Потом я понял, что сущности за затылком нет.
Потом я понял, что теперь она – кусок меня, которым я могу управлять, и за все хамство которого бить будут меня. До смерти.
Ощущение, что меня заставили управлять чем-то, чем я управлять не в состоянии, и процесс уже идет, стало последней порцией эмоций, недополученной мною с момента пробуждения.
Я внезапно потерял способность пытать себя эмоциями, этой вонью руин семейных отношений и надежд на собственный брак, и на меня снизошел непередаваемый кайф ощущений, испытываемых кирпичом в полете с двадцатиэтажки.
Тело, повинуясь легким, как перышко, желаниям, перетекло в стоячее положение. Я посмотрел на Джейн, приютившую свою тяжелую депрессию и себя в угол комнаты и, вспомнив ее вопрос, направил ее легкое дуновение извинения:
– Структор, сэр, прошу меня простить. Я – зеркало, что отражает все, что не может принять. Не просто отражает, я воспринимает, ощущает, чувствует в соответствии с уже пережитым, и затем направляет вовне все, что, по его мнению, направили в него.
И сейчас я, может быть, получил шанс, который бывает один на миллион, но я чувствую, что меня вырвали из всего привычного и засунули куда-то, где все непонятно и неизвестно. Я чувствую хаос. И хаос хлещет из меня, обрушиваясь на окружающих. И вам, структор, сэр, тяжелей всех, потому что вы для меня сейчас – самый близкий человек. Держитесь, сэр. Я думаю, что вы тоже надеетесь, что я смогу стать кем-то если не уникальным, то хотя бы просто полезным.
Джейн промолчала. Ее теплый восхищенный взгляд был лучшим ответом, чем слова. Дав мне драгоценные пятнадцать секунд такого взгляда, она опустила глаза и поднимаясь, тихо из-за восхищенной ошарашенности прошептала:
– Ты хоть знаешь, что ты сделал? Харш, засранец, ты случайно взялся управлять виртуальным модулятором. Только этого корабля, но теперь тебя нельзя учить на процессорах класса один и ниже. Только на специализированных высших. Что мне теперь с тобой делать?
Она подошла, и ее печальные глаза обвиняюще заглянули в мои.
– Структор, сэр, а тренироваться в управляемой модуляции?
– Точнее, в неуправляемой. И все равно, психотренинг – никакой. Как ты научишься драться, если будешь бессмертный? Или наоборот, сразу умирающий? Управлению модуляторами учатся в них же. Месяцами.
Я воспринял информацию и отложил поиски решения, поскольку не чувствовал ни злобы, ни страха, ни азарта, которые могли бы заставить меня сунуть голову в пасть неизвестности, притаившейся в шлеме.
– Понял вас, структор, сэр. Ничего, что-нибудь придумаем. Разрешите сопроводить вас в питейную?
Джейн, кивнув, поплелась к восстановленной двери. Я зачем-то задумчиво посмотрел на шлем и поплелся следом.
«Ну что ж. Пора познакомиться поближе». Потрошитель
– What’s am I living for?
I’m living for today,
Welcoming to exiting tour,
With deny start the way.
What’s am I briefing for?
I’m briefing just for cry
The cry makes empty more and more
But nothing happens. Why?
What’s am I writing for?
I’m writing for see trace
To the eternal life of 4:
Love, Pain, Honor, Disgrace
– Это кто? – обернулась Джейн – Писал? – уточнила она, посмотрев на мой неприсутствующее лицо.
– Я – прошуршал я, ощущая первые признаки того, что вновь открываются кровоточащие шрамы, оставленные острыми клинками любви окружающих на моем толстом ленивом пузе.
– Лихо. – буркнула Джейн, входя в комнату, уже заполненную одиннадцатью моими товарищами, поимевшими несчастье вляпаться.
– What’s you are talking about? Speak understand way, please [45]. – отреагировал с дальнего угла стола чуть пухлый голубоглазый парнишка.
– Еще один… – буркнула Джейн себе под нос и добавила: – I’ve say to recruit Harsh what he skilled in poetry. [46]
Ревниво-подозрительные взгляды, которыми сверлили меня одиннадцать пар глаз, усилились до еле терпимого. На пару секунд мне стало неуютно, а потом, разозлившись, я шагнул к мужской скамейке, рыком «Make room!» потеснил всех пятерых и, присев на краешек скамейки, занял позицию «вполоборота к любимому лектору со стаканом яблочного сока в руке».
Оглядев нас, Джейн стукнула кулаком по стене, поймала выпавшую из разверзшейся щели табуретку и неуловимо быстрым движением оказалась сидящей за столом со стаканом и кувшином апельсинового сока в руках.
– Итак, рекруты! – бодро начала она по-английски, наливая сок. Даже излишне бодро. Сообразив, что это, во многом, моя заслуга, я повернулся за стол и принялся разглядывать шестерых спортсменок напротив. – Думаю, что вы немного познакомились, но на всякий случай давайте познакомимся еще. Слева от меня…
– Нат. – кокетливо улыбнулась в противоположный угол стола кареглазая сухощавая девочка, руки которой, несмотря на все ее старания не шевелиться, играли мышцами.
– … Россия, Нижний Новгород, IQ – 132, французское фехтование, химик. Далее…
– Мара. – преданно прогудела Джейн пухленькая сибирского вида зеленоглазка, безуспешно пытавшаяся спрятать свой пятый размер согнутостью спины. Я удержался от сообщения ей, что бронелифчик достаточно неэротичен и не стоит портить прекрасную осанку.
– … Россия, Нижний Новгород, IQ – 136, французское и украинское фехтование, химик. Далее…
– Тесси. – насмешливо бросила мне в глаза небольшая потрясающе скроенная зеленоглазая азиатка.
– Япония, Осака, IQ – 130, 3-ий дан [47] каратэ, 1-ый дан японское фехтование.
Пока говорун с другого конца стола выяснял у Джейн, что такое дан, я скорчил Тэсс восхищенно-почтительную физиономию и махнул бокалом. Она показала глазами на Джейн и с улыбкой отсалютовала обратно.
– Тэсс, Харш, я вам, если хотите, организую кумите [48]. Далее…
– Дарк… – смуглая худенькая индианка шутливо раскланялась на три стороны.
– Франция, Марсель, IQ – 147, матер плавания, системное программирование. Далее.
– Лайт… – плохо скрыв усталость под безразличием, вздохнула полноватая «девушка американской мечты»
– Франция, Марсель, IQ – 133, мастер стрельбы, подрывник. Далее…
– Блейд. – чуть угрожающе протянула змеиной красоты девочка с растатуированными рунами руками.
– Норвегия, Тронхейм, IQ – 135, мастер ножа, 46 ликвидированных.
Я тщательно всмотрелся в неторопливо переливающиеся в щелях век землистые глаза. Настороженные и холодные.
– Далее…
– Бэт. – представился голубоглазый болтун.
– Норвегия, Тронхейм, IQ – 137, мастер бега. Далее…
– Гриф. – буркнул, как я вспомнил, чтобы не оборачиваться, угрюмый сероглазый атлет.
– Норвегия, Тронхейм, IQ – 140, мастер движения тяжестей, филолог. Далее…
– Киро…
– Япония, Осака, IQ – 132, 6-ой дан карате и японского фехтования. Далее…
– Дэн…
– Япония, Осака, IQ – 149, электронщик. Далее.
– Мик…
– Франция, Марсель, IQ – 135, гимнаст, химик. Далее…
– Харш.– рыкнул я в стол и вдруг обнаружил, что с замиранием сердца жду, что хорошего Джейн скажет обо мне.
– Россия, Нижний Новгород, IQ – 151…
Джейн обвела взглядом аудиторию, подчеркнув миг ожидательной тишины, и сообщила:
– … Мастер кунфу [49]. Эколог. А меня зовут Джейн. Я – ваш инструктор-руководитель. Мой IQ – 153, по образованию я – воспитатель.
Итак, Нат, Мара, Тэсси, Дарк, Лайт, Блейд, Бэт, Гриф, Киро, Дэн, Мик и Харш! Во первых, сообщаю всем, что ваша догадка, что национальные тройки познакомились только здесь, верна. Общайтесь, не стесняясь. Во вторых, собираться здесь будем только каждый третий вечер, а все остальное время вы будете обучаться и общаться в виртуальной сфере корабельного компьютера. В третьих, обучение будет проводиться по индивидуальным планам и продлиться, на этом корабле, месяц, после чего вы перейдете на стационарную базу специальной переподготовки, где, кроме всего прочего, научитесь быстро двигаться и регенерировать повреждения тела. В четвертых, в каждого из вас уже вложено, переводя на земные деньги, по миллиарду долларов – во столько обошлась телепортация. Предчувствуя вопрос: вторая телепортация – смерть с вероятностью 75%. Третья – 99%. Энергозатраты пропорциональны шестой степени расстояния. Поэтому вас телепортировали на корабль-базу, прятавшуюся за Луной и сейчас мы летим на центральную базу подготовки персонала неприсоединенных планет. Более подробно о конфедерации второго расселения вы узнаете из виртуальной экскурсии. Вопросы?