Самых лучших кто у него был.
– Мне очень жаль, но я не увидел ни одной, которая бы привлекла внимание Саида. Такое чувство, что я попал на самую обычную птицеферму. И одна курица от другой отличается разве что гребешком и оперением. А уж если мне такое надоело, то у Саида и подавно аппетита не появится.
«У Саида? – казалось ещё немного и у Евы сердце выскачет из груди. – Неужели он ищет девушку для того самого Асманова?»
Тело забило дрожью озноба.
Казалось, ещё немного и она уже не сможет устоять на ногах.
Оказаться в ближнем окружении этого мужчины, всё равно, что опуститься на дно океана!
Это был мир, в который раз и навсегда была закрыта дорога для её сводного брата. Мир, в котором она впервые за долгое время могла почувствовать себя человеком.
А что если там ей будет плохо?
А разве здесь хорошо? Разве эта небольшая передышка способна спасти её от гнева Аббаса? Разве этот побег способен отвратить неизбежное?
До этого момента она и так уже прошла все круги Ада. Побывала практически в каждом закопченном котле и точно знает, что хуже может быть только смерть!
– Сколько с меня? – поднимается Хасан, и его примеру тут же следуют телохранители.
– Ну о чём ты говоришь, брат, – очень старается улыбнуться директор, хотя у него практически на потном лбу написано что он в самой настоящей панике. – Всё за мой счёт. Друзья Саида – это и мои друзья.
Теунов не стал благодарить за подобную щедрость. Да и зачем, если уже с самого начало было понятно, что ему здесь и к кошельку прикасаться не понадобится.
Такие люди как он – не платят. Такие как он только и знают, что пользоваться положением и авторитетом своего главаря.
В какой-то момент у Евы появилось отвращение к этому человеку. Таких как Хасан она всегда считала падальщиками.
Вокруг Аббаса всегда кружила целая стая подобных людей. Ни на что не способных обывателей, которым однажды повезло ухватиться за того, кто привёл их добыче.
– Подождите! – остановила его Ева, подходя к столику. – Вы ещё не видели меня.
Падальщик или нет, но если он на самом деле введёт её в круг Саида Асманова, то это уже не будет столь важно.
– Тебя? – повернулся к ней мужчина, с пренебрежением осматривая с ног до головы. Первое, по чёму прошелся карий взгляд стал её простенький наряд. Синяя футболка и потёртые джинсы явно не вызвали у мужчины ничего кроме откровенного пренебрежения. А после лица он и вовсе наградил Еву ехидной усмешкой. – Шла бы ты отсюда, девочка. Таких бесприданниц как ты – пруд пруди. Еще немного и каждая дворовая шавка будет считать себя особенной.
– Но я особенная, – продолжила настаивать на своём Ева, видя, что ещё немного и мужчина действительно уйдёт.
И она не врала.
В отличие от всех остальных девушек у неё действительно был на руках самый главный козырь, которым Ева уже не могла не воспользоваться. Какой вообще смысл держать его до конца, если она уже сейчас может упустить самый важный момент в своей жизни.
– Да неужели? – съехидничал мужчина, непонимающе приподняв брови. – И чего же в тебе такого особенного, чего я не увидел ни у одной из этих цыпочек?
Произносить это вслух было стыдно. Всё что касалось секса, всегда вызывало у Евы панику и страх. Её уже начало трясти от неловкости, в голову ударил адреналин, а слова комком застряли в пересохшем горле, вызывая сдавленный хрип.
– Я девственница…
– Что? – кажется, не расслышал мужчина, заставляя Еву произнести это громче.
– Я. Девственница.
Сложно было понять, что именно заставило Хасана Теунова напрячься. То ли недоверие к подобному заявлению, то ли сам факт, что стоящая перед ним девочка действительно никогда ни с кем не спала.
– Сколько тебе лет? – задал он вполне логичный вопрос.
Несколько из-за того, что не поверил словам Евы, а лишь для того, чтобы подтвердить её совершеннолетие.
– Двадцать.
– Двадцать? Паспорт с собой?
– Да, – она никогда не расставалась с ним.
Кто знает, в какой именно момент ей снова понадобится сорваться с места.
В какой-то момент в голове Евы промелькнул страх, что Хасан Теунов поймёт что документ фальшивка. Но, как оказалось, его мало волновала подлинность её паспорта.
Задержав взгляд на строке с датой рождения, он довольно усмехнулся:
– Хорошо, Настя. Давай мне свой номер. Завтра тебя проверит врач и если твои слова подтвердятся, я отвезу тебе куда надо.
– Ну вот и порешали! – довольно хлопнул в ладоши её директор.
Всё это время он наблюдал за ними будто затаившийся в кустах шакал, дожидаясь окончательного вердикта Хасана.
Мужчины ушли, а Ева так и осталась стоять у их столика в компании начальника.
– Это правда? То, что ты ему сказала? – ничего не ответив, она просто кивнула, сжимая паспорт вспотевшими руками. Сердце колотилось как ненормальное, кидая её из жара в холод. – Заканчивай работу и иди домой. Ты должна быть отдохнувшей.
В придаток к выходному, директор нагрузил Еву полными коробками еды. И это было впервые за три недели, когда она позволила себе нормально поесть. Было странно понимать, что не успела она ещё понравиться самому Асманову, а её жизнь уже стала немного легче.
Ровно в девять утра Еву отвезли в больницу. Теунов не стал рисковать своей репутацией и настоял на своём присутствии во время обследования.
Какая разница хочет этого русская девка или нет. Главное чтобы всё прошло честно. На его веку уже были случаи, когда в поисках лучшей жизни, девушки подкупали врачей, а порой даже проводили хирургическое восстановление девственной плевры.
– Раздевайся и садитесь на кресло, – указала женщина на ширму, пока сама записывала её данные в журнал.
Ева неспешно избавилась от обуви и джинсов, не расставаясь с бельём вплоть до самого осмотра. Да, сейчас она не больше чем лошадь, которую собираются купить, но ей всё равно не хотелось лишаться оставшихся крох достоинства.
– Расслабься, больно не будет, – сорвала доктор, подкатываясь к широко разведённым ногам девушки, поправляя латексные перчатки.
«Больно не будет» – повторила про себя Ева, прекрасно понимая, что это самая настоящая лож.
Она знала, как именно всё будет. От первой секунды и до последней. Знала всю процедуру от начала и до самого конца. Знала всё ощущения и боль, которая пробивала каждый раз, когда в неё вставляли зеркала.
Аббас часто возил её на подобные осмотры. Специально проверяя, не успела ли она переспать с кем-нибудь, пока его не было дома.
– Ну что там? – голос Хасана выдавал его нетерпение.
Мужчине явно натерпелось, узнать на ту ли лошадь он поставил.
– Всё именно так, как и было сказано. Девочка девственница. Следов от хирургического вмешательства тоже нет, – отстранилась от неё доктор. – Осталось взять мазок и проверить кровь. Если результаты будут хорошие, то сразу же сделаем девочке противозачаточный укол.
– Нет, – отрезал Теунов, заставляя Еву напрячься.
Сама мысль оказаться беременной пугала её, доводя до настоящей истерики. И тот факт, что Асманову может захотеться секса без малейшего предохранения, выбивал у неё землю из-под ног.
– Пусть её хозяин сам это решает.
А вот здесь мужчина соврал. Саид всегда, посылал своих женщин на контрацепцию. И сейчас дело было не в нём, а самом Хасане.
Он знал, что в этой девочке не было ничего особенного, чтобы Саиду захотелось провести с ней больше пары раз.
Ну попробует он на вкус неразработанную киску. Испачкает простынь в её кровь. Кончит на несколько минут раньше обычного. И что дальше?
Про таких как Настя (когда дело будет качаться посторонних, она будет Настей) говорят: «Ни кожи, ни рожи». Обычная девочка с улицы, которых пруд пруди и только одно делало её куда более привлекательной – невинность.
Сам факт того, что Настю не нужно было вытаскивать из-под мужиков, казался Хасану более чем привлекательным. Ну а Асман? Так это совсем не тот человек, после которого можно побрезговать.