– Не надо гранату, – послышался изнутри чей-то испуганный голосок. – Я сейчас. – И спустя пару секунд наружу выскочил ещё один гном, даже моложе двух предыдущих.

– Что за детский сад, – скривился Африк.

Троица юных солдатиков разглядывала носки своих сапог.

– Знаете, где база? – спросила девушка.

Гномы кивнули, не отрывая глаз от сапог.

– Тогда пошли прочь.

Троица нерешительно переглянулась, сделала парочку неуверенных шагов и побежала прочь.

На секунду Ли было задумалась, успеют ли эти юнцы добраться до базы к ночи, но почти сразу же выкинула жалостливые мысли из головы. Это не её дело. Их жизни в их руках.

– Что ты сделала с машиной? – спросил Африк, – когда три имперских бойца скрылись в снежной дали.

– Перебила питание, – пояснила девушка. – Там всё просто, я в два счёта починю. Ты пока погрейся внутри. И глянь, у них должны быть там тулупы…

Тулупы и вправду нашлись. И даже впору оказались. И варежки нашлись и очки тёмные и шарфы. И ещё много чего полезного нашлось, включая провизию. И машину рыжая гномиха починила очень быстро. Всё вышло как нельзя хорошо.

– И куда ты ведёшь? – спросил гном, когда день уже полностью перешёл в вечер.

– Подальше, – буркнула Ли. – Ночью буря будет.

– Согласен, – выглядывая в маленькое окошко, и осматривая небо, уронил Африк.

Девушка внезапно остановила машину и замерла, будто что-то обдумывая.

– Что случилось? – решил всё же поинтересоваться гном спустя пару минут.

– Бери лыжи и пошли, – внезапно отрезала гномиха. – Эта машина оставляет слишком большой след. Нас быстро найдут.

– Ты уверена? – нахмурился серобородый разведчик, огорошенный внезапной переменой цели.

Вместо ответа Ли взяла свою пару лыж и начала выбираться наружу. Африк громко выдохнул и последовал её примеру.

Снаружи стало ещё холоднее. Лицо мгновенно стянуло, превратив в подобие резиновой маски. С неба, маленькими воздушными ваточками, медленно опускались снежинки. Где-то вдали грохотала приближающаяся буря. А прямо перед ними начиналось подножие гор Закилии, ведущее на воющее плато и самый восточный город саархилов – Нуун.

Африк уже ничего не спрашивал, он просто посмотрел на Ли.

– Нам нужно найти пещеру на ночь и всё обдумать, – бросила ему девушка.

– Пещеру? – буднично ответствовал гном. – Здесь-то? И где же…

Но видя улыбку гномихи, Африк оборвал себя на полуслове.

– Ну, пещера, так пещера, – пожал он наконец плечами. – Веди.

Глава 47: Суд

За ним пришли днём.

Никто ничего не говорил, но он понял, что его ведут либо на казнь, либо на показательный суд (аристократы Хуорна обожали показательные суды). Уж больно торжественным выглядел момент. Все эти нарядные стражники, синхронно выполняющие все движения, эта гнетущая тишина, это полное отсутствие зрителей. Даже Фитах и Шимхани не пришли попрощаться, но это, скорее всего, было связано с тем, что они спешили занять свои места на будущем спектакле.

За серым особняком ждала повозка с железной клеткой, в каких обычно перевозят опасных животных. Ну конечно, подумал Хинамон, куда же без неё. Жаль кандалы сняли, картина будет не полной.

На светло-синем небе полностью отсутствовал даже намёк на облака. Погода стояла просто прекрасная. Лёгкий тёплый ветерок, щебетание птиц в деревьях, скрип колеса повозки.

Везли недалеко, не в парк, как полагал сам разведчик, а к дворцовой площади, что стояла чуть юго-восточнее особняка Фитаха. В целом хорошее место, просторное, как раз для казни или суда.

Самое странное, Хинамон абсолютно ничего не чувствовал. Из него будто что-то вырезали, что-то очень важное, и теперь на том месте зияла пустота, выкачивая из него остатки эмоций. Ему было плевать, что с ним будет, казнят его или будут дальше пытать. И не то, чтобы он хотел умереть, нет, ему просто было плевать, понимаете? Будто он больше не сосуществовал с этим миром в одной плоскости. Будто он был теперь где-то вовне, за пределами всего сущего.

Повозка встала, не доезжая до площади, что предвещало пешую прогулку. Они любят подобные трюки. Оттянуть момент. Пешая прогулка будущего смертника добавляет изюминку в представление.

Что ни говори, а сделали всё красиво. Блестящую от чистоты площадь обрамляли умело сколоченные трибуны, так хорошо вписывающиеся в пейзаж, будто находились здесь с самого основания города. И, как вы и сами думаю понимаете, яблоку негде было упасть.

Стоило сварту сойти с повозки, как кандалы надели вновь. А он-то уж запереживал, что будет выглядеть недостаточно покорённым и сломленным в глазах зрителей.

К большому удивлению сварта, никто не кричал, не укал и вообще не проронил ни слова. Он не спеша дошёл до установленного в центре дворцовой площади постамента в абсолютной тишине. Сопровождающие его конвоиры натянули цепь с кандалов и пристегнули её к трибуне, после чего спешно удалились. Но стоило ему взобраться на деревянный пьедестал, как…

– Хинамон чёрная молния, – громко представил его выходящий в свет дворцовой площади герцог Мифмарилл, прерывая затянувшуюся тишину.

Высокий, статный, гордый. Настоящий герцог, достойный того, чтобы занять трон Хуорна. В расшитом серебром белом камзоле, с серебряной тростью в правой руке, с блестящей диадемой на белых волосах.

Удивился ли разведчик, увидев знаменитого правителя Звездопада? Нисколько. Он ожидал чего-то подобного и знал, что окончательный вердикт ему вынесет именно этот предатель.

– Ты обвиняешься в сговоре с орками, в частности с самим королём Шагратом; ты обвиняешься в сговоре с северянами; ты обвиняешься в убийстве своих собратьев и, самое главное, ты обвиняешься в убийстве короля Вамхарона.

Хинамон молчал.

– Тебе есть что сказать в своё оправдание, Хинамон? – театрально вопросил лунный герцог, опираясь обеими руками на трость и задирая голову.

Разведчик продолжал молчать. Нет смысла говорить что-то на купленном суде. Мифмарилл любой его выпад обернёт против него же самого, а веселить публику не входило в планы Хинамона. Хотят казнить? Пускай. Но развлекать этих увальней он не намерен.

– Беря во внимание особое положение, я, как представитель совета, выношу тебе сме… – внезапно голос герцога оборвался, затем послышался чей-то крик и трибуны разорвало в фонтане криков, воплей и неразберихи.

Вот Хинамон видит падающее тело герцога Звездопада, а в другой момент аристократов, убивающих друг друга прямо на трибуне.

– Что здесь происходит… – прошептал в никуда Хин.

В этот момент к нему подбежал какой-то малой с охапкой ключей наперевес и принялся лихорадочно подбирать нужный, чтобы отпереть кандалы разведчика.

– Что здесь происходит, парень? – спросил его Хин, когда тот освободил наконец эльфа от тяжёлых цепей.

– Революция, господин, – улыбнулся паренёк, взирая на сварта светящимися от счастья глазами.

И тут в голову эльфа забралась одна нехорошая мысль.

– Ты случайно не видел, где сидел барон Шимхани? Это очень важно, – схватив юношу за руку, спросил разведчик.

– Кажется, там, я не уверен, – указал парень в самое начало трибун, туда, откуда заходил на площадь эльф.

– Спасибо, – бросил он и побежал.

Сражение вокруг уже затихало, одна неизвестная Хинамону сторона уверено побеждала вторую, но его это пока не волновало, с этим он разберётся после. Сейчас важно другое. Шимхани. И Хамифа. Взял ли он её с собой или оставил в особняке? И где был Фитах?

Последний вопрос разрешился сам собой в ближайшие секунды. Голова Фитаха лежала прямо на выходе с площади, недалеко от той самой повозки с клетью, на которой он, собственно, сюда приехал.

Было ли эльфу жаль отца своей возлюбленной? Нисколько. Хин испытал лишь облегчение от того, что больше им с Хамифой никто не сможет помешать быть вместе. Никто, кроме…

Он поймал за плечо первого попавшегося аристократа, крикнув тому в ухо.