зрителям.
Он чувствовал, как его авторитет растет с каждой секундой и его это вдохновляло на окончательный разгром врага, пока он не очухался.
– А слаб вам всем пройти мое испытание?! – продолжал Антон
вызывающе. Чего молчите?! В штаны наложили?!
– А какое испытание? – настороженно спросил Санька.
– Завтра все узнаете! – сказал Антон, уходя по тропинке вверх.
Вот и посмотрим, сколько у вас трусов на всю вашу округу.
Оставшаяся ребятня в упор смотрела на Саньку, враз подставившего всех перед каким-то заезжим пацаном, который еще вчера ничего собой не представлял, а сегодня был для всех героем, так как еще никто не смог пройти это испытание, а тем более выдвинуть что-то в ответ.
Наступившая ночь, была на удивление теплой и спокойной. Необычным было только то, что на этот раз спали все, кроме Саньки. Завтра решалась его судьба. Он просто обязан будет пройти испытание Антона, или ему к тетке хода больше нет. И это обидно. Ведь он уже несколько лет был местной звездой у живших здесь ребятишек. Терять позиции он не хотел. Угораздило же его заесться на этого Антона.
IX
На следующий день, с утра, Антон с родителями опять купались в море. Антон не умел еще плавать, но смело качался на волнах в своем надувном круге. Он вспоминал вчерашний ужас, последовавший за ним триумф и, ждал вечера для отмщения. Никогда ему еще не было так страшно, как вчера в пещере. Он понимал, что Санька не зря собрал такую толпу ребятишек. Если бы Антон опозорился, то никто с ним не захотел бы общаться. Теперь он хотел наказать заносчивого Саньку за его выходку. Пусть побудет в его шкуре! Пусть именно над ним посмеются теперь ребята!
После моря и обеда, мама с папой ушли отдыхать, а Антон остался во дворе. Он пролез через ограду соседского палисадника и сорвал цветок георгина. Понюхав его, пробормотал:
– Нормально…, что надо – и засунул в карман ветровки.
Антон долго еще ходил по двору и никак не мог понять, куда делся Санька. Обычно для всех жителей его присутствие просто чувствовалось.
Наконец, в открытых воротах появился Санька с ватагой пацанов.
– Ну, что? Говори, что нужно делать? – смело заявил он.
– Да пока ничего, – сказал Антон. Просто собери всех до одного,
кто был вчера у пещеры, в том числе и девчонок.
Пацаны разбежались собирать остальных, а Санька стал выпытывать у Антона, какое испытание он им приготовил.
– Совсем не страшное – сказал Антон. Но его вполне хватит, что
бы понять кто балван, а кто нет.
Когда все собрались, Антон повел их в сторону небольшого пустыря мимо которого он, с родителями шел, когда их в первый день вела тетка Софа смотреть квартиру. Он еще тогда почувствовал зловонный запах и увидел лежавшую недалеко дохлую собаку, которую уже начали расклевывать вороны.
Когда все подошли к месту, сразу начали хвататься за носы. Девочки достали платочки и отскочили в сторону.
– Ну что, запыхтели? – сказал Антон, с трудом сдерживая
дыхание.
Вонь действительно была ужасающей.
– А теперь посмотрим у кого кишка тонка, – сказал он.
Повторяйте все по очереди за мной.
Антон подошел к собаке и сунул в расклеванное отверстие в брюхе палец. После этого он быстро засунул палец в рот и, изобразив улыбку блаженства, облизал его.
Все девочки, сдерживая рвотные позывы своими платочками, с криками побежали врассыпную. Пацаны отпрянули на несколько шагов назад, с ужасом думая, что им предстоит сделать то же самое.
– Ну что, зассали …?!! Слабо повторить…?!! Только над
другими ржать умеем!!! – кричал Антон, надвигаясь на них.
Он схватил Саньку за руку и потащил к собаке.
– Давай доказывай, что ты крутой, а то опозорю на всю округу!
Санька не сопротивлялся. Он понял, что попал. Ребятам что? Им терять нечего, они не претендовали на лидерство, а ему – что-то надо делать. Он сморщился и засунул палец в брюхо собаки. Почувствовав копошащихся в брюхе червей, он резко отдернул руку и помчался к ближайшей колонке. Пацаны бросились наутек. Антон отошел от собаки и достал цветок георгина. Он сунул в него нос и дышал, дышал, дышал…, пытаясь заглушить рвотные позывы.
Цель была достигнута. Все посрамлены, причем еще не знают на сколько. Но это они еще узнают. Антон торжествовал. Отмыв палец, он вошел в дворик и присел на скамеечку. Запах, от растительности во дворе, просто опьянял. Он сразу вспомнил одну из любимых фраз отца – «все познается в сравнении». Разве до этого момента, мог запах старого дворика так ему нравиться?
Вскоре раздался вой сирены. В дворик заехала машина скорой помощи, а следом забежали несколько девчонок, участвовавших в Антоновом мероприятии, и их родители. Одна из девочек показала на Антона пальцем и завопила:
– Вот! Это он! Он! Он еще и нас заставлял!
Антон понял, что пора смываться. Он помчался в подъезд и уперся во что-то большое и теплое.
– А-а, бисова душа!!! Куда прешь неглдя?! Тетку Софу еще ни
кто сдвинуть не смог! Подрасти трошки…! Шо такого зрбил,
шо тебе экипаж к дому подогнали?!
На балкон вышли Антоновы родители. Бежать было уже поздно.
– Это ваш ребенок? – спросил доктор у родителей, выходя из
машины.
– Да, наш,– сказала мама, – а что он натворил?
– Ему срочно нужно сделать промывание желудка и поставить
укол, иначе будет поздно. Он может отравиться трупным ядом.
Пока дядя доктор рассказывал маме и папе историю с собакой, Антон стоял в окружении местных жителей, девчонок и сбежавшихся пацанов. Только одного Саньки не было, он на двадцатый раз отмывал с мылом свой палец и проклинал тот момент, когда решил испытать новичка.
Люди с ужасом и гримасами отвращения слушали рассказ дяди доктора, а тетка Софа, держась за сердце, сидела на лавке и обмахивалась веером. Мама и папа были в ступоре. Нет, они конечно готовы были к разным неприятностям, но такого богатого воображения от своего сына они не ожидали.
Когда Антона стали затаскивать в машину, он вырвался и заорал:
– Да вы что, не понимаете что ли, что это был фокус?!!
– Какой еще фокус? – спросил доктор.
– А вот какой, – сказал Антон и засунул в нос по самый упор
указательный палец. После чего, засунул его в рот.
Все ахнули. Кто-то из взрослых сказал, что мальчика надо проверить на психику.
– Повторяю еще раз и… медленно – сказал Антон, удивляясь
всеобщей глупости.
Он снова засунул указательный палец в нос, а потом, медленно переводя руку ниже, поменял палец на средний и засунул его в рот. В толпе раздался хохот. Санька, успевший подключиться к событию, стоял, открыв рот. Свой палец он до сих пор держал в намыленной мочалке. Тетка Софа сидела и вся тряслась от хохота.