– Что ты думаешь о Присцилле?
– Вопрос некорректный, – замялся друг, но подумал другое. – Она – твоя женщина и родная сестра моей любимой женщины, так? Тогда что я должен ответить?
Смешная ситуация, но еще нелепее ходить в блаженном неведении.
– Правду. Я не хочу начинать свою чистую страницу жизни в роли дурака.
Поведать даже поверхностно об этой язвочке и суток не хватит, подумал Крейг. И как бы не наговорить лишнего, описывая все ее черты, которые сплошь имели темный оттенок.
– Она – сильная личность. М–м… Упрямая. Принципиальная. Дерзкая. Чаще всего несносная.
Хитрая и изворотливая, добавил Крейг про себя, но это Харви и сам поймет это со временем.
– И все? – торопил его друг. – Больше добавить нечего?
Крейг набрал в легкие побольше воздуха, потому что должен сказать товарищу единственную чистую правду, которая отобьет у того желание копать глубже. За эти слова ему не нужно будет в будущем просить прощения ни у друга, ни у Бога:
– Она любящая… До безумия… – честно произнес Крейг. – Она одной ногой уже в безумии… Иногда мне кажется, что она помешалась. Когда она узнала, что у Вас с моим знакомым инспектором случился конфликт, и ты оказался в клинике, то готова была напустить на меня всех бесов! А когда ей сообщили окончательный диагноз и степень тяжести твоей травмы, то готова была саморучно придушить меня!… Спасибо при сестре она себя старается контролировать. Я же избегаю ее, – честно без грамма юмора произнес он. – Девочка должна остыть, но… Но я и сам не могу найти себе оправдания… Хотя понимаю, что это несчастный случай…
Харви начинал уставать. Он по–дружески положил руку на плечо Крейга:
– Довольно самобичевания. Я лучше Вас всех вместе взятых знаю, каким несносным сам могу быть. Я уверен, что выпросил тот удар дубинкой.
– Битой, – виновато поправил Крейг.
– Здесь сказочно, – будто не слыша слов друга и продолжая наслаждаться бризом, восхищался Харви. – Надо будет здесь провести несколько дней. Но… Но для начала я должен разобраться в своей жизни. Мне не нравится то, что я наблюдаю. Какая–то Санта–Барбара…
Крейг прыснул от смеха, вспоминая времена свой юности, когда без исключения все его пассии не могли пропустить ни одной серии этого резинового сериала. И встречи с девушками четко согласовывались с программой передач. От этого зависело в котором часу пройдет свидание: до кинопоказа или после.
– Там все друг с другом спали, – брезгливо резюмировал Харви. – Как я понимаю, в нашем четырехугольнике все чинно? Боже! – тяжело выдохнул он. – Как еще меня Бог отвел от этой ошибки, за которой только пропасть?…
– Ты хотел поужинать вчетвером? – отводя беседу от грязной темы, поинтересовался Крейг. – Где? Во сколько? Выбор за тобой, но если ты передумаешь – я пойму.
– Нет, – сразу же без колебаний ответил Харви. – Я готов встретиться со своей бывшей… жизнью, – неуверенно добавил он.
– Прошлой жизнью, – детализировал друг.
Крейг не скрыл своего неприятия к оговорке товарища, но всеми силами заставлял себя не обращать на эти мелочи никакого внимания, ведь все осталось в прошлом. Или нет?
– Ты забыл, что твоя невестушка встала на дыбы, как только я заговорил о том, что рано или поздно, а мы должны встретиться вчетвером?
– Я помню, – кивнул Харви. – Этого все равно не избежать как бы ей этого не хотелось, и она это поймет. В семь. Подъезжайте к «Бронзе», – заключил он и зашагал в сторону своей яхты.
Квартира Присциллы.
Девушка все время после отъезда Харви не находила себе места. Мужчина отсутствовал уже три часа. Где они? Куда Крейг его повез? Негодяй уже познакомил Харви с Шанталь? Что Харви о ней подумал? Сестра ему понравилась? Вспомнил ли он свою любовь к ней? Присцилла смотрела на свое отражение в зеркале и хотела расплакаться. Всегда оптимистичная с гордо поднятой головой сейчас она походила на пугливую мышь, зажатую в угол когтистыми лапами кота. Этим котом был Крейг. Мало того, что он, мягко сказать, недолюбливал Присциллу, так еще и похоже поставил перед собой цель не дать ей даже чуть–чуть приблизиться к товарищу… Крейг это оправдывал братской дружбой с Харви, но Присцилла не верила ему, потому как личную неприязнь не скрыть и ничем не замаскировать….
Девушка всегда была хороша собой, но стремление походить на сестру губило в ней чувство собственного достоинства, и поэтому она уже с юношества подсознательно была обвешана комплексами. Присцилле по доброму завидовала, что Шанталь имела в отличие от нее вьющиеся волосы, но это можно исправить завивкой. Также она переживала, что у сестры в зависимости от настроения глаза могли приобретать новые оттенки, но и это было исправимо цветными контактными линзами, но что сделать с ростом? Шанталь всегда была миниатюрной копией куклы Барби, а она? Присцилла была выше, шире в бедрах и… Сейчас Шанталь была шатенкой имея страсть к стилю героини мыльных опер Кэррингтон, которая по совместительству являлась родной сестрой Крейга…
Но внутренний надлом, который произошел с Присциллой после несчастного случая с Харви, изменил ее и внешне. Сейчас она приняла решение вопреки всему бороться за сердце любимого, стараясь влюбить его в себя настоящую: с блестящими ровными платиновыми волосами, серыми глазами и формами, достойными топ–моделей… Но… Но юношеские комплексы не одолеть за несколько дней…
– Мне никогда не стать тобой, даже если я перекрашусь и перейму твой стиль! – с горечью высказала Присцилла фотографии сестры. – Любовь же стирается после потери памяти? Или… Или любовь вечна?…
Грустное и неутешительное замечание. Присцилла кинула расческу, которой делала укладку. Хотелось расплакаться, даже не смотря на внутренний стержень. Если все правильно и теория верна, то стоит ли прихорашиваться? Харви все равно посмотрит мимо… Боже! Ведь стоит только постараться, и приятельствующие отношения вполне могут перерасти в любовные, и он воспримет Присциллу…
– Как соседку по комнате… – с горечью прошептала она и вновь швырнула в угол на сей раз любимое платье, которое хотела одеть к приходу Харви…
После Присцилла достала первое же, что попалось в гардеробе и на глаза вновь навернулись слезы… Есть ли смысл в этой борьбе?
– Да где же ты?! – надрывным голосом прохрипела она, устав ждать Харви.
Девушка без конца дергалась после того как обзвонила все места, куда мог увезти Харви его несносный друг. Их не было ни в офисе Харви, ни у Крейга на фирме, ни в его особняке… В душу закрался леденящий страх. Позвонить Шанталь? И как себя вести, услышав, что мужчины заехали к ней в дизайнерское агентство «Утонченность»? Ранее Присцилла помогала сестре тянуть ее маленький бизнес, но после несчастного случая с Харви она не могла себя заставить переступить порог «Утонченности». Сестра вновь сошлась со своим тайным любимым мужчиной, каким оказался Крейг, и собралась посвятить себя семье, а не бесполезному выжиманию прибыли из маленького агентства. Эта запутанная история любви извела всю четверку: ее, сестру, и Крейга с Харви… И продолжает изводить до сих пор, но уже влюбленную парочку в меньшей степени. Харви совершенно ничего не помнил о встрече с сестрами, но паранойя Присциллы усугублялась. Она будто приняла на себя весь огонь судьбы. И вот сейчас девушка тряслась не хуже осинового листа, переживая из–за ужина вчетвером, ведь Харви вновь мог заинтересоваться Шанталь. После того как она раскрыла перед мужчиной некоторые пикантные подробности его прошлых чувств, Харви будет пристальнее присматриваться к сестре. А нужно как раз наоборот!
На стационарный телефон позвонили, но Присцилла проигнорировала звонок. Она будет готова, если не станет отвлекаться. Чувства, написанные на лице, не замажешь, потому что в любом случае страх выступит на ее бледном лице, как ни прихорашивайся. Может стоит выпить для храбрости и раскрепощенности перед ужином? А может просто принять успокоительное? А если потом придется выпить спиртное во время ужина? Можно ли совмещать эти вещества? Ну что же ей делать? После несчастного случая с Харви она мало спит, плохо ест и отказалась от работы. Так можно и с ума сойти…