Одновременно ребята решили разобраться с устройством капсул сна.

Часть экипажа продолжила изучать технические знания, накопленные солютянами, а полковник Янг, доктор Раш, Адам и Ева Броуди и Волкер отправились в тот отсек крейсера, где размещались капсулы сна. Или, как их называли сами Солютяне – спасательные коконы. Стремительно летающие в воздухе кресла, использующие принцип антигравитации быстро домчали исследователей внутрь корабля. Туда, где за тройной системой безопасности уже несколько тысячелетий покоился истинный экипаж космического скитальца.

На этот раз, во избежание каких либо казусов с системой телепортационных лифтов, было принято решение передвигаться в перемещающихся в пространстве креслах.

В результате все они оказались перед массивными бронированными дверьми в виде круга. Такими, которые чем то напоминали вход в подземные хранилищах банков. С мощными запорными устройствами и тройной системой блокирования несанкционированного проникновения в этот отсек корабля.

Чтобы кресла не “сбежали” назад на командный мостик крейсера, их предусмотрительно “привязали” к этому месту и на всякий случай обесточили.

Группа исследователей на мгновенье замерла перед помещением, в котором должны были находиться спасательные коконы с помещённым в них экипажем “Посейдона”.

- Лоя, сообщите последние данные персоналу крейсера, – обратился к главному компьютеру корабля полковник Янг.

В пространстве тут же материализовалась знакомая проекция – голограмма красивой Солютянки.

Она тут же выдала уточненную информацию:

– Согласно штатного расписания – 347, – По списку – 326, – В спасательные коконах – 232, – Потери – 94 (офицеры 40, подофицеры 23, младший командный 31).

Полковник Янг удовлетворенно крякнул.

- Насколько устойчиво работают спасательные капсулы? Все ли члены экипажа живы, – спросил он.

Согласно полученному докладу, следовало, что лишь девятнадцать капсул за время вынужденного водного плена имели некоторые сбои в своей работе.

По всему получалось, что за бронированными дверьми находились более двух сотен солютян помещенных в то ли в сон, то ли в особое состояние, при котором живой организм инопланетян мог просуществовать сколь угодно долго.

О том, как сохраняется жизнь на этом корабле, информация напрочь отсутствовала.

- Лоя, откройте пожалуйста дверь ведущую в отсек спасательных коконов, – отдал приказ полковник.

После некоторой заминки последовал короткий ответ главного компьютера.

- Извините полковник, но это не входит в мою компетенцию.

- Лишь капитан корабля уполномочен сообщить очередной смене убывающей на дежурство все цифры шифра, открывающие вход в отсек спасательных коконов. У меня есть только первая часть нужного вам кода.

Команда исследователей была ошарашена. Главный компьютер должен был знать все. К тому же, он может просто просчитать недостающие цифры сложной комбинации.

Однако никакие приказы и уговоры не смогли заставить Лою нарушить заложенный в неё четкий алгоритм поведения.

Вот тут то все и пожалели о том, что с ними рядом нет Зорка. Носитель энергии быстро бы справился с проблемой, зайдя по электрическому кабелю либо информационным каналам внутрь защитной системы оберегающей вход в нужный им отсек.

Но носителя энергии на этот раз с ними не было.

- Ладно, попробуем сами, – самонадеянно заявил Николас, направившись прямиком к панели управления с инопланетными иероглифами. Но, не дойдя около метра до заветной консоли, он тупо уперся в невидимую стену преграждающую доступ к бронированной двери. Защитное поле, создаваемое энергетическим экраном, надежно преградило ему путь. В отличие от боевого щита, оно было на ощупь податливым и вязким, однако чем больше на него давили, тем жёстче оно становилось, отталкивая назад непрошеных посетителей.

Справа на стене тревожно замигал какой-то индикатор, а из динамиков под потолком раздался металлический голос, “Внимание, несанкционированное проникновение!”.

Если бы не Лоя, то у отсека собралась бы целая армия охранников – металлических сороконожек, набросившихся на нарушителей покоя экипажа корабля.

Доктор Раш, шустро отскочил назад. Он на всю жизнь запомнил то неприятное чувство, которое охватило его, именно в тот момент, когда его скрутили по рукам и ногам металлические роботы охранники.

Пришлось сначала заняться панелью управления защитным экраном. Но и тут требовался пароль, которого у них не было.

Лоя упорно хранила тайны необходимых им кодов. Она не была уполномочена сообщать эту информацию. Даже при том условии, что все прибывшие на корабль имели самые приоритетные уровни доступа, какой то маленькой детали все время не хватало для получения нужного им разрешения. Все попытки вручную и при помощи переносных ноутбуков подобрать ключи к комбинациям архи сложных паролей не увенчались успехом. Цифровые коды были перемешаны с многочисленными комбинациями разноцветных световых импульсов, что значительно усложняло все дело.

Наконец, кто-то догадался обследовать комнату отдыха и каюты соютян, погибших во время своей смертельной дуэли. В офицерской каюте начальника дежурной смены прямо на прикроватной тумбочке лежал пластиковый жетон. Именно такой который вставлялся в устройство разблокировки защитного экрана.

Это было большой удачей.

Как только жетон был вставлен в предназначенное для этого гнездо, преграда для продвижения вперед, пала.

- Ну вот, теперь можем заняться бронированной дверью, – облегченно заявил полковник Янг.

- Однако, я не очень то верю в то, что без помощи главного компьютера “Посейдона”, нам удастся подобрать нужный пароль.

Доктор Раш и оба инженера, более не слушая рассуждения своего командира, быстро вскрыли консоль, предназначенную для открытия бронированных дверей. Прозванивая вручную разноцветные провода они пытались найти именно те, которые вели к цифровому замку чужого корабля.

Мужчины, как известно сторонники силовых решений. Этим он сейчас и занялись, разложив на полу ключи и отвертки странной конфигурации, вынутые из ремонтного комплекта, предусмотрительно захваченного Волкером из кладовой с ЗИПом.

Вот уже около половины суток, парни безрезультатно бились над разгадыванием инопланетного шифра.

Тем временем, Камиллу Рэй прибывшую посмотреть на их бесполезное занятие осенила еще одна идея. “А что если нужная им информация была при себе у кого – то из дежурной смены? Может где ни будь в комбинезоне или кармане верхней одежды”.

Эта догадка, как ни странно оказалась верной. Но запоздалой.

Когда женщина задала вопрос Лое, насчет того, где в настоящее время находиться останки обоих дуэлянтов, погибших во время своего последнего разговора, то оказалось, что они уже разложены на атомы, вместе со всей истлевшей одеждой и ее содержимым в дезинфекционной камере.

Лоя честно перечислила содержимое уничтоженных вещей. Среди них были два пластиковых жетона. Надписи с них никто не считывал.

- Нихрена себе, – только и промолвил опешивший полковник.

- Это же надо быть такими тупыми!!!

Больше никаких зацепок. Хоть бери в руки плазменный резак, что собственно говоря, и сделал доктор Раш. Однако Солютяне хорошо позаботились о собственной безопасности. Бронированный биметалл не поддавался ни алмазному флексу, ни плазменной горелке, ни ращепителю материи.

Патовая ситуация.

Неутомимый Адам Броуди, вместе с Волкером, даже разобрали стену соседнего отсека, по схеме примыкающего к заветному хранилищу жизней экипажа. Но в результате, они наткнулись на бронированную стену, созданную так же из биметалла.

Когда “Судьба” вынырнула из сверхсвета, ученые все еще ломали головы над тем, как же вскрыть злополучные бронированные двери ведущие в осек со спасательными коконами. А Волкер с горя хорошенько напился. Даже здесь он быстро соорудил превосходный самогонный аппарат. Сладкие блюда и инопланетные десерты корабельного ресторана оказались отличным ингредиентом для изготовления истинного шотландского виски.