыми верхними клеммами, при каждом нагибании над лежащим на полу пострадавшим парнем, виден шикарный женский бюст четвертого размера. Девушка из принципа не носит бюстгальтера.

И то, что видит Лапус, просто классно!!!

«А ведь, похоже, что она только что делала мне искусственное дыхание, рот-в-рот!», – бросило в пот геройского парня.

“Бляха! Такие, не ДАЮТ”, – проносится в голове быстро приходящего в себя Лапуса шальная мысль.

“Эти амазонки из десантного звена, славятся своей неприступностью и гордостью”, – продолжает размышления молодой подполковник.

“Отбор в штурмовые звенья их десантного фалка особей женского пола очень суров. Лишь одна из тридцати претенденток способна выдержать экзаменационный тест. Однако, после обучения силовым приемам, любая из них может вышибить дух из тела мужской особи одним лишь ударом стройной ноги в солнечное сплетение или другое чувствительное мужское место. Такой гибкой растяжки и быстроты реакции, как у этих знойных баб из группы захвата, ни у кого из мужиков, нет и в помине. По жизни, из бравых мускулистых парней с ними никто старается не связываться. Себе дороже. Лучше подцепить какую ни будь красотку из другого подразделения. Например, из медчасти, фалка связистов и отделения компьютерщиков. Ведь техники-очкарики, не конкуренты плечистым десантникам”.

Взгляд Лапуса тускнеет. Пустые мечты! Ведь у него нет никаких шансов завести роман с такой строптивой секс бомбой. Даже при всем при том, что он из группы высшего командования крейсера. Кодекс Солютянина – превыше всего! Равенство полов и всякая другая дребедень!

Тем не менее, что-то во взоре юной амазонки говорит серьезно пострадавшему герою, что у него все же есть шанс. ЕСТЬ! Сегодня ему открыты все двери. И не только двери!

Наладив знакомство один раз, дорога в ее жилой модуль будет оставаться открытой до той поры пока он не совершит какой ни будь оплошности, приударив за другой нимфой.

Но он не такой дурак. Совсем не дурак! Он не упустит такого момента.

Сегодня же вечером пригласит ее в офицерский клуб. Лапус давно приметил эту скромную девушку с волевым лицом, но как-то все не решался к ней подойти, зная, что ему все равно откажут.