– И я, – кивнула Тейлор.
– Попробую его найти, – Аманда допила вторую порцию кофе, поднялась, отправила посуду на переработку и направилась к выходу.
– Рипли? – окликнула ее Тейлор.
Аманда остановилась, повернулась к юристу.
– Я только хотела тебя поблагодарить за то, что поделилась со мной всем этим. Ты не обязана была мне рассказывать о своей семье, но я рада, что ты это сделала. Это помогает по-человечески относиться к тому, что мы делаем.
– Полагаю, – Аманда пожала плечами. – Ничего особенного. Да и секретом это никогда не было.
С этим она вышла из столовой и пошла по коридору. Но по дороге гадала, почему была так откровенна с Тейлор.
Несмотря на всю браваду Аманды, юрист Компании была вторым человеком на свете, кому она рассказала о детстве. Первым была Зула, и то только потому, что Аманда хотела дать рядовой понять, что та не была единственным на «Безмятежности» человеком с дерьмовым прошлым.
Разумеется, была куча новостных выпусков о пропавшем корабле. Не только Аманду, но и семьи всех членов экипажа «Ностромо» «Вейланд-Ютани» в течение года выставляли напоказ. Если поискать, записи все еще можно было легко найти.
Следующим после столовой шел кормовой воздушный шлюз. Если «Торренс» был таким же, как другие корабли М-класса, на которых бывала Аманда, то еще один шлюз располагался на носу. В этом имелось только три скафандра, и Аманда задумалась, как быть в ситуации, если с экипажем из трех человек летит пассажир.
Но, опять же, ее никто не спрашивал. Никто никогда не спрашивал механика, как спроектировать корабль, хотя Аманда, вероятнее всего, могла бы сделать такую работу получше многих.
Коридор вывел ее к медицинскому отсеку, и там она увидела Сэмюэльса – он стоял спиной к двери, проверяя оборудование. Он повернулся к ней.
– А, Рипли.
– Сэмюэльс, – кивнула она. – Встал пораньше?
– Ну, на самом деле мне не нужно спать столько, сколько остальным, – он махнул рукой. – Я осмотрел «Торренс». Отличный корабль. Я осознал, что его модель очень похожа на…
Сэмюэльс оборвал предложение, вероятно сообразив, что может показаться бесчувственным, но Аманде было плевать. Это всего лишь корабль.
– …«Ностромо», – она закончила мысль за него. – Я работала на кораблях этого типа, – добавила она, давая ему понять, что его замечание ее не оскорбило и не расстроило. К тому же, все они здесь и были из-за «Ностромо».
– Разумеется, – сказал он. – Тейлор уже встала? Она не слишком закаленный путешественник. Гиперсон может показаться ей пыткой.
Аманда кивнула:
– Мы виделись.
Сэмюэльс вытащил нотпад и набрал что-то на экране.
– Она умелый администратор, и я уверен, сможет помочь с любыми… правовыми загвоздками, с которыми мы можем столкнуться.
– Какими бы они ни оказались, – пробормотала Аманда.
– Помимо прочего, – пояснил Сэмюэльс, – мусорщики склонны преувеличивать и свои права. Тейлор сумеет ограничить их рамками закона.
С этим Аманда спорить не стала. Не то, чтобы она особенно хотела, или ей было до того дело. Она только намеревалась выяснить, действительно ли «Анесидора» нашла бортовой самописец «Ностромо». Права на находку, мусорщики – все это были проблемы Компании, не ее.
– Весь персонал – на мостик! – в корабельных динамиках раздался голос капитана Верлен. – Приближаемся к станции «Севастополь».
Аманда взглянула на Сэмюэльса.
– Похоже, мы на месте.
Выйдя из медотсека, они прошли на мостик. Аманду впечатлило то, в каком отличном состоянии находился «Торренс». В медицинском блоке стояло самое передовое оборудование. Оно, конечно, не могло спорить с тем, которым располагал лазарет на «Безмятежности», но военные снабжали свою базу как на правительственные средства, так и из частных источников. И для крошечного транспортника, который сошел с конвейера не вчера, корабль был оборудован по высшему разряду. Инженер в Аманде жаждал заглянуть в недра корабля, но она почему-то сомневалась, что капитан допустит туда простого пассажира.
Капитан Диана Верлен поприветствовала всех, когда они вошли на мостик. Тейлор уже была здесь, и переминалась возле одной из задних консолей – она выглядела так, словно очень хотела оказаться где угодно, но только не здесь.
– Надеюсь, вы все хорошо отдохнули за время путешествия, – улыбка капитана была вежливой, но безо всякой теплоты.
Сэмюэльс ответил так, словно прочитал мысли Аманды:
– Для старого корабля М-класса «Торренс» в отличном состоянии, капитан.
Улыбка стала куда более искренней. Аманда знала, как выглядят судовладельцы, которые гордятся своим кораблем.
– Он был развалиной, когда я его купила. Чтобы привести его в норму, понадобилось два года и уйма контрактов. Но теперь он самоокупается.
Аманда понимающе кивнула. Она снова задумалась, не попросить ли разрешения осмотреть двигатель, но решила этого не делать. Насколько Верлен была в курсе, Аманда являлась всего лишь еще одним работником Компании, которому требовалась перевозка из пункта «А» в пункт «Б». Нет смысла привлекать к себе ненужное внимание.
– В-вы сказали, мы приближаемся к станции «Севастополь», – промямлила Тейлор. – Мы… мы пришвартуемся?
Она задала вопрос так, словно думала, что Верлен собиралась вышвырнуть их в шлюз с надеждой, что они попадут на станцию как-нибудь сами.
Но капитан утвердительно кивнула:
– Насколько я знаю, вас встретит маршал Уэйтс, верно?
– Да, – подтвердил Сэмюэльс.
Аманда не имела понятия кто это. Сэмюэльс снабдил ее материалами брифинга, но она не сочла их важными, а потому просто не стала читать. Ее интересовали только бортовой самописец «Ностромо»… и ее мать.
Нет, не совсем верно. Материалы, которые девушка все же просмотрела, содержали код для активации самописца в том случае, если его найдут. То самое, что «Вейланд-Ютани» крепко держала при себе с тех самых пор, как «Ностромо» пропал. Аманда так до сих пор по-настоящему и не понимала, почему именно этот корабль был для них так важен.
– Я сейчас выйду на связь с «Севастополем», – сказала Верлен, – и организую стыковку.
– Отлично, – Тейлор начала переминаться с ноги на ногу. – Давайте уже это сделаем.
– Не волнуйтесь, мисс Тейлор, – Верлен снова улыбнулась той же улыбкой, которую Аманда видела, когда только вошла – не совсем настоящей. – Это все рутина.
На этом капитан повернулась спиной к пассажирам и посмотрела на одного из членов экипажа. Он сидел, задрав ноги на переднюю консоль, и, похоже, чистил ногти.
– Коннор, как у нас дела?
– Данные на стыковку получены и откалиброваны, – Коннор глянул на показатели. – Вектор сближения зафиксирован.
Навигатор ленился, но Аманда не могла его винить – корабль работал в автоматическом режиме. В космосе большую часть времени волноваться не имело смысла – вокруг было так много ничего, что шансы на столкновение были очень малы. Но когда корабль приближался к планете, станции или к другому судну…
Если бы она была капитаном, то приказала бы Коннору сохранять бдительность, поскольку они приближались к физическому объекту. Но капитаном Аманда не была и ей трудно было даже представить обстоятельства, в которых она могла бы им стать.
– Подготовь коммуникатор, чтобы я могла сказать «привет», – Верлен направилась к другой передней консоли рядом с Коннором. Тот щелкнул переключателем:
– Канал работает, капитан.
Сэмюэльс повернулся и спросил:
– У всех есть документы?
– Разумеется, – Тейлор ответила таким тоном, словно вопрос был самым глупейшим из возможных. Аманда просто кивнула. Строго говоря, ответ был «да» – у нее были документы. Где-то.
– Финальная стадия стыковки, – сообщил Коннор. Верлен вышла на связь со станцией.
– Мы можем посмотреть? – спросил Сэмюэльс.
– М-м? – отвлекшись, Верлен подняла голову. – Да, конечно, включи мониторы.
Что-то было не так, и Аманда гадала, в чем же дело. Верлен утратила свое педантично-рутинное отношение к процессу и забеспокоилась в тот же момент, как вышла на связь с «Севастополем». А затем на большом экране в центре мостика появилось изображение станции.