Литмир - Электронная Библиотека

Беатрис Осес

Эрик Фоглер и преступления белого короля

Моему отцу

Erik Vogler y los crímenes del Rey Blanco

© Beatriz Osés, 2014

© Iban Barrenetxea, 2014 Originally published in Spain by edebé, 2014 www.edebe.com

© Перевод. Оформление. Издание на русском языке. ООО «Попурри», 2020

Глава 1. Ошибка с билетом

Эрик Фоглер и преступление белого короля - i_001.jpg

Эрик Фоглер никак не ожидал, что вечером произойдет такое. Несколько часов он собирал вещи. Разложил носки из натуральной шерсти по цветам, пиджаки – по толщине ткани, брюки – с учетом того, как давно он их носит. Потом в одно из боковых отделений чемодана засунул дорожный набор для шитья и кожаный футляр, в котором лежало все необходимое для чистки обуви. На кровати дожидались своей очереди идеально свернутые ремни, несколько шелковых рубашек и сумочка с предметами гигиены. Несколько мгновений Эрик с гордостью осматривал результат своего труда. Потом принялся складывать только что отглаженные трусы – и тут в дверь его комнаты постучали.

– Эм… можно? – с запинкой проговорил отец, заглядывая в спальню.

– Да, входи, входи, – ответил Эрик, жестом приглашая его. – Я еще не закончил.

– Как дела? – робко произнес отец.

– Да уже немножко осталось. Но хотелось бы разложить рубашки в алфавитном порядке.

– В алфавитном порядке?

– Да, по фирме-производителю или по названию ткани. Не решил еще. Кстати, ты узнавал, какая завтра погода в Нью-Йорке?

– Вот об этом я хотел с тобой поговорить, сынок… Видишь ли, с этой поездкой вышло маленькое недоразумение.

– Что случилось? – спросил Эрик, застегивая одну из внутренних молний чемодана.

– Видишь ли… Ты ведь помнишь, я покупал билеты на самолет по интернету пару месяцев назад?

Эрик кивнул и сел в кресло. В тот вечер на нем была пижама в шотландскую клетку и тапочки в тон, привезенные дядей из поездки в Эдинбург. Юноша молча посмотрел на отца. Он не понимал, к чему тот клонит со своим вопросом. Франк Фоглер скрестил руки на груди, сглотнул слюну и немного помедлил. После чего откашлялся, вздохнул и продолжил:

– Ну… я ошибся с датой, когда покупал их, – выпалил он, глядя сыну прямо в глаза.

Не может быть! Это, видно, шутка такая, глупая и жестокая. Но Франк Фоглер лишь кивал в ответ на вопросительное выражение лица сына. И тогда юноша выронил кашемировый шарф, который держал в руках.

– Как так? – выдавил он из себя и почувствовал, что пульс его начинает учащаться.

– Я по ошибке купил их на прошлый месяц. Видимо, перепутал, когда выбирал дату, и только сегодня утром понял это, распечатывая их, – пояснил отец, закусив нижнюю губу: он всегда так делал, когда ему приходилось сообщать дурную новость.

– Не может быть, не может быть… – тихо твердил Эрик, пытаясь сохранять спокойствие.

– Я весь день искал другие билеты. Но нашел только одно свободное место на наш рейс, – жалобно проговорил Франк Фоглер.

– Я тебя не понимаю.

– Оставалось единственное свободное место, – повторил отец.

– И?

– И я купил на него билет себе, – стыдливо пробормотал отец.

– Ну ладно, ничего страшного, я могу полететь следующим рейсом, – предложил сын, стараясь не показывать своего отчаяния, – и мы встретимся в аэропорту Нью-Йорка, или я возьму такси и доеду до отеля. Наверняка есть какое-то решение.

– Нету, – перебил отец.

– …Я сейчас же посмотрю в интернете расписание и поищу другой билет. Могу и туристическим классом полететь, если нужно, – добавил он, не теряя надежды.

– Эрик, ты не понимаешь, завтра начинаются каникулы, и, к несчастью, билеты на все рейсы проданы. Я уже много раз проверял: ни одного места не осталось. Слишком поздно. Боюсь, в этот раз ты не сможешь полететь со мной в Нью-Йорк.

– …Но… что ты такое говоришь? – спросил Эрик растерянно и вскочил с кресла, словно подброшенный пружиной.

– Не переживай, сынок, будет еще возможность, обещаю тебе, – попытался утешить его отец. – Мне очень жаль.

– Я так и знал!!! Я тебе говорил!!! – завопил Эрик. – Их должен был покупать я-я-я! Я уже ВСЕ рассчитал, папа, я в своем ежедневнике записал уже все возможные маршруты прогулок по городу, перечень ресторанов и музеев, рекомендованных к посещению, я на память знаю главные станции нью-йоркского метро… И вот, смотри! – он в ярости стал разворачивать у отца перед носом что-то вроде туристической карты. – Я также пронумеровал все городские памятники по дате возведения, чтобы упорядочить их осмотр. Я все спланировал до миллиметра! А теперь что будет, а? Ты можешь мне сказать? Чем прикажешь заняться на пасхальных каникулах? Оставишь меня одного тут, в Бремене?

– Нет. Поедешь к бабушке, – ответил отец.

– Ты серьезно?

– Отправишься в Грасберг до моего возвращения, – решительно проговорил Франк Фоглер.

И тогда Эрик, не выпуская из рук карту Нью-Йорка, над которой так долго работал, рухнул без сознания прямо на арабский ковер – подарок дяди из поездки в Марокко. Очнувшись посреди ночи, он обнаружил, что лежит в своей кровати, под пуховым одеялом, весь в холодном поту; сердце его разрывалось на части. Было четыре часа утра, и уснуть ему больше до рассвета так и не удалось.

Эрик Фоглер и преступление белого короля - i_002.png

Глава 2. Далеко-далеко от Нью-Йорка

Когда Эрик садился в машину отца, чтобы вместо Нью-Йорка ехать к бабушке, он уже знал, что для него начался сущий кошмар. Франк Фоглер наблюдал за ним краем глаза в зеркало заднего вида. Темные и блестящие волосы юноши были уложены гелем, на косой пробор. Между отцом и сыном царила полнейшая тишина, ее нарушал лишь стук капель дождя по стеклам машины. Они выехали из города очень рано.

Время от времени Франк замечал на себе вызывающий взгляд сына и испытывал чувство вины. Он знал, что Эрик не скоро его простит. Поэтому, чтобы отвлечься от этих мыслей, стал переключать радиостанции и слушать новости того апрельского утра.

«Найдена мертвой девушка, пропавшая на прошлой неделе в Северном районе Бремена, – сообщал мужской голос. – Труп обнаружен менее часа назад в парке в пригороде Гамбурга. На данный момент у полиции нет подозреваемого в совершении преступления. Дело расследует инспектор Гербер, не пожелавший делать никаких заявлений относительно слухов о том, что данное убийство связано с убийствами двух других молодых людей, пропавших в Бремене в последние месяцы».

Эрику стало не по себе, он заворочался в кресле.

– Ты не можешь что-нибудь другое включить? – недовольно сказал он, хмурясь и глядя в окно.

Отец стал искать радиостанцию классической музыки. Дождь лил еще сильнее. Под звуки Шестой симфонии Бетховена они, наконец, выехали из города и двинулись по шоссе, которое должно было привести их в Грасберг – деревню, где жила бабушка Эрика.

Берта Фоглер считала внука невыносимым. Она не раз пыталась с ним поладить, но это было выше ее сил. Она не могла вытерпеть его причуд, его одержимости чистотой, этот его тон всезнайки, жеманную манеру сморкаться, которая была у него с раннего детства. Поэтому, когда сын Франк позвонил ей накануне вечером и объявил, что Эрик останется у нее до конца Страстной недели, ее бросило в жар. Ей пришлось приложить руку к груди, чтоб сердце не выскочило. Она начала делать глубокие вдохи, силясь успокоиться, прежде чем ответить.

– Но, сынок, ты же знаешь, что у меня не слишком хорошо получается о нем заботиться, кроме того, он уже так давно меня не навещал.

– Да, да…

– Не думаю, что это хорошая идея, – отговаривалась она, в изнеможении падая на пыльный диван.

– Вот именно поэтому, мама, именно поэтому! Теперь у вас есть возможность получше узнать друг друга.

1
{"b":"701546","o":1}