— Я… Это… — опять оглянулся на дом, замялся. Что тут скажешь? Ясно дело, они не в шахматы играли.

— Марк, я пришла за тобой — уверенно сказала Катя, подражая интонациям рокера. Как там Билл говорил? Смотреть в глаза, ни за что не отпускать.

— В каком смысле? — нахмурился Марк, разглядывая и не узнавая бывшую любовницу. Возмужала, что ли? Откуда эта внезапная решительность? Насколько Марк мог судить, а он судить мог, Катя вот — вот должна была начать истерить и кричать, переходя на визг, но девушка лишь сжала кулаки, смотрела открыто, мышцы лица были расслаблены. Очень странно. Когда девушка успела измениться? Она же в Нью — Йорке отдыхала, а не в армии нормативы отрабатывала.

— Я хочу быть с тобой, неважно, что для этого мне понадобится сделать. Поехали со мной в Нью — Йорк? — спокойно сказала Мэри, улыбнулась.

Марк вздернул брови. Что за чудесный город, этот Нью — Йорк, и как он умудрился так подействовать на Смит?

— Поехали — без заминки согласился он, кивнул в сторону такси — Садись, для начала надо выпить кофе.

Алина спала плохо, переживала за сестру, панически боящейся летать на самолетах, и только получив короткое сообщение: «Прилетела», смогла погрузиться в мир грез. Возможно, сказывалось отсутствие Билла: мужчина допоздна был занят в студии, а потом поехал воспитывать Рента, который за последнее время совсем расслабился. Потерял с трудом найденную работу, зато нашел непонятных друзей, которые не нравились рокеру, много пил, вел ночной образ жизни, спал до обеда, клянчил деньги. Алину раздражало, что Билл возился с мальчишкой, как с младшим братом, но мужчина непонятно по какой причине чувствовал ответственность за жизнь паренька, возможно, пытался заменить собой человека, которого самому рокеру так сильно не хватало в юном возрасте.

Алина всячески пыталась настроить любимого против Рента, говорила, что тому пора самому начать заботиться о себе. Пока парень не поймет, что помощи не будет, пока не почувствует голод параллельно с пустотой в кошельке, не возьмется за ум. Билл соглашался, но пока не спешил полностью съезжать с квартиры, продолжая контролировать жизнь «приобретенного ребенка».

Кроме того, подобно стотонной цепи, на шее Алины висел груз — самое важное решение в жизни девушка уже приняла, вновь подпустив Билла к себе, но этот выбор тянул за собой необходимость сделать уйму других. Через месяц стартовал новый тур, очень длительный. Первый мировой тур группы — RP с нетерпением ждут в Европе, Японии, Китае, России…. Расставаться с парнем сейчас, когда они вновь обрели друг друга, казалось крайне несправедливым, но и бросать учебу не хотелось. Алина с Шен провели много часов вместе, обсуждая сложившуюся ситуацию, думая над возможными выходами из нее. Шеннон изо всех сил пыталась склеить чуть было не развалившийся брак, кажется, у нее начало получаться. Вообще, друзья стали часто общаться вчетвером, один раз даже играли в настольную игру, пока Билл не разнервничался, так как у него ничего не получалось. Алине нравилось успокаивать рокера, которому в тот раз тоже понравилось «успокаиваться» в объятиях девушки.

Билл был уверен, что Алина обязана поехать с ним, он в принципе не собирался обсуждать эту тему. Билеты были давно куплены, номера в гостиницах забронированы. Алина должна быть рядом и точка. Идея посмотреть мир вместе с Биллом казалась безумно заманчивой, но… нужно же думать о будущем, о своем месте в нем, не так ли?

Они с рокером только начали налаживать разрушенные и сожженные, местами дотла, мосты. Восстановление было трудным, иногда мучительно сложным, иногда казалось, что ничего не получится, но стоило им оказаться на расстоянии менее полуметра друг от друга — воздушные переправы появлялись сами собой. Легкие, но неимоверно прочные, пахнущие потом и желанием, всеми оттенками секса.

Промаявшись все утро, но, так и не придумав чем заняться, Алина решила поехать к Биллу, чтобы, наконец, заставить его обсудить вопрос ее дальнейшей учебы. Она хотела улететь с ним в тур, очень, но она также мечтала получить образование, стать кем — то, помимо подружки рок —музыканта. Девушка разрывалась между своей карьерой и карьерой своего мужчины. Чертовски сложный выбор.

Она не желала себе признаваться, но на самом деле ждала, что Билл примет решение за нее. Не было никаких сомнений, что он это давно уже сделал, осталось добиться, чтобы парень его бескомпромиссно озвучил. Она будет спорить, разумеется! А он пригрозит, ударит кулаком по столу, накричит! В общем, устроит все так, чтобы девушка с чистой совестью могла сказать: она сделала все, что было в ее силах.

Алина привела себя в порядок, слушая громкую музыку своей любимой группы своего любимого мужчины, посочувствовала соседям. Потанцевала — Билл требовал, чтобы она танцевала перед ним как раньше, пришлось вспоминать движения, вновь заняться растяжкой и пластикой. На лестничной площадке поздоровалась с миссис Олди, которая с завидным постоянством передавала приветы понравившемуся ей молодому человеку. Ну что сказать, теперь женщина действительно видела Билла почти каждый день, а не путала его с кем — то.

Погода радовала, хотелось пройтись. Следуя порыву, девушка выскочила из такси кварталом раньше, во время ходьбы ей всегда лучше думалось. Как сказать Билл, что она не хочет уезжать из Яблока? Как противостоять его натиску, который, несомненно, последует после признания? Нельзя сдаваться легко, но и нельзя допустить, чтобы он с ней согласился. В последнее время рокер пытался строить из себя благородного принца, вдруг действительно прислушается к ее просьбам? Не дай Бог! Что бы там ни было, но поговорить нужно как можно скорее, хватит уже тянуть с этим! Ускорила шаг. Вот уже его улица, впереди его дом… Из подъезда Билла вышел высокий светловолосый мужчина, огляделся, закурил сигарету, стал медленно спускаться по ступенькам широкой, местами облупившейся, лестницы. В нескольких метрах от него Алина замерла с открытым в шоке ртом. Таращилась на фигуру наркодиллера Даффа. Не верила своим глазам. Задохнулась:

— Ты?! — все, что смогла выдавить из себя.

— О! Лапочка моя! — мужчина явно обрадовался, увидев Алину, подошел ближе. — Я по тебе скучал, вижу — это взаимно.

Он совсем не изменился, такой же холодный, насмешливый взгляд, кривая полуулыбка. Дорогой костюм, безукоризненные стрелки на брюках, блестящие чистотой модные туфли, в которых можно увидеть свое отражение. Мужчина заполнил легкие ядовитыми парами, изящно вынимая сигарету изо рта, Алину передернуло — Билл часто делал точно так же: глубоко затягивается, поднимая лицо вверх, тыльная сторона указательного и среднего пальцев прижимается к губам, обхватывая сигарету. Полуприкрытые веки, говорящие об удовольствии, резкой жест — рука уходит в сторону, сигарета переворачивается между пальцами, густой дым одновременно появляется изо рта и носа. Блаженное выражение лица, словно сигарета набита не табаком, а марихуаной. Буквально пару дней назад Билл курил таким образом после секса, лежа в кровати, обнимая Алину.

— Тебе чего опять надо? — вернулась к главному Алина. Не было никаких сомнений — Дафф выходил из квартиры рокера. — Билл отдал тебе все долги, зачем ты приехал? Оставь уже нас в покое!

— Я тебе говорил, что оставлю только при одном условии, сладость моя — взял ее за руку.

— Да я лучше сдохну! — резко вырвала ладонь, чем разозлила диллера, который тут же вновь схватил девушку, но уже грубо, дернул на себя.

— Как пожелаешь! — ядовито проговорил он, опять затянулся, выдыхая никотин в глаза Джейн, та зажмурилась, пытаясь проморгнуть и вырваться. В этот момент Дафф повернул ее руку запястьем вверх и затушил окурок о ладонь.

От внезапной неожиданной боли девушка ахнула, задыхаясь. Шок. Было очень больно, до слез. Еще больше унизительно, словно она проститутка, с которой позволено обращаться подобным образом! Начала вырываться с новой силой, ей это удалось, отбежала на безопасное, как ей казалось, расстояние, принялась оглядываться — прохожих было много, но никто не обращал внимания на небольшой спектакль, разворачивающийся у них под носом. Боже, как же страшно! В машину он ее не затащит, Алина будет кричать изо всех сил, люди обязательно заметят! Рука пульсировала от боли, Алина сжала пальцы, впиваясь ногтями в кожу, чтобы переключиться, запретила себе плакать, запретила показывать свой ужас от случившегося. Этот мужчина на все способен…