- Ерунды-то не говори, - буркнул Ункар, - чего такому человеку в наших краях делать.

- Так что? У вас все серьезно? – допытывалась мать.

Кира бросила отчаянный взгляд на сестру, Рей поджала губы. Весь этот треп, игра в счастливую семью, с которой они должны поддерживать отношения. А зачем, черт подери? Родителям от них нужны только деньги, они сами никогда родителям нужны не были, только если в качестве девочек для битья. Смешно, но иной раз Ункар был человечнее матери, в нем порой было больше терпения и понимания, чем в Глэдис. Права была Кира, когда хотела порвать все отношения с матерью и отчимом еще тогда, шесть лет назад. Рей прямо видела жадность в глазах матери и отчима, словно в старых мультиках, знак доллара, вместо зрачка, и звук кассового аппарата зазвенел в воздухе. Можно было бы улыбнуться этой ассоциации, но только было совсем не смешно. Было противно, муторно на душе, тяжело. Рей затошнило от этого дома, от приторно-сладкого запаха духов матери, от духа перегара, исходящего от отчима. Хотелось бежать отсюда со всех ног.

- Мам, - процедила сквозь зубы Рей, - давай не будем об этом говорить.

- А тебя никто и не спрашивает! – ощетинилась мать, - ты вообще позор семьи! Сначала связалась с мальчишкой этим, Соло, который в тюрьму загремел и чуть тебя за собой не утянул, потом…

- Это неправда! – выкрикнула Рей, вздрогнув всем телом при упоминании Бена, - неправда! Он бы никогда…

- Аааа! А свидетельствовала ты просто так против него? Ясное дело: себя выгораживала! А строила из себя такую благородную! – завелась мать, - книжки все читала, о любви говорила! Тьфу! Где она твоя любовь теперь! Нет ее! И не было!

Каждое слово матери отдавалось дрожью в теле, словно гвозди вколачивались в крышку ее гроба. Бам! И стало трудно дышать. Клац! И потемнело в глазах! Бам! Бам! В висок ввинчивался ядовитый, визгливый голос матери, проезжался по натянутым нервам, отдавался застарелой болью в сердце. Бам! Бам! Бам! Безжалостные удары, наносимые от глупости, черствости, равнодушия.

- Хватит! – вдруг прервал поток ругани звонкий голос Киры.

И Рей словно очнулась, она сидела, вжавшись в спинку кресла, стиснув руки, лежащие на коленях, в замок, дрожала всем телом, смертельно побледнев. И не могла сказать ни слова, была снова, как и много лет назад, беззащитна перед жестокостью этой женщины, что называла себя их матерью.

- Хватит! – повторила Кира, резко поднимаясь, хватая Рей за безвольную руку, - мы уходим!

- Ну и пошли вон отсюда! Богатенькие выскочки! – несся вслед им голос матери.

Они выскочили на улицу, держась за руки. Матерясь вполголоса, Кира заводила машину.

- Ни за что к ним больше не поеду! – бормотала сестра, - как ты меня ни проси.

Они выехали на улицу, разгоняя мальчишек игравших на проезжей части в футбол.

Рей все еще дрожала, кусала губы в тщетной попытке успокоиться.

- Не слушай ее, - произнесла Кира, - не вздумай в голову брать то, что она говорила! Рей, - сестра съехала на обочину, повернулась к девушке, - посмотри на меня!

Рей подняла на Киру тяжелый взгляд.

- Я знаю, - мягкой произнесла Кира, - как тяжело тебе дался тот судебный процесс. Я знаю, - девушка глубоко вздохнула, - я знаю, как ты его любила.

Рей вздрогнула всем телом, задышала часто, пытаясь не заплакать. Она вдруг знала, что скажет ей сейчас сестра. В этот момент они были близки, словно близнецы, что иногда могут читать мысли друг друга, без труда угадывая чувства. Рей знала. И мысленно взмолилась: нет! Пожалуйста, нет! Не говори этого! Не надо! Но Кира ее не слышала, Кира в своем всегдашнем эгоизме была глуха к мысленным мольбам сестры.

- Ты спасла меня тогда, - произнесла Кира, - только мы с тобой знаем, почему ты свидетельствовала против Бена. Только ты и я. И я всегда, - слышишь? – всегда буду тебе за это благодарна. Если бы ты этого не сделала тогда, черт его знает, где бы я теперь была.

И Рей натурально взвыла мысленно. Куда как проще было считать сестру неблагодарной тварью и корить себя за ошибку в прошлом, говорить себе, что поступила тогда глупо и неправильно. Но как говорить себе это теперь, когда Кира напомнила о том, почему Рей это сделала? И почему она продолжает защищать сестру и сейчас, когда вроде бы Кира вовсе не нуждается в ее защите. Рей молчала, ей нечего было сказать сестре. Ее слова, такие правильные, нужные, утешающие сделали только хуже, вновь разрывая Рей на части. Рей молчала, Кира отвернулась.

- Куда тебя отвезти? – деловито спросила сестра.

Рей закусила губу, решение пришло мгновенное. Вероятно, неправильное и опрометчивое, но отступать девушка была не намерена.

- К Пейдж Тико.

Кира бросила на Рей быстрый взгляд.

- Могу я узнать зачем? – спросила настороженно.

- Поболтать хочу, - процедила Рей, - о том, о сем.

Они подъехали к дому Тико буквально через пару минут, у Рей даже времени не было, как следует, обдумать то, что она собиралась делать. Ладно, значит, будет импровизация, в которой, к слову, Рей никогда не была сильна.

- Спасибо, Кира, - Рей ткнулась сухими губами в щеку сестры, - спасибо, что подвезла. И…за то, что сказала, - тоже спасибо. Для меня это очень важно.

Не дожидаясь ответа сестры, Рей выскочила из машины и поспешила к дому Пейдж, взлетела на невысокое крыльцо, забарабанила в дверь. Послышались тяжелые шаги, дверь открыла Роуз. Увидев Рей, девушка побледнела, чуть подалась назад. Рей решительно отодвинула ее и вошла внутрь.

- Привет, Рози, хочу поболтать с Пейдж, - бросила Рей, устремляясь вперед, не слушая протестующий вопль девушки.

- Что здесь, - на шум вышла Пейдж и осеклась, увидев Рей, глаза ее расширились, она нервно сглотнула.

Рей критическим взглядом оглядела Пейдж. Лицо в синяках, над правой бровью – шов, правая рука – в гипсе, правая нога вся в синяках и ссадинах, на левую голень наложен эластический бинт.

- Ты что здесь делаешь? – пошла в наступление Пейдж.

- Пришла узнать о твоем самочувствии! – рявкнула Рей.

- Да ты, - опешила от такой наглости старшая Тико, - да я…да тебе нельзя тут находиться!

- С чего бы, - нехорошо усмехнулась Рей, наступая на девушку, которая попятилась с выражением страха на лице, - ты же отозвала свое заявление, судебного запрета не приближаться к тебе нет.

Она приперла ее к стенке.

- Может, мне, правда, тебя побить, а? Ну чтобы ты не болтала попусту!

- Рей, - Пейдж сжимала и разжимала в кулак левую руку, - слушай, Рей, я…ну так получилось.

- Ты охренела?! – заорала Палпатин, ударив кулаком в стену рядом с головой Пейдж, заставив Тико взвизгнуть от неожиданности, - так получилось?!

- Рей! Отойди от нее или я вызову полицию! – раздался позади испуганный голос Роуз.

Рей отпрянула от Пейдж, медленно обернулась, глядя на Роуз с телефоном в руке.

- Не надо, - произнесла, подняв руки с развернутыми ладонями, - не надо, полиции. Я просто хочу знать правду.

Пару мгновений они с Роуз смотрели друг другу в глаза, а потом младшая сестра Пейдж удивила Палпатин до глубины души. Она отшвырнула от себя телефон, несчастный аппарат улетел, удачно приземлившись на диван, всхлипнула, сердито отерла слезы ладонью и заявила:

- Все. Я так больше не могу. Я все тебе сейчас расскажу.

- Не вздумай, Рози! – выкрикнула Пейдж.

- А вот и вздумаю! – парировала Роуз, - так нельзя! Мы поступили подло!

- Роуз, - угрожающе протянула Пейдж.

Но Роуз только отмахнулась от сестры.

- Пейдж упала, - произнесла она, глядя Рей в глаза, - свалилась с лестницы и очень сильно покалечилась. Страховки у нее нет, сама понимаешь, - она пожала плечами, - ну вот. Болела дома, Хакс сюда таскался, приносил то денег, то продукты. Но было все хуже и хуже. А потом появился он.

- Он? – недоуменно спросила Рей.

- Хлыщ лощеный, - подала голос Пейдж, отлипнув от стены, прошла в середину комнаты, взяла пачку сигарет со стола и закурила, - такой весь из себя. Волосы зачесаны, костюмчик, ботиночки начищены, часы дорогущие на запястье. Не из наших краев, сразу видно.