Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Но после смерти мужа Ванда, надумав вместе с младшим братом ехать в Бергас, вспомнила о баронессе Шимански. Недолго мучаясь сомнениями, Ванда написала ей письмо и, как оказалось, не зря. Баронесса встретила её дружелюбно, и они быстро нашли общий язык.

– Так что насчет оперы? – слегка прищурилась Ванда.

– Я, конечно, что-то припоминаю…

– Уж будь любезна, припомни.

Каролина не выдержала первой и рассмеялась.

Раздался первый предупредительный звонок, но многие так и не спешили расходиться по своим местам. Каролина продолжала обсуждать знакомых, но Ванда слушала её невнимательно. Та не требовала ответов, и поэтому можно было спокойно подумать.

Ванда немного тревожилась. Брата нигде не было видно, а Рой должен был появиться ещё до начала представления. Неужели не получилось, и он ничего не узнал? Только она об этом подумала, как у их ложи послышались торопливые шаги, и, отодвинув тяжелую штору, появился Рой.

– Примите, милые дамы, мои самые сердечные извинения. Никак не мог уехать из клуба. С трудом вырвался, – принялся он рассыпаться в любезностях и незаметно подмигнул сестре.

– Ничего страшного, ты успел вовремя. Представление сейчас начнется, – улыбнулась Каролина и пожала руку молодому человеку.

Рой был младше сестры на два года, но считал себя взрослым и вполне самостоятельным мужчиной. Такой же темноволосый и светлокожий, с внимательным взглядом карих глаз и правильными чертами лица. Высокий и худой, он выглядел болезненным человеком, темные круги под глазами у него редко проходили, но врачи не находили никаких тяжелых болезней и только разводили руками. Правда, Рой никогда не жаловался, а его целеустремлённости и любознательности мог позавидовать любой.

Одно время он хотел идти служить, но потом резко передумал. В его руках сестра всё чаще видела книги по ботанике, анатомии, биологии, а сейчас он заговаривал о поступлении в университет. Ванда была тому только рада.

– Хочешь быть лекарем?

– Да, – ответил Рой и неожиданно покраснел.

– Прекрасная профессия.

Ванда осторожно прощупывала почву.

Щеки Роя стали пунцовыми. Он склонил голову ниже и отрицательно мотнул головой.

Этот разговор у них состоялся на прошлой неделе, и больше эту тему не поднимали.

А надо бы.

Когда Ванда увидела брата, то вся подобралась. Наконец-то! Теперь её разбирало любопытство, и она, едва размыкая губы, спросила:

– Ну что?

Рой прекрасно понял её.

– Я достал адрес, – лаконично ответил он.

От такого известия у Ванды чаще забилось сердце. Отлично! Именно этих слов она так ждала. Теперь она точно не сможет сосредоточиться на опере. Нет, надо было настоять на своём и остаться дома, было бы больше пользы. Ванда смогла бы всё подготовить, обдумать и не торопиться. А теперь придется посуетиться.

Внезапно Каролина воскликнула, да так, что можно было подумать, будто ей плохо:

– Боже мой! Нет! Нет! Такого не может быть!

Ванда резко повернула к ней голову:

– Что случилось? Что такое?

Рой тоже всполошился и обеспокоился:

– Баронесса, вам плохо?

Она отчаянно замахала руками и резко выдохнула воздух:

– Будет здесь плохо… – сказала Каролина скорее для себя, чем для них. – Моё больное сердце не готово к таким сюрпризам. Это надо же… Глазам своим не верю.

Ванда нахмурилась.

– С вами всё в порядке? – для верности переспросила она.

– Конечно!

– Тогда, пожалуйста, перестаньте нас пугать и расскажите, что вас взволновало!

Но баронесса, точно её не слышала.

– Нет, вы представляете, я как чувствовала! Я знала, что сегодня что-то произойдет, была уверена… И вот, пожалуйста.

Ванда начинала сердиться. О чем говорит Каролина?

Она вопрошающе посмотрела на брата, но тот пожал плечами.

– Каролина, да объясните вы нам, что происходит! – уже более требовательно произнесла, стягивая с рук изящные перчатки. Позолоченные шпоры, служившие украшения на рукавчиках, звякнули, столкнувшись друг с другом. – Кого вы увидели?

Каролина едва ли не благоговейно выдохнула:

– Ловчих.

Реакция Роя была вполне предопределена. Молодой человек подобрался, подался корпусом вперед, и его глаза вспыхнули темным огнем. Он из последних сил пытался сохранить лицо, но Ванда подозревала, что он с трудом сдерживается, чтобы не вскочить на ноги и не перегнуться через балконные перила.

У самой Ванды дрогнуло сердце. Скорее от любопытства, чем от волнения.

– Ловчих? Помилуйте, Каролина, разве они существуют?

Хотя прекрасно знала, что существуют. Как и Чертежники, Паровики, Часовщики и… и прочие. Но о Ловчих так давно ничего не было слышно, что впору решить, что они стали легендой.

Лицо баронессы пошло красными пятнами, и Каролина, не сдерживая эмоции, стащила с волос неудобные гоглы.

– Ванда, вот сразу видно, что вы взращивались в деревне! Естественно, Ловчие существуют! Отец Императора изгнал их из державы, тем самым подвергнув нас всех опасности. А теперь… О, Всевидящий, они здесь!

Ванда покачала головой, чуточку усмехнувшись. Что такого в этих Ловчих, что при одном их появлении Каролина пришла в столь сильный восторг, граничащий с обмороком?

– И… что? – Ванда сделала эффектную паузу. – Они прямо такие особенные?

Последнее слово она тоже не забыла подчеркнуть.

В этот момент прозвучал третий, последний звонок, но баронесса не придала ему значения и даже не шикнула на молодых людей, как она всегда делала в подобных случаях.

– А ты, милая, посмотри сама. Ловчие заняли ложу прямо напротив нас. И ладно бы один появился… А тут двое… Невиданное дело!

Неужели голос Каролины дрогнул или просто показалось?

Но Ванда послушалась и, развернув плечи, посмотрела в том направление, куда указала подруга.

Ничего себе…

Потом она клялась и божилась, что подобная мысль не могла промелькнуть в голове, что у неё на лице не дрогнул ни один мускул, а внутри живота не образовался тягучий спазм.

До сего момента ложа напротив них пустовала. Но сейчас в ней разместились двое мужчин. Они столь разительно отличались от остальных, что просто нельзя было не заметить. Оба в черных сюртуках, с волосами цвета воронового крыла, с лицами, на которых застыла маска надменности.

Они сидели, лениво развалившись в креслах, и переговаривались. Широкоплечие, непривычно загорелые, оба производили странное впечатление. И, казалось, не замечали шумихи вокруг них. Не только одна баронесса была поражена их появлением. Оказывается, зашушукались многие, по партеру прокатилась удивлённая волна.

И здесь было чему удивиться. Так как не одно женское сердце тоскливо заныло.

Ванда попыталась понять, что в них не так. Почему они выделяются среди толпы? Притягивают взгляды. Аура таинственности?

Тот, что был постарше, буквально не давал отвести от него взгляд. Его глаза, черные и глубокие, словно затягивали в бездну, из которой не выбраться. Правильные и немного резкие черты лица, смуглая кожа, по которой хочется провести пальцами. А ещё тянет сесть поближе и рассматривать его каждую секунду.

Сердце забилось быстрее. Ванда тут же отогнала непотребные мысли. Что за глупости? Этого ещё не хватало!

Тут огни зала померкли, и началось представление, прервав неосознанное помешательство.

Ванда едва не застонала от разочарования, но тотчас обругала себя. Что за странная реакция?

Тем временем в ложе напротив…

– Что ОН сказал?

– Чтобы мы просто наблюдали.

– Мать вашу…

– Мистер, что за выражение? – На лице Максимилиана появилась циничная ухмылка, а в зеленых глазах заиграл довольный огонёк. При желании и возможности он сам использовал словечки и похлеще. – Мы находимся в публичном месте и…

– Знаешь, Макс, где я видел это публичное место? – огрызнулся Мортон, продолжая сохранять на лице маску легкого пренебрежения. Слова резко контрастировали с ленивой позой, в которой он находился. – Уточнить?

2
{"b":"683583","o":1}