Только полученные в многочисленных боях рефлексы и врожденное чувство присутствия опасности со спины спасли девушку от неминуемой гибели. Она успела нырнуть на пол, оттолкнув идущего с ней в паре капрала Янсона за угол.

Уже в полете ее боевой лазер, расплавился с боевым дроидом заступившим на службу и распознавшего в них непрошенных гостей. На этом неприятности не кончились. Как только дроид вышел из строя, обе шлюзовых перегородки, находящееся впереди и позади передовой группы с громким металлическим лязгом захлопнулись, и вместо откачиваемого воздуха в замкнутое пространство стало поступать отравляющее вещество. Ребятам здорово повезло. На тот момент, по приказу Ванессы они все еще находились в легких абордажных скафандрах прихватизированных у сайклов. Пришлось быстро натягивать на голову прозрачные шлемы, находившиеся в походном положении, за спиной. И это хорошо, что они были на три размера больше чем у людей. Не пришлось искать защитный колпак в конвульсиях и судорогах.

Повезло!

Магнитные присоски моментально сделали свое дело. Кислородная смесь стала поступать в автоматическом режиме.

- Влипли, – злобно прошипел в гарнитуру рации Янсон.

- Где, то в шлюзовой видимо был расположен пункт идентификации, но мы его второпях проскочили.

- Да, что-то там было, – припомнила женщина офицер.

- Какое-то углубление и светящийся зеленый глазок.

- Углубление, похожие для индификации собачьих лап с толстыми когтями, – проанализировав картинку, всплывшую в хорошо тренированном мозгу десантника, – протянула Ванесса.

- Теперь я понимаю, почему он не реагировал на нас.

- Был в отключке. А теперь видимо врубилась дублирующая система.

- Раш! Ковбой!? Как у вас там?

- Все пока спокойно, – тут же ответил ее парень.

- Только входной люк самопроизвольно закрылся.

- А шлюз мы пока без твоей команды не открывали.

- Но мы в скафандрах. Шлемы не снимали, – быстро отреагировал ученый, перекрикивая звук ревуна подающего сигнал тревоги.

- Грир! Ты где, – вызвала Ванесса командира первой группы.

- Мы в спортивном зале!

- Мы ничего не трогали!

- А что у вас там стряслось. Почему ненормально воет сирена.

- Молодцы, – похвалила бойца Джеймс.

- Сидите там и никуда не высовывайтесь, – подумав скомандовала мастер-сержанту старлей.

- Сейчас свяжусь с командованьем.

Однако она так и не успела этого сделать. Командир отслеживающий каждый их шаг сам вышел на связь.

- Как там у вас дела ребята? Докладывайте, – чуть ли не одновременно послышался в рации запрос полковника Янга.

- Да не скажу, что хорошо. Попали в мышеловку, – бодро доложила старший лейтенант.

- Одного охранного дроида я вырубила. Но на корабле по моим подсчетам их будет несколько сотен. Так что со всеми не справлюсь.

- Похоже, мы не прошли процедуру опознавания расположенную в шлюзовой камере или где то дальше по коридору.

- Охранная автоматика корабля заперла нас в одной из секций транспортного коридора и подпустила отравляющего вещества.

- Хорошо, что система чистки не врубила режим экстренной радиоуглеродной дезинфекции.

- Просто повезло! Были бы уже скелетиками.

- А так, – часа четыре продержимся.

- Других средств подавления противника в отсеке не наблюдается.

- Предполагаю, что новой схватки с охранниками – роботами пока не предвидится. Во всяком случае до откачки отравляющего газа.

- Но если что, то мы готовы.

- По моему приказу техническая группа осталась во входном шлюзе, но их тоже там заперло. Правда обошлось без нападения и отравляющего газа.

- Вас понял, – адекватно среагировал командир.

- Хорошо, что сообщили подробности.

Недовольно хмыкнув, полковник отключился.

Ревун в отсеке гремел, как колокол набата, болезненно сдавливая барабанные перепонки.

Ванесса не выдержала этого звука похожего на волчий вой и лай собаки одновременно и точным попаданием лазера сожгла проклятую железяку.

“Корабль вроде как мой и матчасть тоже жаль. Но уж больно на нервы действует этот шакалий вой”, – решила про себя новоиспеченный капитан корабля.

“Надо бы подумать как корабль назвать”, – используя невольно появившееся время, подумала девушка.

“Неугомонный”, – как то само собой напросилось первое название рейдера. Но это как то слишком сексуально. “А, вот “Решительный”, – вроде ничего. “В общем надо покумекать над именем своего корабля, потом будет не до этого, и кораблю всучат какое ни будь левое имя!”, – не выходило у нее из головы.

Размышления на эту тему вновь прервал вызов командира.

- Ванесса!?

- На связи, полковник!

- Доктор Раш вместе с Волкером сейчас посмотрят, что можно сделать у входного люка.

- У них вроде как с собой есть аппаратура взлома паролей, ну а арсенал Правителя Ориона я думаю тебе и так хорошо известен.

- Как ты понимаешь Зорк уже в курсе происходящего и уже начал действовать.

- К слову сказать, он чуть-было сквозным импульсом главный комп не сжёг.

- Сама понимаешь момент неожиданности. Рев стоит такой, что даже у нас здесь хорошо его слышно.

- Ну, ну! Вы там поосторожней. Это ведь мой корабль насколько я поняла, – не выдержала девушка.

- Ладно! Не нервничай. Передам ему твою просьбу, – успокоил девушку командир.

Разблокировать охранную систему оказалось совсем непросто.

Выводить из строя столь важную систему совсем не хотелось, поэтому Николас действовал со стороны входа, а Зорк вместе со своим помощником из помещения рубки корабля и командного центра одновременно.

Для того чтобы вновь обмануть, а затем вырубить дублирующую систему нужно было вводить у входа новые параметры экипажа корабля и коннектировать их с обновлённой базой идентификации личности.

К тому же пришлось взламывать несколько паролей, которые знали только лежащие на полу боевого мостика ксеофонты, пока упорная система безопасности наконец-то не сдалась.

Через два часа, отравляющий газ начал откачиваться назад в предназначенный для него баллон. И лишь только после этого в замкнутое пространство сначала поступил дезактивационный элемент, вызвавший бурное образование серой пены на стенах, полу и скафандрах людей, которая быстро застывала, а потом сама собой рассыпалась в прах. Только после забора и проверки уже очищенного воздуха внутри отсека, в него стала закачиваться живительная кислородная смесь.

Шлюзы вновь открылись, открывая доступ к следующим помещениям рейдера. Однако Ванессе с капралом больше рисковать не хотелось.

Им пришлось вновь вернуться в шлюзовую камеру для прохождения процедуры опознавания.

Теперь все было в полном порядке.

К этому моменту, носителю энергии вместе с Николасом и Дэйлом удалось полностью заменить в базе данных параметры связанные с идентифицируемыми личностями экипажа корабля и лиц имеющих ограниченно дружественный статус, на время, отключив эту охранную опцию у технических и военных дроидов, а заодно и у остальных систем которым требовалась авторизация. В противном случае не один из боевых истребителей, либо технических флайеров так бы и не поднялся с взлетно-посадочной полосы рейдера.

Двигаясь внутрь корабля, техническая группа еще неоднократно натыкалась на охранно-идентификационные датчики, расставленные по всему судну. Но на этот раз все они беспомощно моргали желтым свечением, сообщая о том, что система опознавания временно недееспособна.

На “Звезде Ксеофонта” больше сюрпризов не было.

Чего нельзя сказать о двух других трофейных кораблях.

На “Посейдон”, вовремя сообщили о возможных неприятностях, связанных с системой опознавания и солютянам удалось избежать этой напасти. Их технические специалисты вместе с представителями энергетического мира, не только нейтрализовали анологичную охранную систему, но и используя сканеры личностей своей расы, оперативно заменили конечную аппаратуру, введя изменения и в базе данных экипажа трофейных кораблей. Теперь идентификация была такой же, как на их собственном корабле. В базе данных числились практически все представители “Посейдона” и даже “Судьбы”. Табол отдал дань уважения тем, кто так много сделал для сохранения их цивилизации приказав присвоить им не ограниченный доступ, как гостям, а присвоить полноценный статус члена экипажа. Для людей была предусмотрена опция опознания не по шести, а всего лишь по пяти пальцам правой передней конечности. Исключение было сделано лишь приматам. Они получили ограниченный допуск на эти корабли, и то исключительно под надзором своих внутренних хозяев.