— Что это?— в один момент позабыв про всё то, что они только что пережили, как-то настороженно задала вопрос Роза.

— Не знаю, — в таком же тоне, ответил ей Лёша.

Это внезапное происшествие заставило напарников опомниться, и как-то неловко и в то же время нехотя убрав друг от друга руки, оба они направились к берегу. Покинув море, и пройдясь по мелкому золотому песку, Малиновская завязала купальник обратно, немного порылась в своих вещах и извлекла оттуда нож. Подозрительное шуршание раздалось где-то поодаль неё в кустах. И Кобра решила проверить, кто же так бесцеремонно мог нарушить их покой. Не захватив с собой никакого оружия, Лёша просто остался стоять на берегу, внимательно осматриваясь вокруг, в надежде, что им с Розой просто показалось. Сделав ещё несколько шагов, девушка протиснулась в густые заросли. Она ожидала увидеть там пару тройку ящериц, ведь пляж был местом не совсем защищённым от монстров. Но, увы, мутантов в кустах не оказалось.

Внезапно странный шорох раздался где-то очень близко, прямо за спиной у Лёши, и полицейский ощутил сильный удар по голове, а затем тупую боль в ушибленном месте, уже падая на золотистый песок.

До ушей Розы долетели отголоски какого-то шума и возни на пляже и, поняв, что враг был там, она рванулась обратно к напарнику. Но опоздала. На берегу не было никого. Девушка подошла чуть поближе, разглядывая глубокие вмятины на песке, и рассуждая о том, куда же могли подеваться противник и полицейский. Воспользовавшись тем, что Малиновская отвлеклась, таинственный враг прошмыгнул и к ней за спину. Услышав ещё один шорох, Кобра не успела среагировать на него. И тоже получила не хилый удар по голове. Она медленно, плавно упала на тёплую мягкую поверхность пляжа, постепенно погружаясь в темноту.

========== Глава 17 ==========

Очнулась Роза уже в лаборатории. Превозмогая острую головную боль, девушка нехотя открыла глаза и осмотрелась, с ужасом узнав место в котором пребывала. В данный момент Малиновская находилась в небольшой прямоугольной комнате. Одной из многочисленных в просторной лаборатории Алексея и Влада. Где-то впереди Кобры был длинный во всю стену стол для экспериментов, на котором стояли разнообразные вещества в пробирках, компьютер, и валялись беспорядочные кипы каких-то бумаг. Справа и слева, размещались высокие стеклянные шкафы, полки которых были, заполненный какими-то вещами и оружием в огромном ассортименте. Почти посреди комнаты, немного слева, одиноко пустовал передвижной операционный стол на колёсах.

Что касалось самой Розы, то она в данный момент была прикована к большому прямоугольному пласту железа, который вертикально и одновременно немного под наклоном возвышался над металлическим полом. Запястья девушки были прочно сжаты толстыми наручниками, которые на не слишком длинных цепях крепились где-то над головой воровки к железяке. Положение Розы было и так крайне неудобным, но ещё больше неуютности придавало ему то, что внутренняя сторона оков имела продольный ряд острых шипов, с болью вонзавшихся в нежную кожу Малиновской с каждым её движением всё сильнее. От чего по рукам Кобры, от самых запястий и до начала плеч, алыми нитями сбегала кровь. Только сейчас Роза заметила, что одета она была уже не в чёрный выгодно облегающий её купальник, и не в свой повседневный наряд, а в вещь, которую девушка вряд ли могла бы встретить в её личном гардеробе. Тело Малиновской в данный момент покрывало роскошное красное атласное бальное платье. Юбка его была так длинна и пышна, что скрывала по самую лодыжку босые не уверенно стоящие на краю пола ноги. Лиф платья, плотно зашнурованный сзади на оголённой спине девушки, обвивался вокруг её тонкой талии и внушительных размеров груди, не давая свободно дышать. Украшений на изящном наряде практически не было, зато ткань платья была собрана так, что оно и без разнообразных драгоценных камней выглядело по-царски. Кобра не понимала, зачем таинственному врагу понадобилось её переодевать, впрочем, в данный момент Розу это и не слишком сильно волновало. Все её мысли были поглощены тем, почему Островерхов не убил её, зачем притащил сюда, что собирался сделать дальше, где прятал Лёшу, если тот всё ещё был жив, и как можно было поскорее выбраться из этого плена и сбежать обратно в замок.

Внезапно поток бурных размышлений Малиновской был прерван, в комнату вошли. И взгляд Кобры тут же устремился на потенциального врага. Но это не был страшный монстр, которого ожидала увидеть Роза. Это была просто девушка. Девушка из её снов, та самая, что постоянно пребывала подле страшного чудища и в горе, и в радости. Та самая, что являлась его единственным наиболее верным соратником. Внимательно осмотрев такую знакомую незнакомку, Малиновская ужаснулась. Сейчас на помощнице Алексея не было плаща или чего-то полностью скрывающего её лицо и тело, а потому, и то и другое отлично открывались обзору со стороны. Среднего роста, с весьма не дурной идеально симметричной фигурой, длинными распущенными коричневыми волосами, отливающими лёгкой рыжезной, и серо-голубыми глазами, девушка шла вперёд. Одета она была так же, как обычно предпочитала делать это сама Роза. Чёрная свободная майка с короткими рукавами с рисунком черепа на груди. Болтающиеся широкие брюки военной расцветки. Чёрная кепка, перевёрнутая козырьком назад. И в тон ей спортивные более подходящие парню, чем девушке кроссовки. Всё в этой незнакомке было таким родным и близким для Малиновской, словно она являлась второй половиной каким-то образом отделившейся от Кобры и теперь существовавшей самостоятельно. Впрочем, оно было действительно так. Девушка, постоянно помогавшая Алексею Островерхову, оказалась клоном Розы. И лишь сейчас, увидев её вживую, уловив все сходства вплоть до маленькой невзрачной родинки над губой слева и полностью скопированных татуировок, Малиновская поняла, почему голос этой девушки показался ей таким знакомым. Ведь он был от части её собственным. Что-что, а встретить свою живую копию Кобра уж никак не ожидала. Нет, она давно привыкла к сюрпризам, которые каждый день ей преподносила эта странная планета. Но такое. Было как-то необычно, то ли не уютно, то ли в принципе жутко смотреть на себя со стороны. Осознавать, что человек с такой же внешностью, характером, поведением, живёт, существует и вообще находится в данный момент напротив тебя. Как будто в одно мгновение ты перестала являться неповторимой личностью, а стала одним из многих одинаковых существ. Кобра всё ещё продолжала завороженно пялиться на свою идеальную копию, а девушка, именовавшая себя – Дарья Константиновна Лаврова, будто не обратив на это никакого внимания, подошла поближе и заговорила.

— Рада наконец-то встретиться с тобой, оригинал, — с сарказмом и особым отвращением выделив последнее слово, сказала клон.

— Тыыы… — всё ещё находясь в крайнем недоумении, протянула в ответ Роза.

Наконец-то заметив то, как завороженно и удивлённо разглядывала её Малиновская, будто Даша не была человеком, а являлась каким-то диковинным страшным существом, несущим в мир кошмар и ужас, девушка зло зажмурилась. А затем, открыв глаза и обречённо вздохнув, стала говорить о наболевшем.

— Да, я ещё один монстр, — с гневом и ненавистью к этому обстоятельству подтвердила первые мысли людей, которые возникали при виде её у окружающих, —

Девочка из пробирки по имени Даша, клон, созданный по прихоти учёных ради твоей защиты и этой жалкой планеты.

Обратившись к воровке, помощница Островерхова гневно ткнула ту пальцем, и даже не дав своей собеседнице произнести ни слова, продолжила дальше:

— Если бы я была тобой, у меня могло бы быть всё: семья, друзья, власть, статус царицы, нормальная жизнь. Но нет. Я только начала привыкать к тому, как меня заставили существовать. Выяснилось, что я клон, и меня выгнали вон. Вышвырнули из дворца на съедение монстрам, как ненужный кусок мяса, — с каждым новым словом Даши в её голосе всё больше читались ненависть и презрение к окружающим людям, к жизни, которую ей пришлось прожить, к оригиналу, из-за которого она так страдала и, конечно, к самой себе за то, кем она являлась.