- Э-э, нет! – провела ладошкой от груди до его паха. – Не болтай своей ерундой! Ты мне нужен живой и очень даже здоровый. Только размечталась объездить злого Змея Горыныча, а он мне тут такую фигню заявляет.
- Тогда объезжай, детка и пощады не жди, – подхватил меня резво за ляжки и впился губами в губы.
Послушно обвила его ногами, когда он коварно припёр меня к стенке. Мне сразу же стало не до разглядывания интерьера, как только почувствовала, что его руки задрали платье, а член красноречиво толкнулся мне между ног. Додразнилась, что меня пригвоздили к деревянной переборке, и до кровати дело не дошло.
- Ммм, – застонала в его рот, а после поцелуя он оперативно избавил меня от платья, стащив его через голову.
- Извини, чертовка, сейчас обойдёмся без прелюдии, – провел языком по моей скуле до уха, пока я судорожно помогала ему расстегнуть ремень на брюках.
- Переживу, – буркнула, уткнувшись ему в шею, пока он спешно зачехлял свой орган в презерватив и сдвигал полоску моих трусиков.
Одно дразнящее движение головкой по складкам до клитора, снова вниз, резкий толчок и он во мне. Замер, давая мне заново привыкнуть к его размерам, и понеслась душа в рай.
- Боже! – не удержала крика, хватая его за плечи.
Хорошо, что рубашка оставалась на нем, и не позволила мне его оцарапать.
- Меня опять повысили в звании, – очередной смешок и поцелуй, заглушающий вопли восторга, когда мой мужчина рьяно наращивал темп.
Ловлю затуманенным взором его синий взгляд и тону в пучине страсти. Его жадные движения внутри окончательно мне сорвали башню.
- Дьявол! – рычала на него, двигая бедрами навстречу.
- Ведьма! – не остался он в долгу, пришпиливая жестко к стенке, но мне было совсем не до боли.
Схватила его за волосы, притягивая к своей груди. Он без слов понял, мое желание. Сдвинул чашечку лифчика вниз и искусно стал выводить узоры языком на моей груди, нисколько при этом, не теряя в качестве, ритме и амплитуде толчков.
Горячая волна окатила мое тело, ноги безвольно повисли вниз. Правда, одну Гордей удержал своей рукой, а другой своей конечностью я уперлась в пол, поджимая пальцы в сладкой судороге, неистово кончая.
Он жадно вторгается языком в мой рот, не давая мне кричать в полный голос. Я могу только тихо поскуливать, когда он прикусывает мой язык и содрогается в пароксизме оргазма за мной следом.
Мы дышим, как загнанные лошади, когда мой мозг постепенно возвращается в реальность. Из одежды на мне только нижнее белье, причем явно находящееся в творческом беспорядке и уж точно не на своем законном месте. Бюстик спущен ближе к животу, и болтается кое-как, а стринги, кажется, скоро порежут мне междупопие, до того жутко впились мне поперёк ягодиц.
- Извини, Рита, – вздохнул все же мой герой. – Я кажется был груб.
- Ничего, Годя, я ж тебе отомщу, не переживай, – засмеялась я, обнимая его за шею, прикусывая мочку уха. – Здесь есть душ?
- Есть. И даже ванна, – дергается он от моей провокации и радостно лыбится, снова прижимая к себе.
Я все-таки успеваю окинуть взглядом внутреннее пространство каюты, отмечая её дизайн и уют. Задерживаю взор на кровати и хмыкаю.
Снова возвращаю свое внимание мужчине, мои глаза скользят по его довольной роже, а потом цепляют дивную картинку за его спиной.
- Ммм, цветуёчки! Как мило. Это мне? Спасибо.
- Я понял, розы не твоя тема, – усмехнулся Королев, – так что маргаритки для бандитки Ритки, самое то.
- Ну, коли я бандитка, готовься к захвату твоего монаршего тела, будет тебе «гангстер-секас-марафон».
- Быстро ты оклемалась, Чертенок, – усмехнулся гад, утаскивая меня в ванную комнату. – Надо исправлять данное упущение, – сколько обещания таило в себе его заявление. Ох!
(прим. Автора: Баба́й или баба́йка (татар. бабай — дед, старик) — в славянском фольклоре ночной дух, воображаемое существо, упоминаемое родителями, чтобы запугать непослушных детей).
Глава 15
- Ух ты! – впечатлилась я, когда мы ввалились в «чистилище», увидев оригинальную чашу для нашего общего заплыва. – Подожди, подожди, дай хоть полюбуюсь, – увернулась от очередного требовательного поцелуя Годи.
То, что принимать ванну будем вместе с Величеством, я даже не сомневалась. Однако не ожидала, что меня так поразит дизайн сего великолепия.
- Марго, я уже ревную, – хмыкнул Гордей. – Вернись ко мне, я всё прощу, – пытался он вернуть моё внимание к своей персоне.
- Разденься лучше, хочу чувствовать твое обнажённое тело, – томно шепчу ему в ответ.
- Как скажешь, чертёнок, – тут же активизировался Горыныч, скидывая себя рубашку, брюки, трусы и носки.
- Эх, жаль без музыки, – подколола я, любуясь на это через чур быстрое действие. – Из тебя бы вышел отличный стриптизер. Не Тарзан, конечно. Возможно, супер Змей.
- Может бы и вышел, – согласился голый мужчина, быстро приблизившись ко мне, словно хищник к добыче. – Только ревновать ведь будешь.
- Кто? Я? – фыркнула, скрывая истинные чувства. – Ты мне эти метросексуальные замашки бросай!
Пошутила, блин! А он, по ходу, не шутил.
- Ну я ж говорил, ревнивица, – обрадовался этот пупырчатый, сжимая в своих объятиях.
- Открывай краны, а то никогда с тобой не помоемся.
- Есть, моя королева! – включил он воду, а потом затянул в головокружительный поцелуй. От его дыхания сводит низ живота. Волоски на теле встали дыбом, то ли от того, что вечером прохладно, то ли от возбуждения. Склоняюсь ко второму варианту, хотя ведь у меня с ним только что случился крышесносный оргазм. Но это только начало нашего суточного сумасшествия, и мне это безумно нравится
Пока целовались, глубоко, горячо и жадно, ванная быстро заполнилась. Заметила это только тогда, когда Королёв затащил меня в теплую воду, распластав мое тельце на свой груди. Вокруг нас бурлит и пенится, потому что это не просто ванна, а полноценное мини-джакузи.
- Ты что творишь? – забарахталась я, еще больше его «вдохновляя», потому что животом чувствовала готовый к новым подвигам, мужской орган. – Бельё хоть помоги снять, Горынья твоя морда.
- Не елозь, чертенок, – шипит этот Змей Горыныч, нашаривая крючки бюстгальтера на моей спине и быстро избавляя от этого предмета одежды.
Так хотелось шалить и не думать, что ждет меня после этого сексуально-любовного угара. Я сама задала условия, я сама, противореча себе, согласилась без сопротивления на эту сделку с дьяволом. Чего греха таить? Я безумно хочу любимого короля, но о своей любви помалкиваю, так как не верю в его искренние чувства ко мне, ни разу. Как знать, может после этих суток он удовлетворится настолько, что знать меня больше не захочет и продолжит куролесить с другими девицами дальше.
«Нет, не думать об этом», мысленно отдаю себе приказ. Не надо отравлять себе это прекрасное времяпрепровождение. Не время ещё для рефлексии.
- А то, что? – выдыхаю в районе его шеи, прикусывая теплую кожу и тут же зализывая.
- А то! – переворачивает он нас внезапно, так, что вода расплескивается за борта этого фаянса-стеклянного корытца, а я оказываюсь внизу под ним.
- Псих! – воплю я, прижимаясь к его груди еще сильнее, обматывая руками могучую шею.
- Безусловно, – прикрывает мне рот сладостным поцелуем, мучительно долго терзает губы, скользит языком внутрь, проникает глубже и тянет, и тянет в свой бездонный омут, заставляя теряться во времени и пространстве.
Чувствую, как мои трусики-слипы скользят по бедрам. Главное, что не порваны, и то успех. А то маяться бы мне без белья весь следующий день. Я, конечно, смелая дева, но не настолько. Весь этот хоровод размышлений кружится в моей голове, но как-то вяло. Проскользнёт на грани сознания и след простыл.
Глажу своего сексуального Горыныча по голове, пока он опускается губами вниз, оставляя влажные следы по ключицам, подбираясь к груди. Прикусывает зубами торчащий сосок правого полушария, и я выгибаюсь от острого наслаждения. Оказывается, мне много не надо, чтобы чуть не кончить, хотя еще толком ничего и не началось.
