- Та девушка на ресепшене так странно посмотрела на меня… - вдруг проговаривает Ева, когда в лифте, ведущем на второй ярус салона, они остаются одни. – Вы знакомы?

- Ты про Элис? – шатен притворно хмурится. – Да, знакомы, она работает у здесь уже давно.

- Ее взгляд… Будто она о чем-то сожалела. – Квииг размышляла вслух, а потом озарение резко ударило ей в голову. – О, боже, вы спали?

В этот момент лифт останавливает и издает характерный «дзынь». Двери открываются, и Крис видит свою мать в десяти метрах от лифта. Шистад, усмехнувшись такой реакции рыжей, резко выдыхает:

- Да. Не переживай, это было давно и ничего не значит. – шатен выводит ее за руку на второй ярус.

- Твою мать! – тихо шипит та от негодования.

- Именно. Вон там моя мать. Поговорим позже. – быстро протараторивает тот, еле сдерживая смех.

Он видел по ее глазам, что Квииг совсем не злилась и уж точно не ревновала, ее лишь искренне заинтересовала причина брошенного в ее строну взгляда девушки с ресепшена. Нахмурившаяся рыжая выглядела донельзя комично, от чего ему хотелось поцеловать ее в складку на лбу, но миссис Шистад уже заметила сына и теперь направлялась в его сторону.

- Мальчик мой! – вскинула руки к верху женщина, сразу заключая парня в объятия и целуя в обе щеки. – Ты совсем исхудал! Неужели отец совсем не помогает тебе? Если у тебя проблемы, то ты должен сказать мне. Голоден?

- Я независим от отца и у меня нет никаких проблем. И я не голоден, мам. – последнее предложение из уст парня звучало так смешно и по-детски, что Ева еле сдерживала улыбку. – Сегодня я решил навестить тебя не один. Познакомься, это Ева – моя девушка.

От этих слов у Квииг в груди разливается тягучий мед, сладко растекавшийся по стенкам ее сердца, но стоит лишь женщине обернуться к ней всем корпусом, как внутри у рыжей все переворачивается, и она на глазах вытягивается в тонкую струну. Твою мать, она ведь уже видела ее раньше.

Резко рыжеволосая переводит взгляд на женщину около сорока пяти лет, с которой только что имела честь столкнуться. Она, похоже, и впрямь «имела честь», потому как теперь та, не стесняясь, оттряхивала свою куртку.

- Боже мой! Какое невежество! – взревела женщина, - Ты вообще смотришь куда идешь? Или совсем глаза затуманились из-за клуба, небось пить пришла. Какой ужас! Три часа дня, а кто-то уже идет уничтожать виски.

Ева непонимающе хлопает глазами, смотря на нарушительницу спокойствия, которая сама же и вылетела на нее. Будто очнувшись, девушка тут же меняет положение вещей.

- Извините, конечно, но это вы шли на пролом, а я лишь открыла дверь.

- Еще чего! Какое хамство! Прочь с дороги! – возмущенно прокричала та, а затем развернулась и пошла к своей машине, стоявшей неподалеку.

- Да пошла ты. – фыркает Ева, вновь открывая дверь клуба.

Женщина вновь начинает что-то громко кричать и возмущаться, но в ответ Квииг лишь показывает ей средний палец и, наконец, заходит в клуб.

- Здравствуйте, - проговаривает Ева, натягивая максимально правдоподобную улыбку, - приятно познакомиться с вами, миссис Шистад.

- Приятно, Ева. – отвечает та, протягивая ладонь.

По взгляду рыжая поняла, что женщина все помнила. То столкновение в ее первое посещение клуба было ярким моментом, который не мог не отпечататься в памяти. Ничего дружелюбного в свою сторону Квииг не ощутила, однако стоило женщине обернуться к сыну, как на лице ее сразу расцветала улыбка.

- Не будем стоять в коридоре, пройдем в мой кабинет. – лаконично сообщает та, сразу поворачиваясь на своих шпильках в противоположную сторону. Крис подхватывает свою девушку под руку, и они берут направление за матерью.

Стоило заметить внешний вид миссис Шистад – Ева и впрямь была впечатлена им. По ее примерным подсчетам, матери парня должно быть около сорока пяти, но у рыжей бы в жизни не повернулся язык, чтобы приписать ей этот возраст – Квииг дала бы не больше тридцати восьми.

У женщины была безупречная укладка, вероятно, сделанная в ее же салоне; водолазка кирпичного цвета, а сверху пиджак от брючного костюма. Видимо, любовь к классическим костюмам передавалась в этой семье по наследству. Миссис Шистад так проворно двигалась на таких тонких шпильках, что Квииг даже начала завидовать ей – пока что сама она справлялась только с очень толстым устойчивым каблуком. Женщина же, наверное, могла на шпильках пробежать стометровку, а потом станцевать танго – рыжая бы не удивилась.

- Что-то желаете? – девушка, сидевшая за небольшим столиком у двери в кабинет, вскакивает, завидев начальницу.

- Имейте что-то против латте с сиропом, Ева? – миссис Шистад вдруг оборачивается к ней, от чего рыжеволосая даже не сразу понимает, что вопрос был адресован ей.

- Она обожает латте. – видимо, она слишком долго молчала, от чего Крис решил ответить на вопрос. И это было правдой – она любила латте, поэтому шатен часто покупал его ей в старбаксе. – А мне черный кофе с ложкой сахар, пожалуйста.

Девушка послушно кивает, сразу же принимаясь за готовку напитков, пока они направились в кабинет, огороженный ярко-красной дверью с табличкой имени их босса.

Внутри все буквально подобало самой миссис Шистад: большое окно почти во всю стену, куча шкафов с разными декоративными безделушками, диван полукругом а посередине большой стол.

- Ты так давно не заходил ко мне. – произносит миссис Шистад, кинув кроткий взгляд на сына.

- Что это? Обида в твоем голосе? – саркастично отвечает Кристоффер, утягивая Квииг к дивану.

- Никакого уважения к матери. – фыркнула та, но по лицу шатена было ясно, что вся эта перепалка не всерьез.

- Не забывай, что ты тоже редко звонишь мне. – Крис по-собственнечески закинул руку на плечо Мун, притягивая ближе к себе.

- У меня просто кончились деньги на телефоне.

После этих слов Кристоффер разражается в громком смехе, откинув голову, а потом и миссис Шистад не может сдержать улыбки. Все это и впрямь звучало, словно комичная шутка. Закончились деньги на счету? Точно не у этой женщины.

- А что насчет тебя, Ева? – мать парня, похоже, имела склонность задавать ей вопросы совершенно неожиданно. - Как часто ты навещаешь своих близких?

- Мои родители в разводе.

- Ох, как же мне это знакомо. – ухмыльнулась женщина, присаживаясь на свой стул. – Сочувствую. Давно ли это произошло?

- Я была еще ребенком. – Квииг пожимает плечами, стараясь сделать беззаботный вид. – Отец живет где-то в Осло, а мама в Бергене. Мы с ней… иногда созваниваемся.

Да. Созваниваются. А еще ссорятся, кричат, проклинают друг друга. «Ах, да, а еще я сбежала сюда в тайне от собственной матери, а потом она угрожала мне прямо на глазах у вашего сына, но все это мелочи» - мысленно добавляет Квииг, усмехнувшись.

- Так ты из Бергена? – миссис Шистад закидывает ногу на ногу, но лицо остается невозмутимым.

- Да, все верно.

- Это интересно. – женщина переводит взгляд в сторону окна. – Я подумываю об открытии парочки салонов там. Как обстоят дела в Бергене с индустрией красоты?

- Средне. – выжимает из себя рыжая, решив не говорить о том, что в их городишке ни у кого не хватит средств даже подстричь там кончики. – Думаю, вам стоит попробовать – у вас прекрасный салон.

- Спасибо. – дружелюбно говорит она, однако через секунду добавляет. – Я знаю.

Следующие минуты Кристоффер оживленно рассказывает матери о делах в клубе, выкладывая каждую мелочь: начиная от проблем с калькулятором в его кабинете и заканчивая конкурсом танцев. Все это время Ева молчит, прижавшись к плечу своего парня, и лишь изредка вставляет свои реплики. Она не чувствовала себя в полном комфорте, но также не желала побыстрее сбежать отсюда. Увидь она миссис Шистад на улице, то, вероятно, была бы о ней другого мнения. Хотя, судьба распорядилась так, что они и впрямь встретились до этого на улице, и тогда Квииг решила, что это очередная жена какого-то мажора. Теперь, сидя перед этой самой «женой богача», Квииг понимала, что первое впечатление обманчиво.