— О боже, — я закатила глаза, - так сложно дома посидеть?
— Наверно, — пожала она плечами и, убрав челку с глаз, продолжила: — Ну что, куда пойдем?
— Думаю, сначала ко мне — сумку надо положить, — лениво отозвалась я, подбрасывая для вида тяжеленную светло-коричневую сумку с грудой учебников.
— Ну ок. — Она кивнула и, склонив голову на бок, внимательно пригляделась. — Это что, тот самый Икуто, о котором ты рассказывала?
— Что? — я непонимающе моргнула и повернула голову. В шести метров от нас стоял не кто иной, как Тсукиеми. — Отлично! Еще Карлсона не хватает!
Конечно, моему «восторгу» просто не была предела! А я уж думала, что не увижу его сегодня. Но как говорится: «Не было б несчастья, да счастье привалило»…
На мой возглас о «Карлсоне» Икуто перевел на меня взгляд и ухмыльнулся, видимо, поняв, о чем это я. Ну и молодец, объяснять не придется.
— Ого, ну и реакция, — восторженно пропищала Лина, — все серьезней, чем я предполагала.
Икуто двинулся к нам со всей солидностью и кошачьей грациозностью. Вот ирод, знает, что и так о нем полкласса моего болтает, и уже во всю мордой крутит! Ему, видимо, льстит такое внимание…
— Моя прелесть, — протянула подруга мне на ухо и тихо засмеялась, но, судя по всему, как трясутся ее плечи, она сдерживается. Но я, как будущий интеллигентный человек, сделала лицо посерьезней, но не надолго… как только Икуто подошел, я заголосила во всю, да и Лина не отставала.
Краем глаз, я заметила, как брови Тсукиеми поднимаются вверх в немом вопросе, а широкие плечи немного приподнимаются. Вот теперь точно подумает, что больная, а хотя… пох…
— А-ха-ха-ха-ха, — О боже, это я? Давненько так не смеялась, даже непривычно. Ну ничего, сегодня только чуть-чуть расслаблюсь, а завтра как засяду за книги! А то скоро скачусь, а мне это ой как не выгодно и не надо.
— Не понял… — сквозь смех услышала я недоумевающий голос Икуто. Ладно, надо успокоиться, а то на нас народ начал внимание обращать.
Я откашлялась и, закусив губу, посмотрела на парня. Надо разрулить ситуацию.
— А мы это… анекдот вспомнили, — произнесла я, пихая подругу локтем, дабы замолкла.
— Да-а-а-а, — протянула Лина, кивая своей рыжей головой.
— Я заметил, — фыркнул Тсукиеми, недоверчиво смотря в мои золотые глаза.
— Да-да, это хорошо, — поспешно кивнула я. — Ну, мы пойдем.
Я улыбнулась и, развернувшись, развернула за плечи ухмыляющеюся Лину, и поспешила удалиться. Конечно, эта рыжая бестия что-то себе повыдумывала и все без меня решила, к тому же и возмущается! Ну ничего.
Довольная собой, я поспешила ретироваться с этого места, но, как и всегда, я споткнулась… Извернувшись как-то в воздухе, я упала на колени, опираясь руками об асфальт. Проще говоря, встала в позу «собачки»… Чет! Больно!..
— А-ха-ха-ха-ха, — заржала Лина и плюхнулась рядом со мной. Вот же скотина она бесчувственная! Мне больно, а ей смешно! Коза…
— Ты как? — Подбежал к нам Икуто, еле-еле сдерживая смех. Да что вы все, сговорились, что ли?! Мне больно, а им смешно!
— Жива пока, — психанула я и начала вставать. И вы думаете, что я сейчас упаду от боли в лодыжке? Обломитесь, только коленки болят и ладони на внутренней стороне, а так дойду.
— Что-то ты часто приключений на свою голову находишь, тебе не кажется это странным? — проговорил Тсукиеми, протягивая свои лапища ко мне. Хер ему. Я отскочила, чувствуя, как кровь медленно стекает по моим коленям и голени. Да и руки огнем гореть начинают.
— Ой, — вдруг спохватилась Лина и, вытащив телефон из кармана, приложила к уху. — Да, мам… Я нормально, температуры нет. А ты когда приедешь?.. Да? Хорошо. — Она сбросила трубку и положила ее в карман. — Извини, Аму, погулять не получится, к нам просто гости должны скоро приехать, надо встретить.
— Ну хорошо… — проговорила я. Какие гости? Она ж еще утром сказала, что свободна, да и к тому же телефон не звонил…
— Ладно, я побежала, — быстро поднявшись с земли, выговорила она, как-то странно смотря то на меня, то на Икуто.
И не успела я возразить, как она развернулась к нам спиной и побежала, при этом подмигнув мне… Черт…
— Ну что? — подал голос Икуто, явно довольный таким поворотом. Вот же ирод. — Пошли в мед. кабинет, а то чувствую, что до дома ты не дойдешь.
— Дойду! — возразила я и, хмыкнув, развернулась на пятках, и хотела было удалиться, как меня нагло подняли на руки и направили в школу! — Ты офигел?!
— Я просто не могу тебя отпустить в таком состоянии, — встрепенулся он, гордо смотря вперед.
— Во-первых, ты мне никто. Во-вторых, я не твоя девушка, чтоб обо мне заботиться! А в-третьих, я сама себе хозяйка! — моему возмущению не было предела! Но этот петух даже не ответил, а лишь подкинул меня в воздухе. — Я что тебе… мяч, чтоб меня подкидывать?
— Допустим. — Кивнул он, вновь меня подкидывая.
— Ах ты ж…
— А ты хочешь быть моей девушкой? — задумчиво спросил он. Я поперхнулась слюной и начала нервно кашлять. Послышалось, что ли..?
— Это… я как бы… да ты дурак?! — ответить даже нечего было. И это было, к сожалению, единственным, что пришло на ум.
— Нет. Я задал вопрос, ответь, — подходя к входной двери медицинского кабинета, проговорил он. Нет, даже настоял!
Я молчала, следя за тем, как одна его рука держала меня, а вторая, выудив ключи из глубокого кармана, открывала дверь. Замок щелкнул. Мы вошли, то есть он вошел и закрыл дверь. Стало страшно…
— Лицо попроще, я не кусаюсь, — фыркнул он, подходя к уже знакомой кушетке и усаживая меня на нее.
— Угу, — еще находясь в какой-то прострации, промычала я, смотря куда-то в даль. Это он со своим предложением серьезно? Или очередное издевательство?
— Забудь, а то мозги от напряжения вытекут. — Я фыркнула. Это он со мной разговаривает, да?
— Не правда! — Наконец сознание начало приходить в норму от услышанного, чему я была непременно рада.
— О, уже и голос появился, а то я уж подумал, что…
— Не правда! Мозги не вытекают! В головном мозге имеются четыре расширенные полости, соединенные друг с другом и заполненные спинномозговой жидкостью. Мозг покрыт тремя оболочками:0 твердой, обеспечивающей защиту, паутинной, то бишь средней, и сосудистой, в которой находятся кровеносные сосуды. Поэтому при повреждении насквозь — например, пулей — он может… ну это… растечься, ну или что-то вроде этого, — выпалила я, почему-то вспомнив биологию.
— Не растечется. В мозгу есть, как ты знаешь, белая и серая жидкость, и если стрелять из мощной винтовки, то вполне возможно, что пуля может разорвать голову, в том числе и мозг, а из того вытекут все жидкости, если, конечно, на стенке мозги не останутся, — начал объяснять он, а у меня от такого скрутило живот…
— Фу, — произнесла я, скривив лицо от представленного.
— Ты первая начала, если что, — невозмутимо произнес он, доставая из тумбочки бинты, вату и зеленку. — Кстати, я весьма удивлен твоим познаниям в биологии.
Я хмыкнула. Небось еще не знает, что у меня по всем предметам такие познания… Черт, что это со мной? Не должно ли мне быть пофиг на то, что он думает или знает?
— Ладно, сейчас обработаем твои «боевые» раны и пойдем домой, — надвигаясь на меня, словно маньяк к жертве, проговорил Тсукиеми. А почему маньяк? Просто страшный он… для меня… с этими своими медицинскими штучками, тем более это зеленка делает его таким монстром…
Стоп…
— С какого это перепугу «мы пойдем», а не «я пойду»?
— Ты одна не дойдешь, тем более идти нам примерно в одну сторону, да и в гости сходить к кому-то охота. — Его губы растянулись в наглой ухмылочке, а сама его тушка уже сидела передо мной и держала мою ножку.
— А чего именно я, а? У тебя что, друзей нет?! — в негодовании выпалила я.
— Есть, я просто дома у девушки никогда не был. — Ну и наглость, а! А еще этот намек в голосе! Хер ему, а не в гости!
— Во-первых, у тебя работа, во-вторых, мне надо уроки учить, в-третьих, что-то сильно сомневаюсь, что ты у девушек никогда не был, — как можно серьезней проговорила я, стараясь не подать виду, что нервы на пределе.
