- Я в порядке… Шисуи… - глубоко вздохнув, продолжала. - Я не могу добывать новую информацию каждый день, ты же понимаешь это? И я не могу появляться на этом месте свободно ещё месяц. Поэтому умоляю… - закусив нижнюю губу, держала слезы в себе. - Уговори старейшин дать мне больше времени… Я обещаю, что за месяц добуду всё что получится, пусть они не думают, что я передала клан, я всё сделаю, но позже…
Он не ответил. Молча поднял моё лицо, за подбородок, но не грубо, а очень осторожно. Я отводила взгляд, но терпения чтобы сдержаться оставалось совсем чуть-чуть.
- Почему месяц? Почему ты не можешь тут свободно появляться?
- Тобирама, он… Запрещает мне видеться с тобой и Итачи… Из-за того, что вчера я не пришла с ним на ужин, а была ‘на тренировке с тобой’, он просто озверел… Запретил мне выходить из резиденции целый месяц…
Следующее мгновение для меня стало громом среди ясного неба. Шисуи поцеловал меня, прижимая к себе. Секунду я буквально не понимала что происходит, но как только осознание происходящего пришло мне в голову, я оттолкнула парня.
- Что ты делаешь?! - я закричала, задрожав всем телом.
Шисуи стоял на расстоянии вытянутой руки от меня, но даже в этой темноте я видела, как с его глаз хлынули слезы.
- Прости меня… Я… Я не могу видеть, как ты страдаешь. Не могу… Я так сильно люблю тебя… - брюнет схватил мои ладони, снова оказавшись в опасной близости от моего лица. - Давай сбежим вместе, в любую страну, которую ты захочешь! И будем жить там вдвоем, далеко от этих проблем…!
Я смотрела на него, как на обезумевшего человека. Да он и выглядил в этот момент также. Глаза его блестели, но были словно в тумане. Таким, я ещё никогда не видела Шисуи. Он сжимал мои ладони так крепко, словно это последняя ниточка к спасению. Мне стало очень страшно. Попытавшись освободить руки, я внимала к его разуму.
- Шисуи, не делай этого… Так будет только хуже, отпусти меня…! - парень смотрел на меня с болью, нехотя разжимая свои руки. - Так, ты только больнее сделаешь мне и себе. А теперь, - я осмотрелась по сторонам, с последних сил скрывая чакру. - Мне нужно бежать, прости меня, умоляю!
Я вырвала свои ладони из его. Не оглядываясь, побежала по скользкой земле так быстро, как только могла. Бежала и плакала. Не могла я поверить в то, что произошло. Возвращаясь в поместье, я всё ещё ощущала короткое прикосновение его губ. Оно было таким страстным, но нежным одновременно. Как это могло произойти? Получается, что я изменила Тобираме?
Поднимаясь на верхний этаж, я вспоминала все молитвы, которые знала. Только бы никого не встретить. Даже не смотря на то, что я успешно прошла мимо работников резиденции и охраны на первом этаже, выходя из подвала, я шла, всё ещё одержимая, гулкими ударами в виски, сердца от страха.
Повернув в коридор, на встречу мне вышел Первый. Ладони вспотели, а ноги стали ватными. Он шел, смотря прямо на меня. Моя реакция была заторможенной. Представляю, как сейчас выгляжу глупо и растерянно со стороны, но я всё же поклонилась, в знак приветствия, перед ним.
- Саюри…
Сколько раз видела Хашираму-саму, он всегда улыбался или просто был весел. В этот же раз, голос его был достаточно тихим, а выражение лица совсем не передавало его обычной лучезарности. Скорее, смотрел он, как на провинившегося ребенка, которого следовало бы отчитать. После небольшой паузы, он продолжил:
- Иди. Я не скажу ему.
- Спасибо… - выдавила благодарность через силу.
Быстро пробежав по винтовой лестнице наверх, камень упал с моей души, когда открыв двери комнаты, меня встретила лишь пустота. Быстро забежав в ванную, я открыла горячую воду, судорожно перебирая слипшиеся в один ком волосы.
‘Я не скажу ему… Значит Первый все знает? Он знает что произошло? Ну конечно… Они же братья, вот он ему и рассказал. Интересно, а рассказал ли ты, дорогой муж, как изнасиловал меня?’ - меня охватил стыд. Неприятно.
Даже сквозь шум воды, я услышала как двери комнаты громко бахнули. Сердце сжалось и ускорило свой ритм. Я вслушивалась в каждый шаг, который доносился из-за закрытой двери. Сидя в ванне, я прижимала колени к себе. Стук в дверь поверг меня в ещё больший страх.
‘Он точно всё знает, он всё видел!’ - метались мысли в моей голове.
- Саюри, ты там долго ещё?!
- Н… Нет…
- Давай быстрее, нас Хаширама к себе позвал.
- Угу…
Выйдя из ванной комнаты, я посмотрела на Тобираму. Он разбирал бумаги со стола. Раскладывая одни в аккуратную стопку оставляя на столе, а другие откладывал в папку. Я, не привлекая к себе внимание, надела новое кимано, нежно розового цвета с белыми лепестками сакуры. Мокрую одежду спрятала под ванну, решив что завтра её и постираю. Стянув волосы в тугую, высокую шишку, подошла к мужу.
- Готова? Тогда пошли.
Я молча поплелась за ним. Смотрев даже на спину Тобирамы, мне неприятными воспоминаниями, возвращались вчерашние муки. Я старалась отбросить эти картинки из своей головы и ни о чем не думать.
Вопреки ожиданиям, мы пришли не в кабинет Хокаге, а в его комнату.
Хаширама-сама сидел на диване, читая книгу, но стоило нам зайти, как он отложил это занятие, вставая и приветствуя нас с улыбкой.
Мы сели на противоположный диван, а Тобирама начал разговор.
- Ну и чего ты нас звал?
- Поговорить хотел… С вами обоими. - мужчина перевел взгляд на меня, а я смущённо слегка отвернула голову.
- О чем же? - Тобирама сдвинул тонкие брови к переносице, хмуря лицо.
- О ваших отношениях.
Альбинос вспылил:
- Ты собрался лезть туда, куда тебя не просят?!
- Тобирама. - старший стал более серьезным. - Помолчи.
Мне было неловко наблюдать за этой перепалкой, но когда Хокаге обратился ко мне, голос его стал намного бархатнее.
- Саюри, сперва ответь. Какие чувства ты испытываешь к Тобираме? Отвечай как есть, не бойся и не лги мне.
- Я… Я его уважаю. - отвечала, перебирая пальцы.
- Хорошо… А что ты чувствуешь, Тобирама?
Альбинос хмыкнул, сложив руки на груди:
- Я не буду отвечать.
- Тогда, Саюри, скажи. Ты боишься Тобираму?
- Иногда…
Я чувствовала нарастающее напряжение между мной и мужем. Казалось, он настолько недоволен всей этой ситуации, что только одной своей силой мысли мог бы просто порвать меня на куски.
- Вот видешь, брат. Никакого счастья в семье никогда не будет, пока жена боится мужа. Саюри ещё совсем юна, по сравнению с тобой, так зачем ты запугиваешь её своими методами? Брак - не фронт, где надо показывать жестокость. - теперь мужчина обращался ко мне. - А ты, девочка, не забывай, что в первую очередь, главный мужчина. Слушай его и повинуйся, но и себя не потеряй, идя на слепом поводу. Муж и жена должны идти бок о бок друг с другом, а не пытаться подавлять волю партнёра, убивая в нём всю душу, делая свой тряпичной куклой.
Хаширама-сама говорил правильные вещи. Мне на секунду показалось, что даже Тобирама смягчился, будто понял свою ошибку.
- Надеюсь, вы вернувшись в комнату, помиритесь, решив все конфликты разговором, прийдя к компромиссу. Ещё надеюсь на искренние просьбы о прощении друг друга, но это уже вам решать.
Он провел нас, всё также приятно улыбаясь. Мито очень повезло с мужем, а Тобираме с братом. Первый - человек мудрый и добрый. Хоть он и являлся формально частью моей семьи, я понимала, что близкое общение с ним вряд-ли установишь, но этого так сильно хотелось. Я могла находиться рядом с ним, только лишь оставаясь за плечом моего мужа. К Первому, казалось, можно было в любой ситуации обратиться за советом и он поможет, но могла ли я проявить такую наглость, позволив себе заговорить с ним о своих проблемах?
Когда супруги вернулись в свою комнату, здесь было уже очень темно. Дождь всё также продолжал отстукивать песнь каплями по карнизу, но это успокаивало.
Тобирама включил настольную лампу, оставшись стоять рядом со столом. Мужчина всматривался в бумаги, а потом резко смахнул их на пол, создавая шум.