В то утро всё было, как обычно. Трамвай, нехотя, остановился на остановке "Березняки" и так же, нехотя, открыл дверь. На ступеньках трамвая появилась белокурая, до боли всем знакомая, кучерявая головка. Воцарилась гробовая тишина. «Ну, – думали все, – сейчас начнётся…»

Но, о чудо!!! Вместо оглушительного вопля, вдруг, раздался радостный возглас:

– Тётя Маша!,– и я кинулась в объятья "всеобщей спасительницы".

– Ну, Ленуся, как дела, как детки?,– традиционно спросила тётя Маша.

А я, послушно усевшись к ней на руки, стала подробно делиться обо всех "своих детях": кто чем болел, кто как себя вёл и т.д., и т.п., совершенно забыв и об окне, и о машинках. Благодарные пассажиры с благоговением смотрели на тётю Машу, и с умилением слушали мой рассказ. Для них это был самый счастливый день!

Я больше не устраивала истерики, и не требовала уступить мне место у окна. Стоило, лишь, кому-то из сидящих в трамвае бабушек или тётенек поинтересоваться: как там "мои дети"? И всё, больше мне ничего не нужно было.

Всю дорогу я увлечённо описывала события, так или иначе, касающихся "моих многочисленных детей". Даже, не смотря на то, что делала я это довольно громко, всё равно пассажиры были очень довольны. Ведь так было гораздо лучше, чем в течение сорока пяти минут (именно столько мы с мамой ехали в этом трамвае), выслушивать дикие вопли дряной девчонки, желающей непременно сидеть возле окна.

Теперь меня не только не боялись, но даже и любили, особенно бабушки, и в качестве награды, за хорошее поведение мне приносили конфеты и другие сладости. В общем, мы стали друзьями.

Глава 2.

Неоправданные ожидания.

Папа мечтал о сыне, но его мечте не суждено было воплотиться в жизнь, потому что родилась – Я! По этой самой причине, папа не питал ко мне особой любви или привязанности. И его отцовские чувства ко мне – оставляли желать лучшего.

Честное слово, мне совсем не хотелось разочаровывать папу, но так уж получилось. Думаю, что и мама не ожидала, что папа так сильно расстроится из-за такого пустяка. Ну, подумаешь, то же мне трагедия! Ну, не родился у тебя сын, ну и что? Зато, какая дочь родилась!!!

К сожалению, тогда, папа не сумел по достоинству оценить этот факт. Он всё больше и больше отдалялся и от меня, и от мамы. Избегая общения, папа всё реже и реже появлялся дома, пока в один "прекрасный" день не позвонила моя бабулечка и не сказала:

– Асенька, ты знаешь, что Изика увезла "фифа" на машине?!

– И, что я теперь должна делать – поинтересовалась мама – бежать за ними, или как?!

– Нет – изумлённо ответила бабулечка – но ты должна принять меры!

– Меры, будете принимать Вы, Ольга Александровна, ведь это Ваш сын – сказала мама – А я, подаю на развод.

Мне было около шести лет, когда родители развелись. Как ни странно, но я не была этим особо удручена.

Возможно, из-за того, что бабулечка с дедулечкой меня очень любили и старались компенсировать мне недостающее внимание и заботу их "нерадивого" сына. А потому, я не чувствовала ни обделённости в чём-либо, ни ущербности.

Почти через год, летом, оправившись от бракоразводного процесса, мамочка, не долго думая, отправилась в отпуск, на море. На обратном пути, в поезде, она знакомится с молоденьким, высоким и стройным, красивым русоволосым пареньком. Он возвращался домой из Армии.

Голубоглазый лейтенантик, да ещё и моряк! Да перед ним бы ни одна барышня не устояла! А какая девчонка, в юности, не мечтала выйти замуж за моряка?

Тем более, что дед-то мой, по материнской линии, был Капитаном II-го ранга! О нём, даже, книги написаны: о нём и о его легендарном крейсере "Красный Кавказ", участвовавшем в знаменитом Севастопольском сражении. И документы моего деда хранятся в музее Великой Отечественной Войны, в городе Киеве.

Так, что тут, как говорится: "сам Бог велел". Но, Бог ещё велел: "думать головой, а не чакрой Свадхистаной". А моя мамочка, похоже, этого не знала. Она решила, что это "судьба"! И, потеряв голову, совершенно не думая о последствиях, целиком отдалась своей новой внезапной и всепоглощающей страсти.

Некоторые взрослые, по своей молодости и неопытности, путают сексуальный инстинкт с Любовью. Хотя, ничего общего с Любовью он не имеет. Вот и мама, не смогла отличить одно от другого.

Поэтому, вместо того, чтобы вернуться домой, она, на одной из промежуточных станций, позвонила своему начальнику и попросила ещё неделю отпуска, "за свой счёт". После чего, сообщила своей маме, ну и моей бабушке, естественно, что она на недельку задержится в Запорожье. Именно оттуда был родом наш славный морячок.

Бабушка, которая любезно согласилась смотреть меня целых две недели, пока мама отдыхала на море, уже считала минуты до её возвращения. И когда мама сказала, что у неё изменились планы, и что она едет в Запорожье, бабушка, мягко говоря, лишилась дара речи.

Пауза длилась несколько секунд. Застыв в оцепенении, лицо бабушки медленно наливалось красным багрянцем. Её просто трусило от возмущения, и она заорала, как раненный зверь, загнанный в угол:

– Какого хрена, ты там забыла?!!!

– Во-первых, не ори на меня – спокойно ответила мама – а во-вторых, ты сейчас всё равно этого не поймёшь.

– Как это: "не ори"? И что значит: "не поймёшь"? – прервала её бабушка – Нет, ты, Ася, мне всё-таки объясни, ты вообще сама понимаешь, что ты творишь?

– Мама, успокойся, я приеду и всё тебе объясню – пыталась утихомирить "извергающийся вулкан" моя мамочка.

– Я не успокоюсь – продолжала кричать бабушка – пока ты мне не объяснишь, как ты можешь так со мной поступать?! У тебя совесть есть?!

Совесть у мамы была, только времени не было, чтобы убедить в этом, полную негодования, бабушку. Время стоянки поезда заканчивалось. И мама вынуждена была попрощаться, так и оставив бабушку без ответа.

Положив трубку на телефон, бабушка ещё несколько минут сидела рядом с ним в полной растерянности. Честно говоря, мне её искренне жаль, т.к. выдержать меня, нужно было иметь железные нервы и хороший "кусок здоровья".

Ни того, ни другого у бабушки на меня уже не хватало. Поэтому, с таким нетерпением она ждала, когда моя мама, наконец-то, вернётся из отпуска. Такой неожиданный поворот событий был для неё, как "приговор судьи о продлении срока заключения". И вынесла его несчастной бабушке, её собственная дочь.

Ровно через неделю, как и обещала, мамочка благополучно вернулась домой, при том не одна, а вместе с тем самым молоденьким морячком. Он так вскружил ей голову, что она не помня себя, готова была ехать с ним, хоть на край света. К счастью, "край света" был не далеко, всего лишь, в 600 км и 8 часах езды на междугороднем автобусе.

Позже выяснилось, что морячка зовут Юра, и он некоторое время будет жить

с нами, так сказать, погостит. Ну и, само собой разумеется, спать он будет с мамой, так как в нашей однокомнатной квартире другого места не было. А гостю полагалось самое "лучшее место".

На самом деле, на тот момент, проблемы взрослых волновали меня меньше всего. Ведь, меня ждало нечто более важное и значительное, чем то, что бабушка называла: «безобразием, легкомыслием и безответственностью».

Все эти "эпитеты" относились, понятное дело, к моей мамочке, однако я в них ничего не смыслила. Меня больше беспокоило предстоящее "путешествие" в загадочную и неведомую страну под названием: "ШКОЛА".

Да, как это не покажется смешно и наивно, но именно так я тогда её себе представляла и с огромным нетерпением ожидала праздника "Первого звонка". Когда, наконец-то, смогу вступить на порог моей новой, пусть ещё не взрослой, но уже и не детской жизни.