— Просто хочу знать, насколько ты мне веришь. И нет, это не проверка. Ты и вправду готова в это поверить?

— Ну это сложно, конечно… — Алиса отвела взгляд. — Но я уверенна, что ты сможешь доказать, убедить меня в этом.

— Смогу ли? — я усмехнулся. — Наверное.

Полез рукой в карман, достал оттуда телефон. Ещё даже есть немного заряда. Протянул аппарат Алисе.

— Это тебе, — тихо и коротко проговорил я.

Рыжая округлила глаза, глядя то на меня, то на телефон.

— Что это? — растерянно спросила девочка.

— Это… Это телефон. Рабочий. Вот только толку от него здесь никакого. Нету ни связи, ни интернета… Даже спутник не ловит. У вас такие появятся… лет через двадцать. Сперва будут с кнопками, а затем и по экрану можно будет пальцами потыкать.

— П-подожди, то есть, ты не шутил? Ты и вправду не отсюда?

Я пожал плечами:

— Врать не буду, я и сам ещё толком не понимаю. Но… Я точно знаю, что в восьмидесятых годах меня ещё на свете не было.

— Ч-что?

Я уставился куда-то вниз, в надежде, что Алиса не сочтёт меня за поехавшего.

— Да-а, вот как-то так. Родился в начале девяносто седьмого. И спустя двадцать один год я просто засыпаю где-нибудь в парке, а просыпаюсь уже здесь.

Я перевёл взгляд на Алису. Рыжая в растерянности смотрела куда-то в сторону, нервно вертя в руках телефон. Девочка была в замешательстве. И, признаюсь честно, я уже жалел, что начал этот разговор. Было больно видеть, как она пытается всё осмыслить, как со все сил пытается мне поверить, но ведь это же бред! Я и сам бы не поверил, будь я на её месте.

Я осторожно коснулся пальцами её подбородка, повернул её голову лицом ко мне и заглянул ей в глаза:

— Верь, или нет. Но я тебя не оставлю. В это ты веришь?

Алиса еле заметно кивнула, осторожно сунула мне обратно в руку телефон, поднялась и, скрестив руки, медленно поплелась прочь. И что-то вновь заставило меня подорваться с места, догнать её, развернуть и крепко обнять.

«Господи, и нахрена?! Зачем вообще нужно было об этом говорить?! Просто хотел, чтобы она знала правду?! Но ведь это же и вправду звучит как бред! Что она теперь думает? Что я просто сбредивший пацан из богатой семьи, у которого есть куча таких импортных шуковин, как этот телефон? Который попользуется ею и после лагеря сразу же бросит, оправдываясь тем, что мне пора возвращаться в свою реальнсть?! Нет, не надо было об этом говорить!»

Однако, что-то внутри мне подсказывало, что я поступил правильно. Просто для того, чтобы она знала. И сейчас для меня важнее всего, чтобы она мне поверила. Именно по-этому я продолжил нести всю эту чушь-правду.

— Знаешь, кто меня поколотил ночью? — спросил я, будто она знает ответ. — Не поверишь, но это был…

Договорить я не успел. Меня перебили далёкие звуки горна. Ужин.

— Пошли, — Алиса взяла меня за руку. — И, умоляю тебя, не говори ничего подобного до конца ужина. Дай подумать.

«Ну, по крайней мере, сейчас ещё не всё так плохо.

Я кивнул:

— Ладно. Молчу.

Как только мы вошли в столовую, я сразу же выловил глазами наших товарищей-кибернетиков…

— Алис, возьми, пожалуйста, мою порцию, я скажу кибернетикам, что мы вечером придём. Или давай наоборот?

Алиса отмахнулась:

— Иди, не хочу я с ними разговаривать.

— Ладно.

После чего я сразу же направился к кибернетикам. Братья по несчастью, благо, сидели недалеко от выхода и уже во всю уплетали свой законный ужин.

— Аве кибернетике! — громко выпалил я, плюхнувшись за столик рядом с ними. — Как оно?

— Привет, Семён, — ответил Шурик. — Нормально. Ты говорил с Серёгой?

— Да говорил я ему, говорил! — сразу же забухтел Электроник, как только услышал своё имя. — Ну что, Семён?

— Мы с Алисой придём. Только давай не так, чтобы мы тебя пьяного в стельку домой тащили!

— Да тихо ты, тихо! — сразу же шикнул кудрявый. — Чего разошёлся? То был единичный случай. Депрессия у меня была!

— Депрессия, блин… Еле заткнули тебя.

Шурик ухмыльнулся.

— Да уж… Весёлая ситуация.

Я тоже невольно вспомнил матерную песню Гражданской Обороны в исполнении Электроника и пустил смешок.

— Ладно, господа, — я поднялся. — До вечера.

— Часиков в восемь приходите, — бросил Электроник напоследок.

— Обязательно, — буркнул я себе под нос, направляясь к нашему с Алисой столику.

Девочка с задумчивым видом дожидалась меня. Вот как можно одним разговором в корне поменять ей настроение. Днём такая весёлая была, а сейчас уже вовсе будто ничего от этой жизни не хочет.

Я опустился напротив неё и пододвинул свою порцию ближе:

— Спасибо, что захватила. Приятного тебе.

— Спасибо, — Алиса улыбнулась. И чёрт знает, натянутой была эта улыбка, или же искренней.

Я принялся молча утолять голод, тем самым выполняя просьбу Алисы — молчать. Через некоторое время, рядом со мной уселась Ульяна.

— Привет ещё раз! — весело поздоровалась мелкая.

Я в ответ молча кивнул, не отлекаясь от своего занятия. Впрочем, как и Алиса.

— Вы чего такие хмурые? — настороженно спросила Ульяна.

Я продолжал молчать, полностью предоставляя возможность вести диалог Алисе.

— Мы не хмурые. Мы за-дум-чи-вы-е, — констатировала Алиса.

— И ты тоже? — мелкая обратилась ко мне. И даже тут я промолчал.

— А он — особенно, — рыжая-старшая хихикнула.

— Ну и бу на тебя, — ответила Ульяна мне на моё молчание и принялась есть.

«Или мне просто кажется? Сейчас Алиса вполне в нормальном состоянии. И настрой вроде хороший… Накручиваю я себя. Наверное… Или это она только с Ульянкой так? Да не-е. Не должна…»

Я отпил из стакана немного компота. И, вроде, первые две миллисекунды всё было хорошо. Но когда ПЕРЕСОЛЕННЫЙ компот полностью отправился внутрь меня, я тут же схватил стакан Ульяны, и залпом выпил всё его содержимое.

— Э-э-эй! — возмущённо протянула мелкая.

Отдышавшись, я тут же ей ответил:

— А вот… Зараза мелкая… Будешь знать, как мне подлянки устраивать… Мучайся теперь, вражина.

Алиса рассмеялась и пододвинула свой нетронутый стакан Ульяне.

— Успокойся, Сём. Это я сделала.

Я тут же уставился на Алису убийственным взглядом:

— Прости Ульяна, но титул и звание вражины теперь переходит твоей подруге!

Ульяна хихикнула:

— Лиска, берегись теперь, он будет мстить!

Я медленно потянул руки к шее Двачевской:

— Придушу…

Рыжая в долгу не осталась и схватилась за вилку:

— Хочешь драться?! Драться хочешь?!

При этом у нас обоих на лицах медленно выползали улыбки. Я схватился за вилку в руках Алисы, пытаясь вырвать её из мёртвой хватки.

— Не бойся ложки, бойся вилки, да? — прохрипел я, после чего второй рукой схватил свою вилку.

— Всё-всё! — пролепетала рыжая, расслабляясь, — Хватит, а то оба вылетим отсюда. Здесь же дети.

— Говоришь так, будто это я первый за вилку схватился, — я усмехнулся.

— А я чего? Я ничего! — невозмутимо ответила Двачевская. — Ты поел?

— Да-а.

— Пошли.

Девочка поднялась.

— Куда?

— Покажу кое-что.

— А можно и мне? — сунула свои пять копеек Ульянка.

— Нет, — отрезала Алиса. — Мелкая ещё.

После этой фразы у меня встал один единственный вопрос:

«Это чё она там такое показать мне хочет?»

— И ты потащила меня через пол лагеря обратно в свою обитель, чтобы предъявить моему взору бутылку… дюшеса?

Алиса молча подошла к столу, взяла бутылку в руки, открыла её и приблизила к моему лицу. В нос сразу же ударил запах алкоголя.

«Нихрена она тут конспирацию устроила…»

— И откуда? — слабо спросил я.

— Так «лекарства» же кое-какие из медпункта пропали, — ответила рыжая, после чего рассмеялась. — Вожатка заставила к кибернетикам мотнуться… — и вновь смех. — А они мне там пакет тычут, говорят «отнеси в медпункт, только не заглядывай!»… Идиоты…