Тарт, казалось, крепко уснула, уткнувшись щекой в не такую уж мягкую подушку. Он смотрел на нее долго, слишком долго, осознавая, что если бы не он — все было бы проще. Как же все же ему повезло, что неподалеку оказался Бронн. Трудно себе представить сейчас, что бы было, если бы прошло еще больше времени. Она была бы мертва? Безусловно.

Серсея… Его сестра в полном смысле этого слова стала совсем иной женщиной. Нет, разумеется, раньше она тоже была жестокой, но сейчас, получив власть в свои руки, королева перестала отдавать себе отчет в том, что она делает.

А Джейме уже давно начал понимать, что ему больше не место в Красном Замке, Королевской Гавани, да и вообще в Семи Королевствах. Устал. Раньше все, что происходило здесь его по большей части забавляло, было смешно наблюдать за попытками Неда Старка исправить положение, как до этого пьянство короля Роберта одновременно веселило и раздражало.

Мир полон неправильных людей, живущих без какой-либо цели. Они даже не живут, а существуют. И это кажется нормальным. Но он устал. Ему надоело видеть один и тот же спектакль по устаревшему и наскучившему сценарию. Кукловодом раньше выступал его отец, Тайвин Ланнистер, но с недавних пор манипулятором всего стала его собственная сестра…

Цареубийца уже не помнил, в какой момент ему захотелось освободиться от цепей, которые сковали его сердце. С одной стороны — честь, с другой — семья. Но семья уже больше не являлась семьей: его возлюбленная сестра теперь показывала всем, какой она являлась все эти годы на самом деле.

— Джейме, — услышал он свое имя и повернулся к Бриенне, всматриваясь в ее усталое лицо, словно впервые увидел.

— Что?

— Ты думаешь о своей сестре? — её голос прозвучал немного хрипловато, словно она заставила себя произнести этот вопрос.

— Немного, только хорошее…

Бриенна выдавила усмешку, больше похожую на оскал. Непривычно видеть ее слабой, немощной. Она — воин, возможно, даже смогла бы одолеть его в честном бою. А сейчас лежит на кровати. Лицо, пусть на нем уже и проявлялись краски, приобретало привычные цвета, больше похожие на живые, нежели те бледные оттенки.

— Мне кажется, что тебе не стоит о ней думать.

— Почему же? — Джейме лег рядом с ней полубоком, смотря в ее лицо. Взгляды встретились.

— Потому что у меня ощущение, будто случится нечто еще более ужасное, если ты будешь думать о Королеве.

Каждое слово отпечатывалось в его разуме. Да и как же иначе.

— Бриенна, ты ревнуешь? — с усмешкой в голосе спросил Джейме, прикрыв глаза, словно от удовольствия верного угадывания. Но, видимо, это ее смутило, девушка предприняла попытку подняться, но он быстро перехватил ее, припечатав к подушке, тем самым нависнув над ней.

— Глупо полагать, что я стану ревновать к женщине, которая…

Тарт не смогла закончить свое предложение, так как Ланнистер умудрился заткнуть ее вовремя. Ещё немного и девушка могла бы произнести такие слова, после которых он уже привык убивать. Нет, разумеется, Бриенну бы он не убил. Он слишком уважал эту особу, которая могла завалить и его самого, хотя это спорный вопрос, и он навсегда остается открытым.

За какие-то дни, проведенные вместе, Бриенна успела вновь привязаться к этому человеку, которого за спиной называют Цареубийцей. Она знала его историю, он знал ее. Возможно, когда-то при мысли о том, что он будет целовать Тартскую Деву Джейме бы вздрогнул, ужаснулся и забыл о ней, но сейчас он готов был расцеловать ее всю, лишь за то, что девушка осталась жива.

Хотелось бы, конечно же, верить, что это конец всем препятствиям на пути к их счастью, которое они вот-вот преодолеют, но Лев прекрасно понимал — когда-нибудь их всё равно найдут, когда-нибудь настанет этот злополучный день расплаты за этот недолгий момент счастья. Счастье… что это такое? Ранее Ланнистер верил, его счастье в сестре. Будучи рядом с ней Джейме всегда был счастлив. Но был ли?

— Так что ты там говорила про ревность, Бриенна? — спросил он, криво ухмыльнувшись.

Она-то говорила всё всерьёз, а Ланнистер решил, что это какая-то игра, и её можно заткнуть каким-то жалким поцелуем. Нет, конечно же, поцелуй не казался ей жалким, но вот всё остальное… как будто бы Джейме не понимает, что ей неприятно подобное отношение. Быть может, с Серсеей у тебя это прошло на «ура», но со мной — не получится.

— Я говорила, что не ревную тебя к королеве, — абсолютно серьезно повторила Бриенна, но рука Джейме переместилась за её спину, прижимая Тартскую деву к своей крепкой груди.

И ей ничего не оставалось делать, кроме как обвить руками его шею. Наверное, повезло, что сейчас она может спокойно смотреть ему в глаза, без какого-либо стеснения. Тарт не привыкла бояться мужчин, она привыкла их бить. Но Цареубийца был и будет тем, кто доказал ей, что необязательно нужно быть воином, чтобы тебя приняли в этом чертовом мире, нужно просто принять саму себя.

— Я хочу сбежать отсюда, быть может даже с тобой.

Она непонимающе подняла взгляд, всматриваясь в его лицо, словно бы хотела удостовериться, а не ослышалась ли она. Но нет, не ослышалась.

— С чего это вдруг у тебя появилось такое желание?

— Я повзрослел… и больше не хочу быть Цареубийцей, презираемым всеми. Хочу наконец увидеть запись на странице о Джейме Ланнистере в толстенной книге подвигов. Она до сих пор пуста и, если я умру до этого момента, то не смогу простить себя.

— Ты можешь отправиться со мной, на Север, в Винтерфелл…

Она даже не уследила за тем моментом, когда произнесла это вслух. В той войне, которая уже началась далеко, на Севере, Джейме Ланнистер действительно мог бы стать героем, о котором будут петь песни и стихи.

— Признаться, я думал об этом, и, быть может, даже так и поступлю, раз ты приглашаешь меня с собой, но…

— Что «но»?

— Мне придётся уехать из Королевской Гавани, забыть про сестру…

Бриенна не ожидала от самой себя того, что она решится его так резко перебить.

— Так вот, в чем проблема? В твоей сестре-королеве? — Тарт попыталась сделать шаг назад, но Ланнистер не позволил ей этого сделать, притянув обратно к себе и поцеловав в тонкие губы.

В начале она, как и полагается, попыталась оттолкнуть его, тщетно. Он стянул с её крепкого тела одежду, когда та уже перестала сопротивляться ему. В какой-то определенный момент стало страшно, Тарт не знала, не имела вообще никакого понятия о том, как нужно себя вести с мужчиной. Стонать на ухо? Ответно стягивать с него одежду? Играть в недотрогу?

Тем временем, оставшись нагой перед ним, Бриенна попыталась прикрыть небольшую грудь рукой, но мужчина без каких-либо усилий отвел её. Она плотно закрыла глаза, словно бы отправлялась на казнь.

— Я видел тебя голой, Бриенна. Меня ты уже не удивишь.

Сглотнув ком в горле, Бриенна почувствовала его губы на своей шее, моментально задрожав, словно осиновый лист. Признаться в том, что ей нравятся эти неизвестные для неё ощущение — разумеется она сможет. Но насладиться ими ведь можно?

Комментарий к Еще одно “если”

Продолжение следует через год. Шутка, надеюсь!

Надеюсь, что никто не будет против NC-главы?

========== Словно в мире были только они ==========

Комментарий к Словно в мире были только они

Финал Игры Престолов уже позади, но вселенная ПЛиО всегда будет в наших сердцах. И наш финал также скоро.

Через что они прошли за всё это время? Да хотя бы за несколько недель? Побывав на острие ножа Бриенна уже не будет прежней.

Воспринимать себя как женщину для неё всегда было нелегко, даже невозможно. Как кто-то будет любить себя, если она сама не может увидеть в себе прекрасное? Она — хороший воин, верная своей клятве. И только. Джейме помог ей разобраться с проблемами, помог начать уважать себя, как женщину. Если бы он согласился сбежать с ней на Север, где нет его сестры…

Она слышала его сердцебиение, слышала его прерывистое дыхание, когда он обнял ее. Он уже несколько лет являлся ей во снах, где не было войны, где он не был заклеймен прозвищем Цареубийцы. Его объятия казались ей в точности такими же, как и во сне. Ей хотелось ущипнуть себя, чтобы проверить сон ли это. А если это и сон, то пускай он не заканчивается.