Вы со своими дружками разбойниками отлично придумали.

  Но подожди, у моего отца везде друзья, и их очень много среди высших стражников.

  Вздернут тебя и твоих дружков, но сначала пытки в мрачном подвале.

  - Госпожа, что же вы говорите? - возница выпучил глаза, как рак. - Когда же я бы успел сообщить разбойникам, если ваша подружка приказала ехать, как только мы сговорились.

  - У подружки штанишки намокли от страха, - Эллисон произнесла громко, чтобы принцесса услышала.

  - Не знаю, что у нее намокло, но не губите меня.

  Никаких разбойников у меня в друзьях нет!

  Эта старуха с бородой, выскочила на дорогу, как черт.

  Теперь, если увижу странника или странницу посреди дороги - сразу давить лошадьми, как вы изволили показать. - Возница готов сам заплатить, чтобы не оказаться в пыточных подвалах. - Палачи, они же - как, если возьмутся за дело, то под пытками любой признается во всех злодействах, которые не совершал. - И добавил жалобно. - У меня жена и дети.

  - У всех жена, или невеста, - и сейчас Эллисон рассчитывала, что принцесса ее слышит. - Посмотрим на твое поведение.

  Если постараешься услужить, то даже чуть приплатим за усердие!

  - Я не безумный, буду стараться, - возница посчитал, что легко отделался.

  - Но больше никаких старушек! - Эллисон погрозила пальчиком.

  - Затопчу лошадьми, - возница пообещал, привстал: - Вот и добрались - Каликастраты. - Он вздохнул с облегчением.

  - Что там горит? Дом? - Герцогиня Афинская Эллисон издалека увидела языки пламени.

  - В Каликастратах всегда что-то горит, на то они и Каликастраты! - возница и его лошадки приободрились. - Только постоялый двор никогда не горел.

  Никто не смеет поднять на него руку с факелом.

  Деревни появляются и исчезают, а корчма остается.