Лена неуверенно взяла ёмкость в руки:

— Ну… Я предлагаю выпить за мир. За жизнь без ссор, без драк, без войны. У всех нас и без того хватает проблем, а так мы делаем друг другу только хуже.

— Да уж, это хреново, — поддержал я. — Согласен с Леной. Мир — вот чего нам не будет хватать.

— Думаешь, в будущем будет всё плохо? — поинтересовался Шурик.

Я покосился на Алису. Девочка только слабо улыбнулась, но глаз с меня не сводила.

— За мир, — коротко бросил я и опрокинул рюмку.

«А они ведь даже не догадываются, насколько всё хреново будет у них в будущем.»

Вскоре алкоголь уже начал действовать. Приятное головокружение, самые разные и ненужные мысли, открытость… Больше никакой застенчивости.

— Кстати, Серёг… — начал я. — Может дело не наше, но… Как у вас Женькой так получилось?

Женя внезапно рассмеялась. Электроник же глупо хихикнул, смущённо почёсывая затылок.

— Да вы после такого ржать с меня будете, — промычал парень.

— Прямо тогда, на танцах он во всём мне признался, — кое-как ответила Женя, — Это надо было видеть. Нервничал, запинался, а во время танца мне все ноги истоптал, дурак!

Я ухмыльнулся.

— Но тебе же понравилось, — ответил Электроник.

— Понравилось, не нуди, — библиотекарша толкнула парня локтем в бок.

— Ну, а поссорились-то из-за чего? — поинтересовался я.

Алиса тем временем вновь наполняла из бутылки рюмки.

— Это всё из-за него! — Сыроежкин обвиняюще ткнул пальцем в сторону Шурика.

— Меня?! — возмущённо промычал Шурик.

— Пропал, гад, на весь день! Слинял из лагеря и даже мне ничего не сказал!

— Я-то тут причём?!

— Я тебя весь день искал, гадина, а на неё даже не глянул! Вот она и обиделась на меня.

— Ребя-а-ат, — протянула Алиса, закрывая бутылку, — Давайте жить дружно. Берите стаканы, — рыжая выразительно сделала ударение на поледний слог, — Кто там следующий говорит?

— Ты, — невозмутимо ответил я.

— Я?!

— М-да.

— А я же не умею… — Алиса смущённо приложила ладони к щекам.

— Говорить не умеешь? — с усмешкой спросил я.

— Тосты говорить не умею, — так же ответила рыжая.

— Лена тоже впервые говорила. Давай, попытайся!

Алиса вздохнула и подняла рюмку:

— Давайте выпьем за… м-м… за светлое будущее. Давайте, по крайней мере, идти к этому, чтобы наша страна вдруг резко не оказалась в самой ж…

— За светлое будущее! — выпалил я, поняв, что рыжую уже понесло.

Алиса внезапно рассмеялась:

— А знаете, что мне Семён сегодня сказал?

«А что сегодня Семён сказал?»

Из-за нехило ударившего в голову алкоголя, мысли сразу же запутались, заметались, в следствии чего, я не мог никак вспомнить чего-то конкретного.

— Он сказал, что он из будущего! — хвастливо изрекла Алиса.

«А, точно!»

— Да? — удивлённо промычал Сыроежкин.

— Именно, — ответил я.

Шурик выпил содержимое своей рюмки и тут же прохрипел:

— И как там? В будущем?

— Шура, наше будущее — это полная ж-ж… жесть, — честно признался я, опрокидывая свою рюмку. — В общем, готовьтесь. Сейчас будет правдивая страшилка!

Все уставились на меня и внимательно вслушивались, будто пытаясь не пропустить ни единого слова.

— Готовы? — спросил я. — Так… В общем… СССР развалился.

Немая сцена. Длилась она от силы секунд десять.

— Не-е… — недоверчиво протянул Электроник. — Не верю.

Внезапно, на стол громко опустилась ещё одна бутылка Столичной, зажатая в чьей-то крепкой руке. Я повернулся, поднял взгляд. Смутно разглядев лицо Пионера, я недовольно пробурчал:

— А-а… Явился, козёл.

— Я тоже рад тебя видеть, Сёмка! Салют честной компании! — парень дружелюбно улыбнулся и махнул рукой в знак приветствия. После чего опустился напротив меня. — А зря вы, кстати, ему не верите. Будущее поколение и вправду потерянное. Собственно, как и само будущее.

— Сёма, а это кто? — тихо прошептала Алиса.

— А это, Алиска, тот самый урод, который меня поколотил, — промычал я в ответ.

— Ты хто? — в упор спросил Электроник.

— Я? Вы можете звать меня просто… Хозяин. Господин. Как угодно. Мне оба варианта нравятся, — Пионер нагло улыбнулся.

— Ну и хрен с тобой, — безразлично ответил Электроник и повернулся к Жене.

— Эх, не уважаете вы культурных людей, — грустно произнёс Пионер. — Глупые, наивные, неопытные.

Такое высказывание, видимо, сильно задело Электроника и он вновь повернулся к Пионеру. Я, конечно, понимал, что вместо него сейчас говорит алкоголь, но это выглядело настолько забавно, что я просто включил режим наблюдателя.

— Это я неопытный?! — возмущённо спросил Сыроежкин.

Пионер улыбнулся, откидываясь на спинку стула:

— Ну-ка, докажи обратное.

Видимо, его эта ситуация так же забавляла, как и меня.

— Да я… Да я… — возмущённо кряхтел Электроник, затем выдал до боли знакомый мне монолог, — Да я в своем познании настолько преисполнился, что я как будто бы уже сто триллионов миллиардов лет проживаю на триллионах и триллионах таких же планет, как эта Земля, мне этот мир абсолютно понятен, и я здесь ищу только одного — покоя, умиротворения и вот этой гармонии, от слияния с бесконечно вечным, от созерцания великого фрактального подобия и от вот этого замечательного всеединства существа, бесконечно вечного, куда ни посмотри, хоть вглубь — бесконечно малое, хоть ввысь — бесконечное большое!

Кажется, с каждым словом Пионер, точно так же, как и я, охреневал всё больше и больше. Краем глаза я заметил, что Алиса медленно опускала голову всё ниже, а наполненная рюмка стремительно наклонялась вбок, грозясь тут же вылить всё своё содержимое на пионерскую форму.

— А ты мне опять со своим вот этим, иди суетись дальше, это твоё распределение, это твой путь и твой горизонт познания и ощущения твоей природы, он несоизмеримо мелок по сравнению с моим, понимаешь?

— … сам стал богоподобен и устремлен в это бесконечное, и который в умиротворении, покое, гармонии, благодати, в этом сокровенном блаженстве пребывает, вовлеченный во всё и во вся, понимаешь, вот и всё, в этом наша разница.

Выговорив всю эту тираду, Электроник поднялся и медленно, пошатываясь, двинулся к выходу:

— Пойду я… Наслаждаться прекрасным летним закатом на берегу реки.

— Там уже темно, — бросил ему в спину Пионер. Сыроежкин его даже не услышал и только вышел из помещения. — Ну и пошёл ты!

В деревянную дверь улетела пустая бутылка. Алиса тут же опомнилась и выпила содержимое своей рюмки.

— И нахрена? — спросил я.

— А какая разница? — Пионер развёл руками. — Всё равно все это не настоящее.

— Сам ты не настоящий! — выпалила внезапно Алиса, затем сразу же успокоилась и повернуась ко мне. — Сё-о-ом, пойдём в домик, мне скучно…

— Предлагаю игру! — весело вскрикнул Пионер и в следующую же секунду положил на стол револьвер…

«Стоп… РЕВОЛЬВЕР???»

Похоже, я начал трезветь прямо на глазах. И не только я. Сидевшая рядом Алиса будто полностью пыталась вжаться в спинку стула.

— Откуда это у тебя? — взволнованно пролепетал я.

— Что такое, Семён? Что не так? — непонимающе спрашивал Пионер. — Я тебя не радую? Откуда страх? Ты ведь не боишься меня, правда?

В эту же секунду мне и вправду было страшно. И не за себя, а за Алису. За Шурика, который прямо здесь уснул под скучный монолог Электроника. За Лену, которая снова вышла из библиотеки.

— Просто скажи, что тебе нужно? Тебе нужен я? — продолжал я.

— Ты же не за себя боишься, верно? — гневно спросил Пионер. — Боишься за этих кукол, которых даже на самом деле нет!

Парень поднялся, подошёл ко мне, схватил за руку, сунул мне револьвер и приставил дуло к виску Алисы:

— Ну же, Семён! Осознай, наконец, что они — ничто, против тебя!

Внутри будто всё перевернулось. Алиса испугано смотрела прямо на меня, заливаясь слезами. Нервно дыша, я практически умолял Пионера прекратить: