- Что же с вами делать, болезные? – Кейси задумчиво посмотрел на парочку агентов, которые уже кое-как приходили в себя и крутанул на пальце пуш-даггер. «Дитрих» взволнованно замычал, а «Джованни» недовольно хрюкнул и пихнул напарника коленом.
- Не, я даже как-то рад, что ли... не знаю. Я, ваще-то, гулять люблю, бродяга, шило в жопе, а меня на полгода заперли. Ну и вот, соскучился я по всему этому, - он усмехнулся и проверил стяжки на ногах «Джованни». – А тут вы... Ладно, это все лирика, сейчас будет пара вопросов. На них надо ответить честно. Я не шучу. Совсем.
Он быстро три раза ткнул ножом в лоб «Дитриха», а потом проделал то же с его напарником. Они взвыли и затряслись, словно в судорогах.
- Ага, знаю. Это неприятно. Тут есть такие точки, не важно... А еще на макушке...
Он не договорил, потому что «Дитрих» взвыл еще громче и замотал головой из всех сил. Кейси вытащил тряпку у него изо рта.
- Хочешь что-то рассказать, говори, не трать время.
- Какие гарантии? – прохрипел «Дитрих».
- Я вижу, у нас недопонимание, - вздохнул Кейси. – Ладно.
И он снова смял тряпку в маленький комок.
- Нет-нет, - торопливо проговорил водитель. – Все ясно. У нас очень простая задача: оставить вам несколько меток и, по возможности, иммобилизировать.
- Чего-чего? – хмыкнул Кейси. – Ты не юли, говори попроще, уж раз начал.
- Подрезать тебя. Не сильно, но неприятно. Ахилл, колено, как-то так...
- И все? – удивился Кейси.
- Богом клянусь! – торопливо проговорил «Дитрих». – Я ничего больше не знаю. Это Альдо с ними говорил...
Кейси перевел взгляд на второго, который смотрел на него с ненавистью. Н-да, тут сложнее придется, а надо бы поторапливаться. Впрочем, пару вопросов можно задать... Он натянул на правую руку перчатку и взял с земли нож, который вытащил у себя из плеча.
- Ну, что думаешь? Ты же, наверное, знаешь мое досье? Можешь вообразить дальнейшее?
«Альдо» моргнул пару раз и что-то промычал. Кейси наклонился к нему, но в ту же секунду голова пассажира разлетелась, а Кейси так сильно и больно пнули в правую ляжку, что он свалился наземь. Перекатываясь за машину он услышал третий хлопок и понял, что все разговоры на сегодня закончены. Если он все правильно понимает, снайпер на пяти часах, метров 300 с хвостиком, но окно должно быть очень маленькое, так что шанс есть. Он перетянул ногу так и не отброшенной тряпкой, нырнул в фолькс, перевалился на водительское и газанул, даже не порадовавшись тому, что заранее завел машину. И больно, и обидно, и даже немного стыдно было, какая уж радость. Он включил комм водителя на запись, коротко пересказал все последние события, ничуть не скрывая собственных ошибок и глупости, и скинул на один из ящиков Серой линии, который, вроде, работал по протоколу рассылки. Теперь оставалось только надеяться на время и Колобка, ну, что тот успеет раньше. А то не добраться ему до Адриатики в этом забеге.
<p>
<a name="TOC_id20245022" style="color: rgb(0, 0, 0); font-family: "Times New Roman"; font-size: medium; background-color: rgb(233, 233, 233);"></a></p>
<a name="TOC_id20245025"></a>Глава 19. Крайстчерч
Залив Литтелтон набух десятками серых хищных туш. Бело-синие муравьишки неторопливо ползали по ним, упорно стараясь что-то улучшить или исправить. Эрик Кадоган, виконт Челси, недовольно поморщился, в который раз обдумывая те усилия, которые ему придется приложить, чтобы аккуратно разогнать этот военно-морской базар по другим портам и бухтам. Но это, все-таки, было вопросом завтрашнего дня. Сегодня еще можно было радоваться, что так тихо и оперативно удалось провести и закончить переброску основных сил, которые еще полгода назад бессмысленно зависали на базах метрополии. Удалось сделать это практически незаметно. Без скандалов и претензий. Ну почти. По словам лорда Кентского, регардовская ищейка Вивер, с которым тот накануне долго и малопродуктивно беседовал, пребывал в глухой ярости и выразил тяжелое искреннее недоумение политикой короны: «если вы, придурки, хотели всех наебать, то у вас ни хера не вышло, а если почти всех, то можно было предупредить». В сущности, это выглядело как намек на гипотетическую претензию. Без последствий, но с осадком.
Ладно, осадок переживем. Хуже другое: недопонимание с Регардом ширилось и постепенно превращалось в развилку. И хотя Эрик убеждал себя, что стоит убрать парочку раздражающих факторов, как все рассеется, он и сам в это не верил. Ему логика лидеров инвестиционного фронта была понятна, но вот они-то как раз никак не хотели осознать того простого обстоятельства, что с огнем не играют. Вообще. Нет, эти чертовы умники уверены, что могут все-все просчитать, а значит заранее готовы к любым последствиям. Здесь у него с регардовскими этерналиками был общекультурный хиазм. Они думали, что подготовились ко всему, но хотели бессмертия. А он был готов к смерти, и знал, что просчитать все нельзя. Господь и мать-природа всегда придумают что-то следующее.
Проклятый Адский Доктор был опасен не теми последствиями, которыми уже обернулась его активность – плевать, последствия можно постепенно устранить – а сам по себе, как ключ к сундучку Золушки-Пандоры. Потому что, кажется, он собирался выпустить на белый свет такое, что устранить уже никому не удастся. Регардовцы видели свою вожделенную цель и перли к ней как танк: ну как же, что в целом свете может быть круче бессмертия. А вот Эрик год назад внимательно вчитался в обрывки догадок и откровенного бреда, что смогли собрать аналитики из вороха информации, пришедшей от «красных лис». И даже на 99,99% нереально-абсурдная возможность сделать сказку былью, точнее, превратить биосферу планеты в мыслящее существо, заставила его испугаться до судорог и ледяного пота.
Он собирал все сведения по феномену Васюганских болот, которые только удавалось нарыть, и все больше убеждался в том, что Доктор в тайне от всех – в тайне, которую было очень легко соблюдать: кто же поверит в эдакую откровенную ересь? – заготавливает столь грандиозную дубину, что Архимед с Приапом облезли бы от зависти. Особенно понимая, что на этой axis mundi он намерен вертеть весь, и так уже многажды гребаный мир.
