Что ж, мир такой, какой есть.
No exit.
No future.
Есть только here and now.
И вообще – я чувствую себя в этом мире такой ненужной, как стриптизерка на нудистском пляже.
Отчего это? Только ли оттого, что я такая уродина? А, может, и оттого еще, что настолько дерганная какая-то, что иногда мне кажется, что все без исключения клетки моего организма – нервные.
Так что в квартире у меня бардак, в башке бардак, кругом один сплошной бардак. А, может, это все как-то связано воедино и друг за друга цепляется? Но если так, то кто подскажет, с чего начать разборку завалов, что первично, а что вторично?
А в анкете снова прочерк:
Нет, не знаю, нет, не брали.
У меня поганый почерк -
Черти чтоб не разобрали…
Такое вот балансирование на тонкой грани между чёрным юмором и тихим умопомешательством. Все-таки есть, определенно есть что-то в моей психике, что не даёт мне жить нормальной людской жизнью, но одновременно не даёт порваться натянутой до предела струне внутри меня.
Взять к примеру моих родителей. Зачем они жили вместе? Какая им от этого была радость? Что, ребеночка захотелось, да? Захотелось завести себе вот это особое ручное домашнее животное, чтобы было кого холить, лелеять и дрессировать? Ну, вот и выродили меня, счастливицу, взрастили, ну и кому теперь от этого прок? Зачем вам это было нужно, а? Мне лично это не нужно нафиг! Вот почему я никаких детей рожать не буду. Зачем, чтобы они тоже мучились, как и я сейчас, и проклинали маму-папу, что они не стерилизовались в пятилетнем возрасте? Поэтому я уж точно постараюсь избежать причин, по которым появляются дети. А именно:
1. А что я, хуже других, что ли?
2. Организьма ужас как этого хочет.
3. Удержать любимого и ненаглядного любой ценой.
4. Залет как самая частая причина продолжения счастливого людского рода.
Так, что еще?
Ах, да…
5. Чтобы было кому стакан подать в старости.
Да не будут они нам этот стакан подавать, потому как на хрен мы им не будем в старости нужны.
Впрочем, всего этого мне будет легко избежать, потому как всех мужиков тошнит при одном взгляде на меня, красавицу. Потому и нет у меня перспективы плодить несчастных.
В общем, если по правде сказать – занудливая я стала какая-то в последнее время. Мне кажется, что занудство надо вообще записать как восьмой смертный грех. По крайней мере, мне этот грех точно свойственен. Как и жажда любви. Парадокс? Да нисколько! Да, мне нужна любовь, признаюсь, но только настоящая, а не просто «хотелка»! Я тут как-то взяла и, набравшись терпения, прочитала эту нудную Кама-Сутру… прочитала внимательно от начала до конца… и вот что скажу: ничего в ней интересного для меня нет, так, скучное и сухое описание влажного процесса, вот и все.
Скорее всего, мне все это не в кайф, потому что я-то как раз из тех стремительно уменьшающихся в количественном выражении дурных особей, кто проповедует тезис «Умри, но не давай поцелуя без любви!». Жаль только, что я, скорее всего, так и умру нецелованной. Потому как целовать мне некого… Разве что обои на стенах.
А так охота найти кого-нибудь стоящего.
И в объятиях задушить.
В общем, мне бы хотелось, чтобы не только хотелось, но еще и было с кем…
По этой самой причине мне трудно смотреть на влюбленные парочки. Как назло вокруг меня полным-полно этих маленьких праздников на двоих, на которых я чужая…
Вот почему у меня в зеркале взгляд всегда какой-то потерянный… Наверное, я потерялась, а кто-то меня ищет… наверное, это сказочный Принц. Да, сознаюсь – как все приличные барышни всех времен, я, конечно же, тоже жду вот этого своего сказочного Принца. Принц, где ты, ау! Что-то тебя нет и нет… Ты, наверное, долго и с остервенением рукоблудствуешь в ванной и там же с остервенением давишь прыщи перед зеркалом, а перед сном кладешь в портфель колоду порнографических карт, перед этим пролистав ее какой уже раз…
Так что Принцу я не нужна. Да и не доверяю я никому, если честно. И вообще не люблю знакомиться. А уж на улице или в транспорте особенно. Хотя… вру, был у меня один такой случай. Недавно еду в переполненной электричке. Напротив меня стоит парень, достаточно симпатичный, и что интереснее всего – в глазах мысли видны. Стоит и смотрит на меня. Не брезгливо или там с презрением, а просто по-человечески.
«Интересно – думаю я, – а чего он на меня смотрит?»
В общем, едем мы и друг дружку от нечего делать изучаем.
А парень мне все больше и больше нравится. И даже стало мне казаться, что он мною заинтересовался. Смотрю на него и думаю, что много бы дала за то, чтобы понять, о чем он сейчас размышляет.
А он, наверное, думал о том, что не плохо бы узнать – что я думаю.
И так мне захотелось, чтобы он был МОИМ парнем и чтобы согрел, что ли… прижал к груди и все такое…
Но он не делал никаких поползновений на этот счет. Боялся, наверное, что я его оттолкну.
А мне еще больше захотелось быть рядом с ним, почувствовать его тепло, чтобы я была ТОЛЬКО ЕГО! Жуть как захотелось!
Но он наверняка этого не знал. А если и знал, то, видать, стеснялся сделать первый шаг.
И я тоже.
Может, он боялся, что я стерва какая-нибудь?
И мне стало обидно, что он так мог обо мне подумать.
Поэтому я ему улыбнулась.
И он мне тоже!
Вот это был номер!
Выходит, что мы одновременно думали друг о друге.
Но я как-то не решались законтачить, хотя и стояли мы с ним совсем рядом, почти вплотную.
Эх, вот бы он заговорил со мной. А я бы ему что-нибудь остроумное ответила. И не отшила бы. Нет, точно бы не отшила, он ведь не походил на придурка, а, значит, и не заговорил бы со мной как придурок.
Вот взять бы и самой с ним заговорить! Или просто взять и дотронуться до его руки… вроде как случайно…
А потом бы мы с ним познакомились, все такое и этакое, он бы сказал мне: «Слушай, не уходи…» А я бы ему: «Не уйду, если ты захочешь…». А потом уже, когда-нибудь он бы мне сказал: «Слушай, Любка, милее тебя на всем белом свете ниииииинооогооооо нееееетууууу…».
Но тут в самый разгар моих мечтаний голос под потолком пробурчал
«Гырбармырская»…
И он вышел из вагона. Наверно ему было жаль, что он ни на что не мог решиться.
А я осталась в вагоне, жалея, что он так ни на что и не решился.
Потом я встрепенулась, хотела было двинуться к двери, решив рвануть все-таки за ним и самой все начать…
Но тут раздалось «Осторожно… Двери закрываются… Следующая остановка«Табармрставская»…
Так что пока я протискивалась к выходу, двери и захлопнулись…
И стало мне так тошно, потому что я точно знала, что больше никогда его не увижу…
Может, он тоже горевал об этом?..
Теперь об этот никто уже не узнает…
А вот и дождь кончился. Надо бы пойти прошвырнуться.
Я люблю ходить после дождя по городу и смотреть, как веселые дождевые червяки ползают по мокрому асфальту и дружно плюют на меня и мои заморочки.
Город свой я обожаю и ненавижу одновременно. Обожаю за ширь и масштаб, ненавижу за то, что в нем слишком большая муравейниковая толчея. И еще эти автобусы- троллейбусы-трамваи, что тренькают, скрипят и грохочут, а мы варимся в их неуютных железных желудках среди невнятно объявляемых остановок и всех этих толкающихся входящих-выходящих, которые так и норовят отдавить тебе ноги.
Странно, но я заметила, что цветы в городе в последнее время не срывают. Можно пройтись мимо клумбы и почти все цветы будут на ней целыми. Даже гвоздики и тюльпаны выживают нынче, чего раньше с ними не бывало.
Вот и я тоже очень хочу тут выжить.
Но не знаю как. И страшно завидую тем, кто говорит «знаю как».
Когда человек твердо говорит «я знаю», к нему не придерешься. И хотя я таких людей не люблю, но следует признать, что они чаще всего живут лучше всех остальных. Жаль, что я не такая. Я как раз из тех, что вечно талдычат сами себе: Ты уверена? А уверена ли ты в том, что ты уверена? А уверена ли ты в том, что ты уверена в уверенности? Взять бы и поменять бы себя эту на ту, которая была бы уверена в себе и все время говорила «я знаю». Но вот как? Может стать стервой? А что, это мысль! Стерва – ведь и есть самая счастливая из всех населяющих земной шар! Она всегда знает, что ей нужно, где это находится и как это получить, и не сует свой напудренный носик туда, где того, что ей нужно нет.