–Да, конечно.

–А они, что, тебя не покормили? – спросила она с явным сарказмом, вставая со стула, и открывая холодильник.

–Там был только завтрак, – усмехнулась я, вспомнив, что я позавтракала всего одним круассаном, и половиной стакана апельсинового сока. Ну, ничего, в общаге, я вообще не завтракаю.

–Тётя Вита, – прибежал малыш на кухню. – Я готов. Пошли!

–Пошли. Только мне руки надо помыть.

Рассказав сказку, которой я постоянно укладывала детей спать, я ещё лежала и гладила ребёнка по головке. Он уже спал, и прижимался ко мне.

В Лангепасе, у меня было двое мальчиков, которых я любила больше всех на свете. Одному было девять, а второму четыре. Старшего, Артёма, я воспитывала с самых пелёнок, и знала о нем всё. Я его любила, как родного сына, и он платил мне той же лаской и любовью, которую я дарила ему. А младшенький, Дима, был просто маленький дьяволёнок, но в тоже время, это был просто невероятный ребёнок, которого я не имела права не любить. Эти двое детей, хоть они были и родные братья, были абсолютными противоположностями друг друга. Если же Тёмочка был послушный и покладистый, то Дима – редко кого слушал и всегда имел свое мнение. Да, ребёнок в четыре года, может иметь чётко обоснованное мнение, с которым бывает нельзя и поспорить. Артём всегда меня слушался, и прислушивался ко мне, в чем бы то ни было, но Диме надо было несколько раз объяснять, что так делать нельзя, и всё равно, он редко слушал. Боже, как же я скучаю по ним.

Миша, который потихоньку сопел у меня под боком, был моим старшим, родным племянником, которому в октябре месяце, должно было исполниться четыре. А младшей племяннице, Кате, которая спала сейчас на соседней кровати, в декабре исполняется два года.

Я аккуратно встала, переложив головку ребёнка на подушку, и тихо вышла из комнаты. Аню, я нашла на кухне. Она смотрела по телевизору, какой-то русский сериал. Да уж, сестра у меня стареет.

–Садись, – показала она на тарелку, с восхитительно пахнущим обедом. Она приготовила спагетти с соусом балоньезе.

Все, абсолютно все кто меня знают лучше, чем просто знакомая, знают, что я ем не всё, и Аня, это одна из тех людей, которой на это по барабану. Когда я приезжала к ней, то ела очень мало, потому что она готовила ту еду, которую не ем, и именно из-за этого, я часто сбрасывала вес. Но тут меня сестра просто поразила, так как она приготовила моё любимое блюдо, хотя она всю жизнь говорила, что не будет потакать моим прихотям. Как и мой брат.

Когда я ела, мы молчали. Полностью опустошив тарелку, я откинулась на спинку диванчика. Так я не наедалась никогда в этой квартире. Посмотрев на часы, я обнаружила, что уже почти шесть часов. В половину восьмого мне надо подъехать в Олимпийский.

–Как провела день? – спросила я, моя за собой посуду.

–Нормально. Катька сегодня хорошо поела. Мы собираемся в парк прогуляться всей семьёй. Пойдешь с нами?

–Я договорилась с Луи, что приеду к ним ближе к восьми.

–Сейчас уже должны все проснуться. Пойду, разбужу их, – сказала Аня, и пошла в комнату.

Ей не понравилась идея того, что я опять уйду, и возможно на ночь. Я это заметила, но она не показывала виду. Я отправилась в душ, чтобы хоть как-то освежиться и переодеться в чистое бельё и одежду. Волосы быстренько высушила и вышла в коридор, где уже бегали одетые дети.

–Ви, – крикнула Катюшка и прыгнула мне на руки.

–Привет, зайчонок, – сказала я, и ласково поцеловала девочку, в её пухлые губки.

–Вита, выйди с ними на улицу, – крикнула Аня, из маленькой комнаты. Я взяла свою сумку, и вытащила из неё всё не нужное. Положила кошелёк, телефон, фотоаппарат, чистое нижнее бельё, тени, тушь, зеркало и блеск для губ. Не знаю, вернусь ли я сюда сегодня ещё.

–Выходим, – сказала я, и, взяв на руки малышку, а за руку Мишку, мы вышли на улицу. Мы сразу направились к детской площадке, где, к моему удивлению никого не было. Мишка побежал на горку, а Катюшка села в песочнице, и начала пересыпать песок лопаткой.

Заиграл мобильник, и я сразу же взяла трубку.

–Вит, привет.

–Привет мама, – улыбнулась я, и сердце сжалось. Аня ведь не могла рассказать маме.

–Как вчера на концерт сходила?

–Нормально. Даже, можно сказать, отлично. Они хорошие, даже со мной разговаривали.

–Серьёзно? И как оценили твой английский, – спросила радостно мама. Она знала, как я в последнее время схожу с ума от этой группы.

–Сказали, что произношение хорошее.

–Видишь, не зря учила. Что делаешь?

–Вот вышли с Мишкой и Катюшкой погулять.

–Понятно. Ладно, давай вечером позвоню, хорошо? А то тут пассажиры.

–Хорошо мамуль. Целую.

–Передавай Ане привет. Целую. Пока.

Засунув телефон в сумку, я начала наблюдать за тем, как играют Катя и Миша. Миша ведёт себя, как настоящий старший брат. Это мило. У меня есть старший брат, но мы с ним в ссоре, и он никогда он не был такой, какой сейчас Миша по отношению к Кате.

–Катя, так делать нельзя! – кричал Миша. Я нахмурилась. – Тётя Вита, Катя себе на ножки сыпет песок.

Катя сидела на бортике песочницы, с широко раскрытыми глазами, смотрела на меня.

–Иди сюда, – позвала я Катю, и поманила к себе. Девочка встала, и побежала ко мне, вместе с возмущённым Мишей.

Посадив к себе на коленки Катюшку, я начала снимать с неё босоножки и носки, чтобы вытряхнуть весь песок.

–Нельзя так делать, солнце, – сказала я, и у неё между бровей пролегла складка. Отряхнув ножки и вытряхнув весь песок из носков и босоножек, я надела всё обратно, и как раз из подъезда вышли Аня и Гоша.

Мы отправились в парк, который был неподалёку. Дети бежали впереди, а я шла вместе с Гошей и Аней.

–Ты надолго сегодня уходишь? – спросила Аня, наконец решившись со мной поговорить об этом.

–Я планировала на ночь, – осторожно сказала я. В середине парка, было небольшое озерцо, в котором плавали утки и лебеди. Мило.

–Ладно, – после длинной паузы, сказал она. – А завтра домой придёшь?

–Приду, – кивнула я. Мне становилось не по себе от таких вопросов. Сразу чувствовала себя виноватой во всех грехах.

Я достала из сумки телефон и посмотрела на время. Без пяти семь. Аня заметила, как встревожено я смотрю на телефон, тяжко вздохнула.

–Тогда иди, раз тебе так хочется. Я не смею тебя задерживать. Только будь осторожнее, и звони в любом случае.

–Ань, со мной ничего не случиться.

Она слабо улыбнулась, и я решила не продолжать тему. Миша побежал ко мне, и я, подхватив его, подкинула в воздух и словила. Поцеловав в щёку, опустила на землю, и он побежал дальше.

–Ты езжай, а то далеко ехать, – сказала Аня, и потянулась для объятий.

–Люблю тебя, слышишь? – сказала я, обнимая её за плечи.

–Знаю. Так же как и я тебя, – кивнула она. – Будь осторожна.

–Пока, – сказала я, и побежала к метро.

Когда начала подходить к Олимпийскому, я испугалась, что меня могут не пустить. Тут уже была толпа. Чуть меньше чем вчера, но тоже внушительная. В принципе, мероприятие начнется только в девять, и за час может набраться ещё столько народа, сколько не вместиться и в Олимпийский.

И что мне сказать, когда я подойду к охране? Я знакомая Луи? И вообще, как я проберусь к охране?

В сумке завибрировал телефон, и я сразу же ответила на звонок.

-Алло, – сказала я в трубку.

-Вита?

-Луи, дорогой, я здесь, около Олимпийского. Как мне зайти?

-Подожди, – сказал он, и видимо закрыл динамик ладонью.

Я потихоньку подходила к входам, но пыталась держаться подальше от плотного скопления народа.

–Вита! – позвал Луи. – Подходи к первой двери.

-Хорошо. Если что, перезвоню.

Подойдя к первому входу, именно к тому, откуда меня вчера забрал Олег, я огляделась. Относительно поблизости никого не было. Основная масса людей ждала у последних дверей. И как мне туда войти? Я пару минут смотрела на створки двери, и думала, что предпринять. Постучать? Глупо. Ладно, просто дёрну. Дверь сразу же отварилась, и я проскользнула внутрь. Я сразу же оказалась в объятиях Луи, который одной рукой держал мою голову, а второй, защёлкивал дверь.