— А сам не догадываешься? — прищурил глаз на здоровой половине лица второй Пес. После чего подернулся маревом, будто те ублюдки из Мифического Рассвета, когда исчезали их доспехи, и перед Клиганом в воздухе завис длинный клинок из матового черного материала.

— Умбра, — догадался он.

— В яблочко, парень! — хохотнул клинок, снова принимая облик Сандора. — Признаться, я надеялся, что ты будешь посообразительней.

— Хе! — усмехнулся «оригинальный» Клиган. — И какого Пекла тебе надо?

— Поговорить, — скрестил руки на груди Умбра. — В конце концов, ты теперь мой новый хозяин, так?

— И о чем ты хочешь говорить? — настороженно проскрипел Сандор.

— Да так, расставить все на свои места. Спешу заметить: я крайне редко утруждаюсь являться новым владельцам! Если быть совсем точным, то ты второй такой за всю историю, — усмешка исказило лицо, скопированное с его собственного.

— И с чего такая великая честь? — сарказм Пса был почти материален.

— Может, потому что на тебе — печать Розы? — тоже прищурился Умбра. — Ты — слуга Сангвина, — пояснил он. — Принадлежишь ему, телом и душой! Так что, если бы я попытался залезть тебе в башку, у меня бы мало что вышло.

— И какого Пекла?...

— Сделка, — усмехнулся меч с лицом Сандора. — Я даю тебе силу, а ты меня кормишь — все ясно и до безобразия просто! Причем, заметь, безо всяких побочных эффектов вроде навязчивых мыслей и безумия!

— Слишком жирно, как по мне, — подозрительно сощурился Пес. — Откуда мне знать, что ты не лжешь?

— А ты спроси своего патрона, — усмехнулся в ответ клинок. — Спроси его, кто я такой на самом деле! И поймешь, почему мне нет резона лгать! Я ведь, — тут лицо Умбры стало совершенно серьезным, — уже давно жду тебя.

— Какого Пекла все это?!... — начал было Пес, но туман вокруг начал обволакивать его собеседника. За секунду до того, как Клиган окончательно проснулся, Умбра достал откуда-то и протянул ему какой-то темный предмет.

Шлем. Шлем в виде оскаленной собачьей головы.

— Ты все поймешь, — донесся до него голос из тумана. — А пока просто прими этот скромный дар в качестве аванса…

Через несколько дней пути по Красной кольцевой дороге они достигли развилки, от которой начиналась дорога на северо-запад, к Корролу. Могли бы и быстрее, но пришлось топать пешком почти три дня вдоль западного берега озера Румаре, до главных ворот Имперского Города — лошади на продажу нашлись только там, в столичных конюшнях.

По дороге и особенно у ворот, когда он снял шлем, на него постоянно косились. Да что там косились — откровенно пялились! Пес на это лишь криво ухмылялся: он привык к таким взглядам.

Здоровенный бугай, облаченный в антрацитово-черные латы и собакоголовый шлем — не каждый день встретишь подобное! А уж когда он шлем снимал, открывая свой жуткий шрам…

Но с расспросами никто не приставал. Ну, рыцарь, ну здоровенный, ну в странном шлеме — чего только не увидишь здесь, в Сиродииле, центре огромной Империи?

Правда, далеко не каждый странствующий рыцарь мог похвастаться полным комплектом эбонитовых лат!

Пеклов меч не обманул — подарок был знатный! Почти точная копия старых лат Клигана, вот только сделанные из прочнейшего эбонита. Впрочем, Зои успокоила Сандора: странствующий бретонский рыцарь-маг в дорогущих латах — нечастое явление, но вполне объяснимое.

В Хай Роке постоянно идут большие и малые феодальные войнушки. Не говоря уж про неистребимую традицию бродячего рыцарства! Так что, посовещавшись, они решили остановиться на легенде, что Клиган — бежавший с родины землевладелец, заложивший свое поместье и заказавший на эти деньги комплект снаряжения для дальних странствий.

Легенда была так себе, учитывая его внешность законченного висельника, но кто здесь, в Метрополии, станет допытываться о судьбе странствующего бретонца? Как и в Вестеросе, если ты мастерски владеешь мечом и облачен в дорогущие доспехи, тебя автоматически зачисляют в благородные и не особенно интересуются прошлым.

Вопреки опасениям Сандора, Умбра больше никак себя не проявлял. Странный сон, коротки разговор и эбонитовые латы Ленвин, изменившие форму, будто по волшебству: вот и все свидетельства того, что этот меч чем-то отличается от остальных.

Правда, стоило положить ладонь на рукоять — и пальцы ощущали слабое покалывание. Будто смешок на грани сознания. Но не более того.

Путь по Черной дороге — тракту, отходящему от Красной кольцевой дороги и ведущему к воротам Коррола — занял почти неделю. Большую часть барахла, в том числе стеклянный меч, булаву, элементы эльфийских лат, в общем, все, что Пес нашел в Вилверине — он продал еще у конюшен Имперского Города. Зелья, свитки и Велкиндские камни Зои убедила его оставить, заверив, что в Гильдии Магов Коррола их можно будет продать с куда большей выгодой.

В какой-то момент виноградники и оливковые рощи начали сменяться обширными овощными фермами и полями пшеницы, а липы и сосны — могучими дубами. Как прокомментировала дремора, это означало, что они въехали на территорию графства Коррол.

Одноименный город выглядел, хоть и не так монументально, как Имперский Город или та же Королевская Гавань, но все равно внушал.

— Коррол — житница Сиродиила! — просвещала Клигана Зои, пока они не спеша ехали по тракту — такому же ровному и чертовски удобному, как и тот, что пришелец из Вестероса видел ранее. — Конечно, хлеб выращивают практически во всей Метрополии, особенно на юге. Но в Скинграде и Кватче слишком гористая местность, в Анвиле слишком засушливый климат из-за соседства с Хаммерфелом, Лейавин с Бравилом слишком болотистые и влажные, а про Бруму я вообще молчу… — самозабвенно вещала замаскированная дремора, покачиваясь в седле. — Есть еще, конечно, Чейдинхол, но сильно влияние данмеров и нордов. Первые в принципе не умеют выращивать зерно, вторые растят только ячмень… и тот весь изводят на пиво! — фыркнула девушка, тряхнув черными кудрями.

Пес хмыкнул. Если забыть про ублюдка Олафа, шлюху Астрид и имбецила Торуга — норды ему, в принципе, нравились.

Ах, да, еще не забыть в говно пьяную копию Барристана, мать его, Селми — Иррока Широкого! Но этот старик вызывал скорее жалость, чем неприязнь. Да и, в конце-то концов — Сандор Клиган и сам очень любил выпить! И вполне понимал бездетного старика, потерявшего девчонку, ставшую ему чем-то вроде дочери, и потому заливавшего своё горе алкоголем.

По словам Зои, норды были чем-то вроде северян из мира Сандора. Прямолинейные, сильные, стойкие, любящие выпивку… Честные — в том простом и понятном для Клигана варианте слова «честь», который многие сраные южные рыцарьки отвергали. Даже сраный ублюдок Олаф, несмотря на всю свою мразотность, был по своему честен!

Так, может, когда все утрясется, податься в этот их Скайрим, и осесть там?...

Он даже замер от таких мыслей. Сандор Клиган, бешеный Пес Ланнистеров, злобная циничная мразь — и всерьез думает, как осесть в глуши, купить дом, завести хозяйство…

«Может, еще жениться решишь?» — зло осклабился он. Смешливое настроение, вызванное забавными и непривычными мыслями, как ветром сдуло. «И какая баба, кроме абсолютной шлюхи — которые, кстати, тоже каждый раз отворачивались от твоего лица! — согласится стать женой чудовища, вроде тебя? Не смеши бог… даэдра!» — в последний момент поправился он.

Еще раз тряхнул головой, он посмотрел вперед.

Тракт плавно спускался с холма, открывая обзор на сверкающие золотом обширные квадраты полей, обрамленные малахитовой зеленью могучих дубрав. На них копошились многочисленные фигурки — сбор урожая шел полным ходом!

— Ты говорила, что в Скинграде и Кватче земледелие затруднено из-за гор, — буркнул Пес, пытаясь хоть как-то отвлечься от мрачных мыслей. — Но тут, вроде как, тоже предгорья, разве нет?

— Это в окрестностях столицы, — кивнула дремора, которая, кажется, была даже рада, что Клиган наконец-то заговорил. — Но и тут — видишь, — повела перед собой рукой девушка, — земля достаточно жирная. А в низинном Корроле — и вовсе хватит полей, чтобы прокормить миллионную орду смертных!