Сириус, не разгибаясь, метнулся вперед, ударил плечом Вернона, и они оба, чуть не прихватив Петунию, ввалились внутрь дома. Не вставая, Вернон ударил Сириуса вбок, тот в ответ приложил Дурсля головой. Ещё обмен ударами, Сириуса отбросило к двери, но он тут же вскочил. Вернон тоже поднялся, встал в защитную стойку, кулаки сжаты, руки перед грудью.

— Боксом, значит, занимался, — утёр лицо Сириус.

— Подходи, дам пару уроков! — не остался в долгу Вернон.

— Я тоже кое-чему научился, — Сириус скользнул вперед, нога его врезалась в живот Вернона.

Дурсля-старшего сложило, отбрасывая на стену в коридоре. На грохот выглянули двое детей, но Рэй не успела понять, кто из них Гарри, так как Петуния тут же крикнула:

— Дадли, Гарри, марш в свою комнату!

Сириус замешкался при виде Гарри, и Вернон опять пробил ему в корпус, заставив упасть. Дадли и Гарри, разумеется, и не подумали никуда уходить, смотрели жадно, с испугом и восхищением. Сириус начал подниматься, и по лицу мужа Рэй увидела, что тот настроен предельно серьезно. Ещё чуть-чуть и эта драка шагнет за грань, за которой нанесённый вред — не физический, разумеется — будет уже не исправить.

— Хватит! — сказала Рэй, делая шаг вперед.

Волосы её зашевелились, приподнимаясь. Дадли и Гарри вскрикнули и скрылись, Рэй даже испугалась на секунду, что чрезмерно их напугала, но тут же услышала сдавленный хохот и писк.

— Семья — это святое! — продолжала Рэй. — Вы сейчас напугали бы детей, а это недопустимо!

Краем глаза она увидела, что Петуния кивает, с выражением крайнего одобрения.

— Любой, кто продолжит драку, получит лично от меня! — и с этими словами Рэй выбросила руку вправо, ломая стену.

Нехитрый фокус, да и починить легко, Репаро для того и придумано, но вот воспитательный эффект оказывает неимоверный. Сириус, под внимательным взглядом жены, еще раз вытер лицо и сказал:

— Прошу простить меня, я немного погорячился.

Вернон посмотрел на Петунию, которая стояла со сжатыми в одну линию губами, потрогал челюсть и проворчал.

— Извинения приняты. Теперь перейдем к сломанному дому…

— Репаро, прошу прощения, Вернон-сан, — тут же исправила всё Рэй и ещё раз поклонилась.

— Что же, и от магии, видать, бывает польза, — по-прежнему ворчливо произнес Вернон, ещё раз потрогал челюсть. — Ладно, у тебя есть время, пока я промываю и дезинфицирую ссадины, чтобы объяснить, какого чёрта ты забыл в моем доме.

— Аптечка на кухне, — вмешалась Петуния.

Вернон кивнул и сказал Сириусу.

— Идём.

Они прошли на кухню, и Рэй неожиданно осталась наедине с Петунией.

— Прошу простить моего мужа, Петуния-сан, — поклонилась Рэй, — его гнетёт тяжесть невыполненного долга крестного.

Петуния лишь покачала головой, глядя на неё со странным выражением лица.

— Такому обалдую и такая правильная жена, — сказала она, наконец, и добавила ворчливо. — Да и Вернон мой хорош, сразу в драку! Вот уж правда, мужчины до седых волос мальчишки. Но вы должны понять, мы не любим всего… странного и необычного.

— Прошу прощения, Петуния-сан, я не знала этого, иначе обязательно перекрасила бы волосы перед визитом в ваш дом, — ответила Рэй.

Миссис Дурсль немного смутилась, потом сказала.

— Пойдемте, миссис Блэк… да?

— Прошу вас, просто Рэй!

— Пойдемте, Рэй, глянем, как там дела у Дадли и Гарри, дадим время нашим драчунам объясниться и выпустить пар.

— Мудрые слова, Петуния-сан, дети прежде всего, — отозвалась Рэй.

Та лишь покачала головой, неодобрительно взглянула в сторону кухни, но говорить вслух ничего не стала, сделала жест, приглашающий пройти внутрь дома. Начало было положено, теперь главное, чтобы Сириус не начал снова горячиться.

— У вас, Рэй, определенно талант к общению с детьми, — одобрительно сказала Петуния, когда они возвращались на кухню. — Не думали завести своих?

— Разумеется, вот закончится медовый месяц, найдем жилье где-нибудь рядом и приступим, — улыбнулась Рэй.

На кухне они обнаружили Сириуса и Вернона, которые от дезинфекции ран перешли к совместному распитию алкоголя. Мужья Рэй и Петунии о чем-то яростно спорили, то и дело стуча по столу, правда, дальше этого дело не заходило.

— Хватит! — хлопнула в ладоши Петуния, потом повернулась к Рэй. — Зачем вам искать жилье? Поживите пока у нас.

— Дорогая, — посмотрел на нее Вернон.

— Можете же общаться без драки? — нахмурилась Петуния. — Дадли очень понравилась миссис Блэк, так что пусть поживут неделю, а там… посмотрим.

*

Вечер 25 июля 1988 года, Литтл-Уингинг

— Куда с грязными руками за стол? — донесся голос Петунии Дурсль.

— Но, мама, мы с Гарри штроили замок! — ответил Дадли.

— Бегом мыть руки! И лицо умыть не забудьте!

Гарри и Дадли промчались по коридору, словно толпа кентавров. Рэй, улыбнувшись, заколола волосы, погладила живот, после чего пошла на кухню. Надо было помочь Петунье накрыть на стол к ужину.

— Очень вкусно, у тебя золотые руки, Петунья! — пробасил Вернон, удовлетворённо отдуваясь.

Гарри и Дадли молчаливо поддерживали его, работая ложками с огромной скоростью.

— Это Рэй готовила, она вообще молодец, — тут же отозвалась Петунья, — и по дому помогает!

Против воли Рэй слегка зарделась и смущённо потупила взор. В-воспитание, чтоб его! Не то чтобы это было плохо, скорее даже наоборот. Вбитые с детства привычки помогли Рэй подружиться с Петуньей, сгладить неприязненные отношения между Сириусом и Верноном в первые дни проживания в доме Дурслей. Помогли наладить отношения с Гарри Поттером, крестником Сириуса, который приходился Петунье племянником и чьи родители погибли во время магической войны семь лет назад.

Просто... слишком уж выделялась Рэй. Непривычная внешность, взять хотя бы те же красные волосы и другое произношение. Поведение и воспитание. Все это привлекало внимание, пускай и доброжелательное. Разговоры, пересуды, слухи, а как раз сейчас внимание было совершенно лишним, особенно для Сириуса.

— Вот только этого Блэка опять где-то носит, — проворчал уже неодобрительно Вернон.

Он вообще частенько ворчал в сторону Сириуса. Рэй продолжала скромно молчать, поглощая суп. Она знала, где носит её мужа — тот не оставлял поисков крысы-предателя, хотя никто, даже Министерство, так и не смогли найти Питера Петтигрю.

Хлопнула входная дверь, затем в кухню ввалился Сириус, зажимая рукой лицо.

— Что случилось? — вспорхнула с места Рэй.

Вокруг левого глаза Сириуса расплывался огромный синяк, наливался чернотой. Рэй ахнула и быстро сотворила льда, чтобы приложить к ушибу. Неодобрительно цокнул Вернон, но ничего не сказал.

— Дядя Сири, ты подрался с мистером Адамсом? — восхищенно спросил Гарри.

Мистер Адамс, нелюдимый пожилой затворник с соседней улицы, на прошлой неделе сделал замечание в сторону Рэй, мол, совсем распустилась молодежь, бесстыдство и разврат, на что Сириус ему резко посоветовал следить за своим домом, а не его женой.

— Нет, Гарри, я не дрался с мистером Адамсом.

Дождавшись, пока Гарри и Дадли убегут в гостиную, Сириус мрачно сказал.

— Это был Малфой, он устроил засаду, — помолчал и добавил упавшим голосом. — Прямо здесь, в Литтл-Уингинге.

— Ох, — Рэй закрыла рукой рот.

Затем она повернулась к Дурслям, совершила положенный поклон всем телом.

— Сумимасэн, Вернон-сан, Петуния-сан, мы опять доставили вам неприятности.

— Это мы ещё посмотрим, — многозначительно откашлялся Вернон, пощипывая рыжеватый ус.

Петуния была настроена более решительно.

— Вот негодяи! Нападать со спины!

Рэй ещё раз поклонилась, бормоча извинения.

— Да, нехорошо получилось, — согласился Сириус. — Похоже, нам придется уехать, чтобы не подставлять вас и Гарри под удар.

— На что это вы будете жить, у тебя даже работы нет, — проворчал Вернон.

Петуния тут же кинула на него гневный взор, и Дурсль-старший неохотно сказал: