Полночно-синие юбки обвивали лодыжки Перри, пока герцог вел ее к месту у кроваво-красных занавесей. Еще одно идеально сидящее платье. Черное кружево обрамляло ворот и вырез декольте, перчатки из черного шелка блестели. То, сколько внимания Монкриф уделил ее гардеробу, нервировало. Он все распланировал. Не оставалось сомнений: все, что происходило до этой минуты, было частью его игры.
Не все. Перри заметила в толпе Бэрронса с этой его вызывающей рубиновой серьгой. Наследник Кейна лениво попивал бладвейн. Рядом стоял юный герцог Мэллорин. При таком освещении его шевелюра отливала медью, и на миг Перри приняла его за Гаррета, пока Мэллорин не смерил толпу холодным презрительным взглядом. Молодой, но смертельно опасный — а иной и не сумел бы удержать свое положение в Совете.
Перри не смела выглядывать Гаррета. Он обещал каким-то образом перемолвиться с ней словечком, но до того нельзя было его выдавать. Вместо этого Перри повернулась к Монкрифу. Герцог оставил ее и подошел к центру завесы, ожидая всеобщего внимания.
Голоса стихли, и гости стали подбираться поближе. Кто-то задел Перри — то рядом с ней, обмахиваясь веером, встала миссис Карвер с сияющими бронзовыми глазами. Ее брутального мужа-вервульфена не было видно, зато вдруг обнаружилась еще одна молодая женщина в деликатном положении в строгом угольно-черном дневном платье. Судя по похожим лицам, женщин связывали родственные узы.
— Это моя сестра Онория, — представила их миссис Карвер. — Она хотела посмотреть на это новое устройство. С ней же я обсуждала результаты вскрытия. Она интересуется наукой.
— Как поживаете? — пробормотала Перри.
— Спасибо, хорошо, — ответила Онория.
— Не оглядывайтесь. — Губы миссис Карвер едва шевелились. — Но ваш мужчина за вами. На галерее наверху.
Конечно, Перри подняла глаза, но миссис Карвер схватила ее за руку, склонилась ближе и прикрыла их лица большим черным веером из страусиных перьев, будто бы делясь свежей сплетней.
— Осторожнее, — прошептала миссис Карвер. — Очень важно, чтобы Монкриф пока не знал, что мастер Рид здесь.
Он здесь. Приглядывает за ней. Перри мгновенно расслабилась. Она посмотрела на Онорию, гадая, сколько той известно, но сестра миссис Карвер внимательно вглядывалась в сцену.
— А ваш муж? Вряд ли герцог позволил вам прийти сюда одной. — Не так-то легко быть вервульфеном в мире, где подобных существ воспринимали чуть лучше недавно освобожденных рабов.
— Он и не позволил, — сухо ответила миссис Карвер. — Уилл в глубине толпы, вместе с мужем моей сестры. — Она наклонилась ближе и понизила голос: — Они решили, что лишь меня Монкриф ни в чем не заподозрит… вдобавок я должна Бэрронсу. Он попросил передать вам, что все идет по плану. Однако им нужно, чтобы Монкриф остался один.
— Один? — Конечно, Перри сумела бы его выманить…
— Не вы, — ответила миссис Карвер. — Мастер Рид хочет, чтобы вы оставались здесь, в толпе, в безопасности. Они с герцогом Блайтом все уладят.
— Ну разумеется. — Чтобы она была паинькой, пока они готовят Монкрифу западню. От одной мысли Перри ужасно разнервничалась. — Спасибо за помощь, миссис Карвер. Теперь и я вам обязана.
— Прошу, зовите меня Леной. От этого «миссис Карвер» я чувствую себя древней старухой. — Яркая молодая женщина сверкнула улыбкой, но затем снова стала серьезной. — Скажите, вы нашли человека, который убил мисс Келлер и мисс Фортескью?
— Думаю, мы обе скоро его увидим. — Перри стало нехорошо, виски будто сдавило холодным обручем.
— Не бойтесь. — Лена сжала ее руку. — Я чувствую запах страха, — пояснила она, когда Перри остро на нее глянула.
— Я не боюсь. — У Перри были друзья. И мужчина, который ее любил. Мысль согрела изнутри, сжигая угнездившийся в груди страх. Возможно, он будет появляться всякий раз, стоит подумать о Хаге, но по крайней мере, Перри училась с ним справляться. Она уже выжила однажды. Сможет и еще раз. Просто нужно продолжать верить.
— Дамы и господа, — провозгласил Монкриф.
Все тут же притихли и придвинулись поближе.
— Как было объявлено вчера вечером, мы с принцем-консортом хотим преставить вам нечто весьма интересное и значимое. — Монкриф указал куда-то в сторону, и оттуда с самодовольной улыбкой шагнул вперед принц-консорт.
Свет засиял на золотом доспехе, который правитель как обычно надел под бледно-голубой сюртук. За те десять лет, что Перри его не видела, принц практически не постарел, хотя его кожа стала бледнее, и даже волосы посветлели. Почти бесцветные глаза обвели толпу, на мгновение остановившись на чем-то. Проследив за взглядом принца-консорта, Перри увидела Линча и Бэрронса, что с пустыми лицами стояли позади всех зрителей.
От недоброго предчувствия волоски у нее на шее встали дыбом.
— Моя королева. — Монкриф кивнул невысокой женщине позади принца-консорта. — Не окажете ли вы мне честь и не выйдете ли вперед? Герцогиня?
Королева Александра залилась краской и с опаской посмотрела на толпу, что следила за каждым ее вздохом.
— Как пожелаете.
Другая молодая женщина крепко взяла правительницу под руку и повела вперед. Вместе они напоминали солнце и луну — смертная королева с ее темными блестящими волосами и теплыми чертами лица и высокая ледяная герцогиня с локонами цвета пламени, небрежно забранными в шиньон. Перри лишь раз видела герцогиню Казавиан, но мгновенно ее признала.
Леди Арамина Дюваль была единственной признанной голубокровной в Лондоне и единственной женщиной, обладавшей значительной властью. Она не только входила в правящий Совет герцогов, но уже пережила многочисленные покушения и даже сражалась на дуэлях. В Эшелоне шептались, мол, герцогиня холоднее арктических ветров, но, по мнению Перри, иная бы в таком мире и не задержалась.
Монкриф снял с себя богатый камзол, отдал Перри, а сам принялся расстегивать пуговицы на рукавах.
— Прошлой ночью вы обе задержались у меня после бала. Я взял у себя образец крови и исследовал его на медном спектрометре, лично предоставленном герцогиней. Леди Арамина, не могли бы вы сообщить присутствующим, какой у меня был уровень вируса?
Герцогиня изогнула тонкую бровь, разглаживая кремовые юбки.
— Шестьдесят два процента.
— Ваше величество, вы подтверждаете эти сведения? — спросил Монкриф.
— Да, — ответила королева и посмотрела на мужа, словно ища его одобрения.
— Мистер Томас Векслер, вы не могли бы выйти? — позвал Монкриф.
Толпа расступилась, пропуская высокого мужчину в сером костюме. Похоже, незнакомец не ожидал, что его вызовут.
— Да, сэр? — спросил он с легким американским акцентом.
— Мистер Векслер глава «Векслер и сыновья», американской компании, что производит Спектрум-300, новейшие — и предположительно лучшие — медные спектрометры в мире. Возможно, некоторые из вас заметили его стенд в соседнем зале, — продолжил Монкриф. — Мистер Векслер, вы не одолжите мне ваше устройство ради простого эксперимента?
Мужчина хитро улыбнулся.
— Если позже мы сможем обсудить комиссионные.
Зрители рассмеялись. Герцог улыбнулся в ответ.
— Считайте это знаком поддержки.
Принесли медный спектрометр, и зеваки вытянули шеи. Даже Перри стало любопытно. Она подняла взгляд, лишь раз, но не заметила никаких следов Гарретта.
Впрочем, она могла чувствовать его, нежную ласку взгляда на спине, точно легчайшее прикосновение пальцев.
— Герцогиня, не могли бы вы сделать мне одолжение и проверить уровень моего вируса? — попросил Монкрифф.
— С удовольствием, — ответила леди Арамина голосом, совершенно лишенным заявленных эмоций.
Шагнув вперед, она вытащила из ридикюля маленький футляр и достала оттуда элегантную флешетту. Взяв герцога за руку, леди встретилась с ним взглядом, затем надрезала ему в палец, повернулась и капнула собранную кровь в устье спектрометра.
Маленькое устройство издало жужжащий звук, быстро потонувший в скрипе обуви и шелесте одежды, когда все подались вперед.