– Из-за внешнего управления, – кивнула Мила. Она даже несколько умерила пыл: объяснения оставили довольно тревожное впечатление.
Оператор подтвердил, и Мила, ничего не сказав, пулей вылетела из его аппаратной. Вообще-то неплохо бы ей было извиниться, но это лишь моё мнение – у эльфов всё не как у людей. Или почти всё.
Выскочив из операторской, Мила прямиком влетела в соседнюю дверь – к руководителю местных операций.
– Кто дал авторизацию? – потребовала она с порога, даже не удосужившись поприветствовать.
– Ваш непосредственный начальник, – парировал темноволосый эльф в униформе с золотыми нашивками, – ещё вчера.
Мила внутренне пожалела, что нельзя садануть чем-то тяжёлым, чтобы этот хлыщ не казался таким спокойным.
– Мне никто не сообщил – почему?
– При всём уважении, госпожа Милена, в круг моих обязанностей это не входит, и если руководство не оповестило вас, значит, именно этого требовала операция.
– Если мои подопечные в опасности, я обязана знать!
– Однако же опасности нет – так о чём мы говорим?
Милу трясло. Помните, я рассуждал об очеловечивании и полном провале Милы по этому направлению? Так вот, ещё ни разу в жизни наша эльфка не ощущала себя настолько хомо сапиенс. Эмоции перекрывали – она была готова поклясться, что наконец-то поняла, смысл выражений о мурашках.
Однако же, кое-как справившись с собой, она процедила:
– Дайте доступ к задержанным и к телам погибших.
Её собеседник, не меняясь в лице, лишь развёл руками:
– Он у вас есть и так.
Услышав, что хотела, Мила не осталась в кабинете ни секунды. Да, выходить телепортом было дурным тоном, но тон в тот момент заботил эльфку менее всего прочего. Она была очень раздосадована – это раз, а второе и главное – её не оставляло чувство, будто спокойствие местных Шифтеров основывалось лишь на недопонимании возможных рисков. Проще говоря, ЕЩЁ НИЧЕГО НЕ ЗАКОНЧИЛОСЬ.
Очутившись снова в телепортационной комнате, она пулей метнулась к лестнице и, минуя лифт, спустилась на первый цокольный уровень. Здесь должны были держать захваченных нападавших. Куда идти, Мила определила довольно быстро, благо, она хорошо знала планы стандартных Шифтерских зданий, которые мало разнились от планеты к планете.
– Задержанные сегодня – которые? – накинулась она на охранника, который и виноват ни в чём не был, и даже возражать не думал.
– Боксы двадцать два и двадцать три.
– Всего двое?
– Они не были настроены на то, чтобы сдаться.
– Допросы проводили?
Охранник явно был расположен сотрудничать: без лишних слов он назвал имя оперативника, который вёл дело, и уточнил, что допросы ещё не проводились. Наконец, он рассказал, что нужного эльфа следовало искать в морге. Мила смягчилась.
– Дайте двадцать второй. И включите запись.
– Включено!
– Благодарю.
Мила пробежала по коридору в небольшой зал с прозрачной стеной, по другую сторону которого специальный механизм уже расположил камеру с задержанным. Камеры плотно упаковывались в отдельном очень большом помещении, но при необходимости оперативные работники вызывали нужного задержанного вместе с его боксом. Такие вот обычаи у самого гуманного народа…
Задержанным оказался эльф с ярко-алой шевелюрой.
Как Мила ни торопилась, профессионализм сыграл роль, и она таки уделила несколько минут наблюдению. И не прогадала – парень в боксе был не в себе столь явным образом, что его одержимость бросалась в глаза более, чем дурновкусие в вопросах цвета волос. По крайней мере, дурной вкус хотя бы не заставлял тело висеть неподвижно над полом. И непрерывно лыбиться, склонив голову набок.
Мила ругнулась вслух – подобные вещи не бывают просто так.
– Они что здесь, все мозги прожрали в рыбных ресторанчиках??? – спросила Мила вслух, сама не зная кого. От злости её мелко заколотило.
«Куда они вообще смотрели? О чём думали?» – стучалось в висках, пока она искала кнопку тревоги. Нашла, однако предварительно нужно было всё же удостовериться.
– Задержанный, вам меня хорошо слышно? – прокричала она в микрофон, включив связь с боксом.
Тело в воздухе прокрутилось вокруг своей оси и подплыло к той стене, где, по задумке находилась Мила. Из разинутого рта закапало.
Чёрное.
Большего и не требовалось.
– Дежурный! – рявкнула Мила, хлопнув ладонью по красной кнопке. – Дежурный, слышишь меня?
– Да, госпожа Ми…
Завыло.
– Полный карантин прямо сейчас, с этой секунды! Содержимое бокса двадцать два и двадцать три немедленно сжечь, не распечатывая.
– Но…
– Авторизация Четыре – тринадцать – двести шесть – ноль – двадцать. Заражение протоплазмой, всё понял?
– Так точно!
– Уровень с моргом немедленно полностью изолируй. Выход только через телепорт, понял?
– Так точно! На нижнем уровне сейчас двадцать сотрудников. Телепортеров нет.
– Я их вытащу сама. И сообщи в центр ходатайство о лишении премий и надбавок для всего руководящего состава местного управления.
– Передано.
– Спасибо!
Мила отключилась от дежурного.
Сирены выли негромко, но настойчиво. Сканер, похожий на костлявую руку, свесился с потолка и принялся лениво вертеться, просвечивая объекты в поисках заражения. Похожие устройства включились во всех помещениях.
Хоть что-то согласно протоколу.
Одновременно бокс за прозрачной стеной наполнился пламенем.
«Того бедолагу, к сожалению, всё равно было не спасти…» – пронеслось в голове Милены, пока она, отвернувшись, готовилась перенестись в морг. Для этого следовало как минимум установить доступность места назначения. Пара мгновений – и изображение с камеры выскочило на экран наруча. Ещё секунду Мила медлила. Не понимая причины своей нерешительности, агент Милена рассеянно переводила взгляд то на свой экран, то на выжигаемый бокс, то на индикаторы других боксов, среди которых двадцать третий теперь горел красным, как и двадцать второй.
«Началось» – произнесла у себя в голове Мила настолько чётко, как если бы сказала это вслух. Не было вечного «я-ж-знала», не было высокомерного «я-ж-говорила». Зато откуда-то накатила бесконечная усталость и желание, опустив руки, просто наблюдать.
А следовало делать дела, и к тому же быстро.
Хлопок – Мила прошла через карантин прямо в морг, где тоже как раз «началось». Через стеклянную стену анатомического театра столпившиеся эльфы наблюдали, как упакованные в специальные мешки тела задёргались, а судебный медик и ассистент немедля открыли огонь. Впрочем, довольно безуспешно: предписываемое в случае зомби-заражения попадание в голову не давало никакого результата.
Не теряя времени, Мила отправила нескольких оказавшихся с нею в одной комнате эльфов в карантинные боксы и только после этого заорала в комлинк, перекрикивая сирену:
– Заражённые есть?
Вместо ответа и словно с издёвкой один из пакетированных трупов взорвался, густо окропив всё вокруг чёрным. Эльфы, на кого попало, с воем скорчились на полу.
– Заблокировать анатомический театр! Дежурный, слышишь?
– Уже сделано! – вместо дежурного ответил начальник отделения. – Заражение локализовано, запускаем протокол очистки. А вам, Милена, лучше подняться в командный центр.
– Дайте картинку, – попросила эльфка без лишних объяснений. Где комната командного центра, она знала благодаря изученным планам. Оставалось лишь определиться, как ничего не разрушить при перемещении. С той стороны её логику тоже прекрасно поняли, передали изображение с камеры, и секунду спустя Мила с хлопком появилась в точке назначения.
– Господа, агент Милена Краснова, – представил начальник.
Собравшиеся кивнули.
– Агент Краснова, здесь собрались руководители всех подразделений нашего отделения. Не берусь судить, но по вашей реакции, столь масштабный оборот событий предполагался. Не очень понимаем, почему центр не дал нам полную информацию. Тем не менее. Мы там, где есть. Ситуация всем присутствующим понятна, и теперь надо выяснить, с чем мы всё столкнулись.