Целую неделю Артём просидел на карантине, пока после очередного осмотра и анализов доктор не сказал, что он здоров, и признаков инфекции не обнаружено. Артём очень сильно обрадовался, что он, наконец, сможет продолжить свой путь в Полис, но только выйдя из бокса, его сразу перехватило два бойца охраны, которые проводили его в кабинет начальника охраны на данной станции.

Начальник охраны представлял из себя мужчину лет 50-60, судя по голосу, хотя на вид ему можно было дать не более сорока. Белая кожа и глаза с красным проблеском давали ощущение при виде его, что он очень долго не видел солнечного света, даже простых люминесцентных ламп солнечного света, которые были у многих станции метро. Посадив его на кресло и посмотрев на него, начальник начал читать небольшую папку, после чего перевёл на него взгляд.

— Молодой человек, давайте сверим данные, которые были получены от вас после опроса, хорошо?

Артем коротко кивнул.

— Фамилия, имя, отчество, дата и место рождения?

— Багров Артём Сергеевич, город Москва, 15 октября 2009 года.

— Место жительства?

— Станция метро ВДНХ.

— Причина вашего появления на данной станции?

— Обход заражённой станции по поверхности и продажа вещей, найденных наверху.

— Цель вашего путешествия?

— Полис.

— Вот и хорошо, а теперь расскажите-ка нам, молодой человек, зачем вам нужно именно в Полис, от ВДНХ до него путь не близкий.

— Я иду к своему дяде Хантеру для того, чтобы попросить у него помощи для всей станции.

— А что случилось?

— Мутанты - как мы их прозвали “Чёрные” - уже больше полугода нападают на ВДНХ, приходя со стороны заброшенных тоннелей. Всё началось полгода назад, пропал патруль на дистанции 800, послали за ним группу, но она тоже пропала. После этого стали оставлять кордоны в зоне прямой видимости, и всё равно это не помогло. Совсем недавно пропал кордон на дистанции 500, а кордон на дистанции 400 даже ничего не услышал. У нас на станции паника, многие уже уходят на соседние станции и дальше, потому что с каждым днём всё страшнее и страшнее находиться на ней. Кажется, что вот-вот они ворвутся на станцию и нас всех ждёт гибель. Поэтому я и спешил в Полис к своему дяде Хантеру, он ведь один из командиров разведгрупп Спарты, я уверен, что он сможет нам помочь, либо хотя бы обратить внимание других станций на эту проблему. Тогда, всем миром, мы сможем заблокировать этот прорыв монстров, которые терзают нашу станцию.

— Так, так, так, молодой человек, это всё очень интересно, боюсь нам придется прервать ваш путь и переправить в более безопасное место, где вы поговорите с компетентными людьми из органов безопасности Республики. Я думаю, если всё так, как вы говорите, то мы можем помочь вам с вашей проблемой, но для этого от вас потребуется полная честность и открытость при передачи нам информации. Глупо было бы идти помогать вашей станции без подготовки, информации и плана, сами понимаете, это дорога к верной гибели. А раз всё так, как вы говорите, поэтому, прошу вас, не сопротивляйтесь и ведите себя прилично, юноша, люди у нас нервные, если что могут нечаянно на курок нажать. А сейчас идите и поешьте, вас проводят.

***

Мельник с отрядом уже прошёл курс лечения и думал уже выдвигаться обратно. Ведь, как он слышал, Республиканцы уже захватили то, что хотели. Но сообщение о вспышке неизвестной болезни неожиданно нарушило его планы. Вот уже неделю он мучился, думая над тем, стоит ли говорить Республиканцам свои соображения. Но сводки о погибших, которые появлялись на местном инфо-табло помогли ему решиться. Вдохнув поглубже, он вышел из предоставленной отряду комнаты и пошёл по коридору. Через некоторое время он увидел патруль из двух бойцов. Подойдя к ним, он остановился.

— Разрешите обратиться?

Боец в глухом костюме с лычками сержанта обернулся:

— Слушаю вас.

— У меня есть важная информация для вашего командования о возможном источнике эпидемии.

Бойцы переглянулись. Один направил на него ствол оружия, а второй отошёл в сторону и с кем-то связался по рации, после чего коротко кивнул и вернулся обратно.

— Следуйте за нами, без глупостей, шаг влево, шаг вправо, попытка побега, прыжок на месте, провокация.

Коротко кивнув, Мельник двинулся под конвоем бойцов.

Несколько часов спустя в кабинете допросов.

— Итак, мы правильно всё записали? Вы, полковник Мельников, являетесь по факту командиром Спарты, и были направлены правительством Полиса для того, чтобы узнать, кто мы такие. Так как человек на такой должности знает много секретов и слышал много того, что ему слышать не положено. После информации вы вспомнили, кто о чём говорил, что вы слышали и, собрав все информацию, что у вас есть, решили поделиться ей с нами, а также своими выводами?

— Так точно, товарищ следователь.

Следователь с погонами майора и знаками СРБ устало вздохнул после многочасового допроса.

— Что же, сейчас вам вколят сыворотку правды, после чего зададут вопросы по тому, что вы нам рассказали. Если всё сойдется, то ваша информация про “Неизвестных Отцов”, как вы их прозвали и бункер ГО-42, где они скорее всего обитают, окажется крайне интересной. Ладно, не буду вас больше задерживать.

Нажав на кнопку вызова, майор дождался появления капитана с двумя бойцами.

— Капитан, наш гость ДОБРОВОЛЬНО поделился с нами информацией и готов подтвердить её под сывороткой правды. Так что дайте ему попить, оправиться и вежливо, акцентирую внимание, ВЕЖЛИВО проведите процедуру, после чего разместите в служебной части. Ах, да, и дайте его отряду пообщаться с ним, чтобы они глупостей не наделали. Всё, работайте.

***

Командир чистильщиков уже час изучал интересный образец мутации вируса, взятой у “Красной Королевы”. Да, работы на их отдел свалилось в последнее время очень много. К счастью, вирус оказался не столь ужасен, как он представлял. Вне живого организма он погибает за 48 часов. Кипячение воды полностью убивает его. Да и, как оказалось, к обычной хлорке он оказался не стойким, погибая даже от относительно небольшого её количества в воде. Видно, что этот вирус делали профессионалы, жаль только закончить не смогли. Перспективы у него поразительные, но ладно. На большой земле есть спецы, вот пусть они и мучаются. Заметив небольшое оживление у казарм, он заинтересованно посмотрел туда. Оттуда вышло несколько человек и сели курить в специальной беседке. Среди них он заметил старшину, который притащил “Красную Королеву” и капитана ракетчика из местных обитателей.

— Ну, колись, Василь, что твои говорят?

— Что после вас либо отмывать, либо подметать!

— Ах-аха-хах, фирма веников не вяжет. М-да жаль, что эта херня вырвалась на свободу. И всё же тут столько ресурсов, оказалось, мёртвым грузом лежит.

— Эх, это да. А вы чего планируете?

— Да, как я понял, дожидаемся смену, а после валим за теми, кто стащил образцы. В той стороне, по слухам, ещё один секретный объект, и, вроде как, он у нас в обязательной программе.

— Понятно.

— А ты чего такой грустный?

— Да вот, нашёл аудиозапись нашего полковника.

— А что там такого?

— Да там… эх, как тебе объяснить… слова человека в полном отчаянии и вместе с тем готовым выполнить свой долг. Ведь у него дочь с внучкой в Ленинграде тогда были, когда война началась.

— Ясно. Включи тогда, давай послушаем все вместе, отдадим, так сказать, долг памяти.

Старшина резко поднялся и скрылся в казарме. Через несколько минут из неё вышли остальные. Сам командир чистильщиков тоже решил послушать. Когда все собрались и замолчали, ракетчик включил запись. Она началась голосом взволнованного человека:

— Говорит полковник Тамашев. Запись включена после сигнала боевой тревоги и сигнала «Тайфун-99». Точная дата - 06.07 2013 года. Девятнадцать минут назад Китай произвёл массированные пуски. Цель - страны-участницы конфликта за нефтяной шельф. Остаточное подлётное время - одиннадцать минут. Шестнадцать минут назад натовцы ответили. Цель - страны Альянса. Подлётное время четырнадцать минут. Нас тоже задевает. Девять минут назад китайцы с арабами произвели пуски второй волны удара. По нашим расчётам, через три-пять минут будет третья волна. Шесть минут назад НАТО произвела пуски второй волны, — полковник сделал паузу и абсолютно спокойным тоном закончил: — Первую волну мы перехватим. Возможно, почти всю вторую, хотя это “почти” уже никому не поможет. А потом будет третья… Четвёртую перехватывать будет нечем. И некому. У нас нет выбора — придётся ответить. Никто в мире не успел провести серьёзную эвакуацию, понимаете? Никто. На это просто не хватило времени. Эх, нам осталось только одно. Выполнить свой долг. Конец записи.