– Идёшь? – указывая на танцпол, энергично произнесла она.
– В этот раз пропущу.
– Только не скучай! – проведя своей рукой по моей, она подмигнула.
Я остался у бара, а Паулина радостно вскрикнула, услышав новую песню. Начал на неё смотреть. Такая радостная, энергичная, яркая. Она получает огромное удовольствие от танцев.
«Вот что значит отрываться!»
Бармен предложил алкоголь, я махнул рукой в знак отказа. Наблюдая за девушкой, я и так будто нахожусь в трансе. Пока я сидел, а песни сменяли друг друга, она оприходовала ещё пару бокалов.
«Пусть отдыхает. Это её город, она знает, что делает».
Всё было хорошо и тихо, пока не случилось нечто неординарное. Рядом с девушкой появился молодой парень, и всё бы ничего, если он просто находился рядом и так же отрывался. Но нет. Этот ухажер, которому я явно уступаю в мускулатуре, находится опасно близко к девушке, которая мне нравится.
Паулина не стала отталкивать его или как-то отстраняться, давая понять, что она пришла не одна. Наоборот, улыбнулась и стала танцевать с ним.
«Мы в клубе, и она – не твоя девушка!»
Хотя мне неприятно, я продолжал смотреть, дабы не допустить лишнего. Юноша шепнул ей что-то на ухо, и ответом стала улыбка.
Дыма без огня не бывает, как говорят. Нечто непоправимое всё-таки случилось. Накаченный парень опустил руки на её пятую точку, после чего поцеловал. Я мог бы объяснить многое, если бы она оттолкнула его, но ничего подобного. Она ничего не предпринимала. Сердце будто сжалось, и сидеть на месте больше я не мог. Встав, я быстрым шагом достиг их и, не глядя ни на кого, толкнул наглеца. Он резко ответил что-то по-французски, а я ему коротко:
– Отвали от неё.
Люди вокруг нас, ожидая скандала, перестали танцевать, и отошли подальше.
– Ты кто такой?! – перейдя на английский, разъярённо спросили мускулы.
– Я её друг.
– Ну и катись к чёрту, друг! – и он толкнул меня в ответ. К счастью, я устоял на ногах.
Когда ты молод, внутри всё бурлит, и это только с возрастом пройдёт. Меня терзал юношеский максимализм. И я ударил парня в лицо.
«Всё как 12 лет назад!» – отвлёкся я было на эту мысль, но не заметил, как оказался на полу. Мой удар оказался незначительным, поэтому он повалил меня и стал бить в ответ. Удар! Другой! Нахал сильнее меня, и всё кончилось бы плохо, если бы секьюрити не сработали вовремя. Нас разняли и, хотя мысли путались, я смог расслышать ругательства в свой адрес.
Паулина много выпила и мало что понимала, тем не менее ей удалось схватить меня и потянуть к выходу.
– Извините ребята, но здесь не дерутся, – с сожалением сказал охранник, когда были на свежем воздухе около входа.
– Всё нормально, – ответил я.
– Ты как? – спросила она, и я бы посмеялся над её акцентом в нетрезвом состоянии, но сейчас не до смеха.
Она повернулась ко мне лицом.
– Да у тебя кровь…
Прикоснувшись пальцами к своему лицу, я почувствовал боль, которую до этого не ощущал.
«Наверно, адреналин и алкоголь притупили ощущения…»
– Жить буду, – сухо ответил я.
– Это надо обработать.
– Нет. Я должен отвезти тебя домой.
– Не должен. Поеду с тобой в гостиницу! – уверенно произнесла она и пошла ловить такси.
Поскольку она была пьяна, выйдя на тротуар, чуть не упала. Быстро среагировав, я её удержал. К счастью, такси мы поймали быстро. Пока машина везла нас до отеля, Паулина заснула: после такой выпивки этого следовало ожидать. По приезду пришлось попрощаться с последними евро, зато мы оказались в безопасном месте. Чуть не таща её на себе, я крайне обрадовался, увидев в столь поздний час консьержа.
– У вас всё в порядке? – оторвавшись от журнала, спросил он лениво. – Выглядите не очень.
– Очень весёлая ночь.
– Возьмите аптечку, – посоветовал мужчина, увидев кровь на моём лице.
Поняв, что мне нелегко тащить спутницу, он вышел и помог нам дойти до лифта.
– Он всё ещё…
– Починили. Не переживайте…
«Слава Богу!»
Несмотря на поздний час, мужчина проявил невероятную заботливость: не просто помог дойти до номера, но и обработал рану.
– Спасибо вам большое! – хотел было дать денег, но вспомнил, что их больше нет.
– Нет проблем.
Взглянув на кровать, где отдыхала Паулина, он добавил:
– Берегите её.
Потом закрыл за собой дверь, оставив нас вдвоём.
Рана саднила, зато она обработана, скоро начнёт заживать.
«И зачем я это сделал?»
Паулина спокойно лежала на кровати, и сон её был очень глубокий.
«Людям свойственно делать ошибки. И я ошибку совершил!»
Она лежала ко мне спиной. Осторожно присев на край кровати, смотрел на неё и думал:
«Слишком красивая и слишком яркая для такого парня, как я».
Стараясь не разбудить, провёл рукой по её волосам:
– Спи крепко, дорогая моя подруга.
Мне не оставалась ничего, кроме как расположиться на полу, сделав из своей куртки подобие подушки. Этот долгий день должен закончиться, наконец. Голова раскалывается и, хотя это не связанно со вчерашним алкоголем, состояние ужасное.
Поднявшись утром с пола, увидел, что кровать пустая.
«Она ушла. Это намного страшнее, чем рассказы Лавкрафта перед сном. Выглянув в окно, увидел, что бесконечные серые тучи дошли и до Парижа. Какое огорчение!»
Не найдя никакой записки, я понял, что связи с ней теперь у меня нет. Самые мрачные мысли закрались в душу. И в этот момент услышал шум. Он шёл из ванной. Шум воды. Словно камень упал с души, и я облегчённо выдохнул.
«Девушка просто решила принять душ. Никто тебя не оставил!»
Когда дверь открылась, я увидел её такой, какой ещё ни разу не видел.
Тело укутано полотенцем, мокрые волосы, стройные обнажённые ноги.
На самом деле это неловкая ситуация, ведь мы – не лучшие друзья и, может быть, уже вообще не друзья. Разве можно стать близкими друзьями за несколько дней? Поэтому сейчас она должна смутится и отвернуться.