Впрочем, последнее некоторым образом вызвало во мне замешательство – всё же рыбы и различные морские обитатели в упомянутых аквариумах были живыми. Выходило как-то дико: их едят – они глядят.
«Убейте мне вот этого!» – УЖАСНО!
Так и до вегетарианства недолго дойти.
И тем не менее, честное слово, в жизни ничего вкуснее не ел! Кстати, не обошлось и без деликатесов из рыбы тирасу, которую доставили прямо из Вол-Маред. Это единственное кушанье, которое я запомнил, когда мы в последний (и единственный) раз покидали Землю, и с тех пор всё хотел попробовать снова. Как результат – узнавание переросло в настоящий восторг как у меня, так и у её кулинарного величества.
– Это невероятно! – вопила Маруся, бесцеремонно пробуя у всех нас из тарелок. – Сумасшествие какое-то – что за вкуснота!
По поводу сумасшествия я как-то прямо даже склонен был согласиться, глядя на неё. Гастрономическое помешательство как есть, надо бы психиатрам подсказать тему для диссертаций.
Впрочем, и без помешательства Маруси хватало странностей, вот только в несколько иного свойства. В данном случае «иное свойство» встречало в порту, ехало за нами следом на здоровенной машине и теперь зыркало в нашу сторону из-за соседнего столика. И если вы пока не поняли, – да – нас охраняли. На ангелов это не было похоже, и, зная эльфов, я мог сказать и тогда, и позже, что просто так они бы телохранителей к нам не приставили. Тут бы мне насторожиться. Тут бы поднять тревогу! Не надо же быть семи пядей во лбу – Шифтеры делали то, что нужно. Есть опасность – дают охрану, причём такую, чтобы именно против данной конкретной угрозы. А тут защиту в лице Милены Шифтеры посчитали недостаточной – какой надо сделать вывод? К гадалке не бежать: нас снова использовали втёмную как приманку, даже не предупредив.
При этом ангелов-то рядом не было! Забавно, да? Нет, если что – не забавно.
Надеюсь, вы сейчас несколько иначе взглянули на наше положение? Ну, чесслово: белые яхты, море, внимание прессы, концерт – это ж не жизнь, а идеал с картинки в журнале. И коль скоро кто-то взялся нам подобное организовать, то и попросить должны были куда больше, чем отработать концерт.
Ну хорошо! Может, мы и не в теме. Может, нас и можно превращать в наживку. Но мы же не слепые и не тупые!
– Ай, Ярик! Попробуй вон ту штуковину у Милы!
«Ладно, допустим, мы слепые и тупые…»
И знаете что? Меня переклинило. Откуда-то из глубин поднялась какая-то волна. Вот, знаете, то неловкое ощущение, когда сам понимаешь, что сейчас вот-вот отмочишь нечто для себя несвойственное, да ещё от этого потом станет только хуже. Шея напрягается, и мурашки пробегают по голове снизу вверх. Словно ты рычишь окружающим: «Ну, всё, держитесь!» При этом одновременно себе просто орёшь: «НЕ НАДО!!!» – и всё равно начинаешь с хлопка ладонью по столу.
– Эм… Ты чего это? – Маруся уставилась на меня в упор.
– За соседним столиком эльф в костюме. Мила? – молвил я без предисловий.
Эльфка быстро кинула взгляд в нужном направлении:
– Да, мы приставили охрану.
– ПРИЧИНЫ, – только и сказал я, даже не утруждаясь вопросительной интонацией. И да, это было театрально в какой-то мере. А в какой-то – и по-хамски. Мы-то с вами понимаем сейчас, а мне тогда подобное казалось единственно верным ходом. Я обязан был показать свою крайнюю степень возмущения, раздражения и даже агрессии. Именно показать это. Так, чтобы даже эльфы могли прочитать по мне всё, что нужно. Ощущал ли я что-то такое на самом деле – это уже вопрос десятый. Само собой, переиграть эльфов на их же поле я не рассчитывал. А вот спровоцировать Милу и получить хотя бы базовые данные – это да. К тому же я всерьёз рассчитывал на поддержку Игната: у этого деятеля не было причин потакать нашим остроухим друзьям.
– Почему обязательно должны быть причины? – Мила сделала вид, будто всё ещё не распознала мою ловушку, и пыталась сыграть в поддавки – как обычно.
– Вот только не надо вот этого вот! – процедил сквозь зубы вампирчик. – Вы эльфы ничего без причин не делаете.
Мой расчёт оправдался, Игнат высказался в строго нужном ключе. Пришло самое время зайти с козырей!
– Мила, что происходит? Только не ври! – это ожидаемо высказалось моё любимое величество. И раз уж сплотилась вся команда, Миле пришлось отвечать прямо.
– Вы заметили, что с нами нет ангелов? Это, безусловно, очень небольшая и малозначительная деталь, но всё же мы, хоть и с трудом, обратили на неё внимание, – в голосе эльфки сквозил сарказм. Её явно раздражало, что мы снова заподозрили её и Шифтеров в нечестной игре. Это, разумеется, никак не отменяло самих догадок. Или самой нечестной игры.
– Допустим. И что с того? Ну, обратили вы внимание на что-то – а дальше? Вы что-то выяснили? У вас есть какие-то инструкции от Снежаны? – Маруся была непреклонна и жаждала ответов.
Эльфка положила вилку и обвела нас всех долгим взглядом. Она как бы говорила: «Объединились? Ну-ну, самое время». Наконец, она выдала ответ:
– Нету у нас инструкций, как и понимания, где сейчас Снежана и Рита, когда они появятся и появятся ли вообще.
Мы прикусили языки, а Мила развивала успех:
– Яр, что тебе сказала Снежана?
– Что в пространство эльфов сразу с нами не пойдёт, останется на Земле, потом полетит по своим делам и догонит нас на концерте, – припомнил я.
Весь вид Милены как бы говорил: «Куда ты полез, пацан?»
И вот, ёлки-палки, она же действительно в лёгкую сделала нас. Обыграла, не моргнув и глазом, и теперь могла долго и со вкусом раскатывать нас в тоненький блин:
– Вот видите! А нам она не сообщила даже этого.
«А, нет, ещё есть пара ходов», – зацепился я. И тут же попытался перехватить инициативу:
– Ты могла бы спросить нас.
– Я могла бы. А руководство Шиф’таэри рассудило вот так. И поверь, у них опыта больше.
– И с пресс-конференцией то же самое? – наседал я. И пока спрашивал, сам чуть не подпрыгнул на стуле от догадки. – Или это такой хитрый манёвр, чтоб на мероприятии никто не заготовил сюрпризов?
Эльфка подняла бровь:
– Каких сюрпризов?
– Да мало ли каких!
Мы все уставились на эльфку, а она с кислой миной махнула на нас рукой и притворилась, что сосредоточенно пьёт воду из стакана. Всем своим видом она продемонстрировала, что не намерена продолжать разговор, и согласитесь, это было очень некрасиво с её стороны. Нам же оставалось лишь смириться и надуться.
Ну да – её эмоциональное высочество тут же надулась. точно мышь на крупу. Картинно скрестив руки и оттопырив губу, Маруся уставилась куда-то в сторону.
Помолчали.
– Не поеду я ни на какую экскурсию, – сообщила девушка. Ну, как сообщила – буркнула себе под нос. Мы не то чтобы расслышали её слова, скорее, догадались из контекста. В принципе, этого следовало ожидать. Настроение было испорчено и ехать смотреть резные узоры на арочках эльфских домов хотелось в самую последнюю очередь.
– В отель? – спросил я, имея в виду, что нужно закрыться в комнате, и чтобы все отстали хоть на время.
– Да не знаю я, – огрызнулась моя девушка, после чего наши взгляды встретились и несколько мгновений мы смотрели друг на друга почти в упор. Здесь так хотелось бы написать, как мы что-то там прочли в глазах друг дружки и поняли без слов бла-бла-бла. Но правда в том, что я ни черта не понял про Марусино настроение. Она явно хотела чего-то, и сама не знала, чего. Ей было грустно, она не понимала обстановки, ей не хотелось, чтобы её снова использовали – чтобы это понимать, не требовалось вычитывать что-то там в глазах. А как это состояние победить?
В сущности, вряд ли это был мой вопрос, Маруся – свой собственный человек, и за состояние своих мозга и (ежели угодно) души отвечала только лишь она одна. И всё же.
И всё же надо понимать эту простую вещь – иногда ты сам возлагаешь на себя ответственность. Не обязан, да, но просто именно так правильно. Не знаю, как это объяснить, просто глядя на сдвинутые Марусины брови, я понял, что не хочу видеть её такой. Что я готов на какие-то действия, лишь бы она не чувствовала себя вот так.