С вещью такого не происходит. Поэтому вот мое предложение, – наконец подытожил я. – Вы отвечаете на мои вопросы в течении, скажем… – пауза, – часа, а я отдаю Вам все четыре прекрасные, темные душонки.
Гоблин улыбнулся. На этот раз эта улыбка была реальна. Было видно, что она не идеальна, но именно эти недостатки выдавили в ней неподдельную искренность.
– Я согласен на пятнадцать минут ответов на любые вопросы, кроме «основного» и без возможности разглашения.
– Сорок Пять. С возможно…
– Мальчик, – с добротой (ага, как же) произнес гоблин, – так уж сложилось, что мы с тобой оба находимся в ситуации, когда торговля не имеет смысла. Против нас обоих играет время, и каждому из нас не так интересно предложение другого. Я уверен, что у тебя не подготовлен даже первый вопрос. Ты просто потратишь мое время впустую. К тому же, сделка, которую я тебе предлагаю, настолько хороша, что я ударю в грязь лицом, если пойду на твои условия. Меня просто перестанут уважать в кругах, чье почтение я зарабатывал столетиями.
«Ага, а еще рыбы по небу летают, ну а бабочки в пруду разыгрались в чехарду. Хотя он, конечно, прав и что-то мне подсказывает, что после всего сказанного ранее навряд ли он согласится хоть немного изменить условия сделки. Да и проку от этих душ мне нет…»
– Согласен, только вот вынужден уточнить. Основной вопрос это…
Гоблин перебил меня, не дослушав.
– Этот вопрос касается одной из тематик, ради которых и было назначено одно из испытаний богами, под действие которого…
– Зеленый, – строгим голосом сказал я. – Прямо скажи.
– Поспокойнее надо быть. Это вопрос про то, насколько оценили боги твою жизнь, вернее, смерть и все с этим связанное.
– Хорошо, я согласен.
– Подпишите здесь, здесь и здесь, – передо мной возник договор, в точности идентичный договору сексуальной эльфы. Я на секунду, может, даже дольше, остановился, вспоминая, в общем… в общем, какая разница что я вспоминал?
Я отряхнулся от мыслей и принялся с особенной внимательностью вчитываться в пергамент. На самом деле никаких неожиданных пунктов я там не нашел, точно так же как и не было там маленького шрифта или сложных формулировок. Предельно просто и понятно, не то, что в нынешней юриспруденции. На все чтение и выиск тайных сторон я потратил минут десять от силы.
Я взмахнул пару раз пером и поставил свою привычную подпись. Если я правильно понимаю, теперь ко мне «пристанет» эта роспись. Ну, или в игре нет разницы, как расписываться. Вполне вероятно, что так. Яркое свечение окутало меня и гоблина. Потоки света подхватили пергамент и разорвали его на тысячи мелких частей.
– Не бойся, (как быстро мы перешли на «ты») это стандартный ритуал договоров. Свечение и прочее – дело рук богини правды. А теперь – спрашивай. Твои пятнадцать минут пошли.
Я прокрутил в голове то огромное количество вопросов, которое хотел задать. Все они куда-то таинственным образом исчезли. Испарились так, словно их и не было больше. Я задал то, что пришло первое на ум, чтобы не показаться совсем уж дурачком гоблину.
– Как сюда попал огр?
«Как НеПиСь объяснит спавн мобов, вот что мне интересно».
– Не огра, а великана, я предполагаю? – уточнил гоблин и, не дожидаясь ответа, утвердил:
– Его телепортировали сюда боги.
Я недолго думая спросил: – Добровольно?
– Нет, конечно!
– То есть, богам ничего не мешает просто взять и… переместить огромное существо, или это какие-то поблажки во время турнира?
– Нет. Ничего не мешает. Нет. Абсолютно никаких поблажек или чего-то подобного нет.
Я потратил десять секунд на обдумывание, а затем задал следующий вопрос.
– В десятке самых сильных богов какое количество светлых?
– Восемь.
– Получается, остальные – темные?
– Один темный – бог обмана и воровства. И один нейтрал – великий Ренд, повелитель удачи.
«Может, остальные боги – темные. Берут количеством так сказать».
– А в первой сотне?..
– Места в первых позициях принадлежат, по большей части, светлым. Темные нынче популярны.
– Тогда почему, <цензура>, боги просто не взяли и не переместили особенно сильных великанов подальше, туда, где нет ни людей, ни орков, ни эльфов, ни прочих представителей разумной жизни?
Гоблин засмеялся.
– Да потому, что тогда, глупый мальчик, никто не будет молиться. Список приоритетов изменится, и те боги, что сейчас занимают высшую строку рейтинга божественных сил, слетят вниз, уступят места более полезным своим товарищам.
– Но ведь… Дело света помогать?… – расстроенно сказал я то, что пришло первое в голову.
Гоблин засмеялся пуще прежнего. Теперь, казалось, что воздух дрожит от его смеха, потакая ему.
– Богам наплевать на то, что будет со смертными. На-пле-вать. Им интересно только свое могущество, свое влияние. Если не будет внешних угроз – люди и остальные разумные перестанут молиться. Все сильные мира сего это знают. Все прекрасно понимают, что бог доблести готов воткнуть тебе нож в спину, если от этого выиграет. Боги ведут свою игру, ходы которой рассчитаны на тысячи ПАРТИЙ вперед.
– Тогда… Черт! Где же классическое противостояние добра и зла?
– В сказках… Или в наших сердцах, если хочешь мое мнение. Все-таки, у каждого своя правда.
– Это фраза из моего мира! Что ты знаешь о МОЕМ мире?
– Что он существует, что там все не так, как у нас, что там нет магии, что у вас нет богов, но большая часть из вас в них верит. Но самое главное, что наш мир для вас – всего лишь развлечение, – гоблин, казавшийся бетонной стеной в плане эмоций, вздохнул.
– Откуда… – удивленно спросил я, но затем немного успокоился. – Откуда у тебя та информация?
– Многие глупцы из ваших рассказали.
– Ты бы хотел узнать что-нибудь еще о моем мире?
– Да.
Я затих. Видимо, слишком многое мы не знаем об этом мире. И… надо бы еще что-нибудь важное узнать, но в критической ситуации мозг умывает руки и сматывается. Черт поганый…
Секунд двадцать прошло, прежде чем я нашел хоть сколько-нибудь подходящий вопрос.
– Как появился этот мир?
– Не знаю. На самом деле, этого никто не знает. Может, только самые старые боги. Может, Ренд, но кто его знает.
– Общая теория, я так понимаю, есть, но она ложная?
– Ее придумывали для деревенских дурачков, но сейчас она разрослась и стала общепринятой.
«Хорошо, хоть у нас не так… – мысленно выдохнул я. Однако следующая мысль, просвистевшая в голове со скоростью пули не дала мне успокоиться: а не так ли? Да нет, бред».
– Трудно ли это, стать приверженцам бога?
– Нет – молитвы, храмы, алтари. У каждого бога свой ритуал, но в общих чертах, чаще всего, это довольно просто. К тому же, ты уже помечен светлым богом.
«Тот талисман…» – мгновенно вспомнил я.
– Какой самый лучший вопрос я могу задать? – я наконец-то очнулся от давления времени.
Гоблин помолчал с пару секунд, а затем, улыбнувшись, ответил:
– Ты только что задал его.
«Черт!»
– Какой вопрос может мне помочь справиться с турниром? – попробуем пойти с другой стороны.
– Любой вопрос в той или иной степени. Кажется, тебя не учили правильно спрашивать, – Гоблин опять предательски-дружественно улыбнулся. – Поверь мне, умение задавать правильные вопросы и получать на них правильные ответы – один из самых важных навыков жизни.
– Ладно-ладно. Что будет в третьем этапе?
– Этого никто не знает. Боги каждый раз придумывают что-то новое. Обычные люди всегда дивятся их фантазии: это помогает богам-организаторам турнира обрести дополнительный вес.
– Окей. Что будет в третьем сегменте турнира?
– Какого турнира? – гоблин включил дурачка.
«Ну ничего. Времени еще много. По ощущениям, не больше трех, может, четырех минут прошло. Я успею узнать все, что мне нужно».
– Того, в котором я участвую на данный момент, – спокойно ответил я.
– Два испытания длительностью по четыре часа каждое.