— Так… и… и что теперь? — он задумчиво посмотрел на нас.
— Вань, смотри, — воскликнула Настя, указывая на пятно.
Оно становилось всё ярче, как будто накапливало свет луны. Неожиданно от него отразился луч и ударил в потолок, потом снова куда-то вниз. Взяв нас на руку, Иван быстро пошел в поисках отраженного луча. Наконец, после десятиминутных блужданий среди шкафов, мы нашли конец отраженного луча. Он светил на какой-то толстый том.
Мы замерли в ожидании. Вытащив книгу, Иван стал листать её и вдруг из неё выпал какой-то листок.
Подняв его, Иван мельком взглянул на него и, ухмыльнувшись, убрал в карман.
— Что там? — спросила я.
— Увидишь, когда вернемся в комнату, — улыбнулся Иван и, опустив нас на пол, превратился обратно в кота.
— Странный способ спрятать записку, — задумчиво произнесла я. — Любой мог взять эту книгу и найти её.
— Нет, не смог бы, — ответил Иван дожидаясь, пока мы взберемся на него. — Эту книгу было видно, только при попадании концентрированного лунного света.
Мы с Настей многозначительно переглянулись.
Прибыв обратно в комнату, Иван снова стал человеком.
— Действие зелья должно скоро закончиться, — пробормотал он, посмотрев на часы.
— Что ты нашел? — нетерпеливо спросила Настя, глядя на него снизу вверх.
Иван достал из кармана какую-то кальку.
Наложив её на лист с картой, мы стали их разглядывать. Калька дополняла оригинальную карту, но все равно было ничего не понятно.
Так и не разобравшись, вскоре мы с Настей вернулись в нормальный размер и пошли спать.
***
Проснувшись на следующее утро, мы увидели Ивана, спящего в кресле. Укрыв его пледом, мы ушли на учебу.
Когда мы пришли после занятий, то застали Ивана за чтением газеты. Увидев нас, Иван спешно спрятал её.
— Ну, что? — нетерпеливо спросила Настя.
— Боюсь вас огорчить, — ответил Иван.
— Что случилось? — спросила я, падая на кровать.
— В следующем шаге нужен мороз в 27 градусов, — ответил он. — А также зелье для дыхания под водой и согревающее конечно же.
— И что? — спросила Настя. — Заморозим магией.
— В том то и проблема, — ответил Иван. — Мороз должен быть настоящим, природным.
Настя пригорюнилась.
***
Вечером Иван, превратившись в кота, вышел из комнаты.
Когда Борис Владимирович Краков, директор школы, вошел в свою комнату и зажег свет, он увидел черного кота, внимательно смотрящего на него.
— Мне следовало догадаться, что ты здесь появишься, — сказал Борис Владимирович.
— Здравствуй, Борис, — ответил кот.
— Может, все-таки превратишься в человека? — спросил директор.
— Хорошо, — ответил Иван, выполнив просьбу.
— Выпить хочешь? — предложил Борис Владимирович, наливая себе коньяка в стакан.
— Разве что валерьянки, — ответил Иван, садясь в кресло.
— А ты всё шутишь, — усмехнулся директор и проглотил порцию коньяка. Иван молча наблюдал за ним.
— Надеешься найти её? — спросил директор.
— Я не надеюсь, я найду её, — ответил Иван.
Директор снова усмехнулся и, опустошив очередной стакан, закрыл бутылку.
— Так зачем ты пришел ко мне? — спросил он.
— Веронику и Николая ни в коем случае нельзя отпускать из школы, — сказал Иван.
— Ты считаешь, что… — начал было Борис Владимирович.
— Я считаю, что статья в газете — это провокация Фафнира, — жестко ответил Иван.
— Хорошо, — согласился директор.
Превратившись в кота, Иван вышел из комнаты директора.
Вернувшись в комнату девчонок, он забрался на кровать Вероники. Девчонки уже мирно спали.
«Я должен защитить их во что бы то ни стало», — подумал Иван, и провалился в сон.
***
— Ника, проснись! — услышала я голос брата.
Еле разлепив глаза, я удивленно уставилась на него.
— Что тебе надо? — сонно пробормотала я.
— На наших родителей напали! — выпалил Коля.
— Как? Что? Почему? — испугано забормотала я, сонливость тут же пропала.
— Не знаю, — ответил брат, нервно кусая губы. — Быстро одевайся, я жду тебя в гостиной.
— Куда мы идем? — спросила я, срывая с себя одеяло.
— К Саблиной, — ответил брат, выходя из комнаты.
Я стала одеваться.
Навряд ли это было совпадение. К этому явно приложил руку Фафнир.
Спустившись в гостиную, где меня ждал Коля, мы пошли к нашему куратору.
— Что вы хотите? — переспросила Ольга Павловна, когда услышала наш вопрос.
— Мы хотим навестить наших родителей, — повторил Коля.
— Боюсь, что этот вопрос может решить только директор, — ответила наш куратор.
Через несколько минут мы уже стояли в кабинете директора.
Но он тоже не оправдал наших надежд.
***
Вернувшись в свою комнату в расстроенных чувствах, я взялась за бисер, чтобы хоть чем-то себя занять.
— Не переживай, Ник, всё будет хорошо, — сказал Клякса, запрыгивая на кровать.
— Спасибо, — произнесла я, погладив его по голове.
Так полетели дни, недели, месяцы. Иван откуда-то узнавал, что с родителями все хорошо, что они передают привет, просят не волноваться и не покидать школу даже на зимние каникулы.
А вот это было плохо, мне очень хотелось встретить Новый год дома, в кругу семьи. Я так соскучилась по родителям.
В Решетовку тоже не пускали. В общем, всё было грустно и печально.
Одним из вечеров я задержалась в библиотеке и когда вернулась в комнату, я застыла в ступоре.
На одной из стен нашей комнате появилась картина.
Точнее, была разрисована сама стена прямо поверх обоев. В кресле напротив картины мирно посапывала Настя, на полу перед ней были разбросаны цветные карандаши.
Подойдя поближе, я стала рассматривать картину.
На ней была изображена летящая на метле девушка, на плече у девушки сидел черный кот.
— Красиво, правда? — спросил Клякса, потягиваясь.
— Да, — заворожённо ответила я.
— Настя хотела приободрить тебя, — произнес Клякса. — И изобразила это.
Улыбнувшись, я укрыла Настю пледом, и взяв кота на руки, устроилась на кровати, продолжая разглядывать картину, в которой угадывались мои черты.
========== 5 глава ==========
Наконец похолодало, школу завалило снегом, и температура подошла к отметке минус 27 градусов.
— Сегодня ночью идем выполнять следующий этап, — сказал Иван после завтрака.
Всё необходимое уже было приготовлено. И зелье, которое помогало дышать под водой, и специальная мазь, которая не давала замерзнуть в ледяной воде.
Дождавшись, когда стемнеет, мы выпили уменьшающее зелье, и, оседлав Кляксу, выбрались из школы.
Дорога до реки предстояла неблизкая, и Клякса мчал во весь опор, мы еле удерживались у него на спине. Мороз был жуткий, и хотя мы тепло оделись, всё равно пробирало до костей.
И вот мы уже были возле реки Решетовки.
Пока мы пили антидот и возвращались к свои размерам, Иван уже превратился в человека и внимательно изучал карту. Достав палочку, он направил её на лед.
— Минималус бомбус, — сказал он и лед пошел трещиной.
Повторив заклинание ещё пару раз, он расчистил место, чтобы можно было свободно зайти в воду.
Мы подошли потрогать воду.
— Ничего себе, — пробормотала Настя.
— А вы думали всё будет просто? — усмехнулся Иван, быстро раздеваясь до трусов.
Настя отвернулась.
Достав из сумки банку с мазью, Иван стал быстро натираться ей.
— Как ощущения? — спросила я.
— Тепло, — улыбнулся Иван и выпил зелье для подводного дыхания.
— Фу-у, — сморщилась Настя, когда увидела, как у Ивана начинают расти жабры на шее.
Иван довольно улыбнулся.
— Я пошел, — сказал он, входя в воду. — Ждите меня здесь.
Он скрылся в воде.
Мы стали, молча прыгать на месте, чтобы не замерзнуть.
Наконец Иван появился из воды.
— Ну что? — спросили мы.
— Ничего, — ответил он вытряхивая воду из ушей. — Одному не получается. Кому-то придется поплыть со мной.