– Нормально.

– Чем планируешь заниматься?

Я аж опешил с такой заинтересованности в своей личной жизни. Мам, ты сама-то себя нормально чувствуешь, нет? Может, полежишь пойдёшь? Я тут пока за духовкой послежу, фарш помешаю да комнату проветрю. А то ты, кажется, уже надышалась, тебе нужен свежий воздух. Нет, не хочешь?

– В смысле? – я решил уточнить. – Сегодня? Или, там. Завтра. Послезавтра.

– Вообще. И сегодня, и всю следующую неделю. Мне звонила Татьяна Викторовна.

А-а.. Ну да. Было бы странно, если бы интерес возник ни на чём. А это Татьяна Викторовна. Жизнь мне портит, сука жирная.

– Говорила со мной через какого-то мужика.

О, Виктор Юрич, здравствуйте. Как ваши дела?

– Скоро начнутся переводные экзамены.

Мда, честно, я вообще не понимаю этого дерьма. Нахуя оно нужно? Почему я должен доказывать, что не пинал хуи целый год? Разве после одиннадцатого это не будет показано само собой на госэкзамене? Ёбанные долбоёбы. Мне вот интересно, это везде так, или только у нас в школе выёбываются? Конечно, подкинуть ученикам лишней нервотрёпки – это же так прикольно.

– И сколько их будет?

– Ну, у меня четыре. Русский, математика, биология и история.

– История тебе зачем? – удивилась мать.

– Ну. Она почему-то решила, что я буду сдавать её после одиннадцатого класса. Поэтому записала меня и ещё двоих даже не спрашивая особо.

А я слишком тряпка, чтобы сказать ей, что не планирую этим заниматься. Ну, в следующем году точно скажу. Наверное. Возможно. Я думаю, что хотя бы тогда наберусь сил на это. Но будет смешно, если не получится, и я всё-таки пойду на ЕГЭ по истории. Хотя без разницы, по сути. Сдам – не сдам, вообще похуй будет. Жизнь от этого зависеть всё равно не будет, ну и чего тогда волноваться.

“А потом сдашь на сто баллов, вот смешно будет”

Это будет хороший анекдот. Но вряд ли и правда получится, потому что давно известный факт – всё проплачено. Ну, вернее, есть определённое количество людей, которым можно поставить сто баллов, и ты легко можешь в них не попасть (и, скорее всего, не попадёшь). Плюс никто не исключает вопросов из серии “Какой фильм был снят при Сталине”. А я ебу, блять? Я же так угораю по советским фильмам, ещё и даты все эти запоминаю. Но что я знаю точно – это что ему понравился фильм Эйзенштейна про Ивана Грозного. Там ещё Фёдор Басманов такой симпотный во второй части. И поёт прикольно, да. А больше я ничего не знаю, всё.

– Ладно, пусть так. Ты хотя бы готовишься?

Сейчас бы готовиться к биологии и истории, ну. Вот что с математикой делать – я не знаю, но не оставят же меня на второй год только из-за того, что я завалил какой-то там блядский переводной? Что за глупости.

– Можно и так сказать.

Мать склонила голову на бок, скривив рот и с осуждением на меня уставившись. Всё, мне пизда? Можно только я в комнате уберусь перед смертью и выкину всё слишком не предназначенное для чужих глаз?

– Я не запомнила числа, – в конце концов заговорила мать. – Но последний экзамен, история, кажется, у вас двадцать четвёртого.

Ой, уже даты известны? А в классной конфе об этом не писали. Хотя я мог легко пропустить это, но я старался быть внимательным.

– У тебя несерьёзное заболевание, поэтому тебе перенести экзамены не могут.

Ну блин. Придётся идти и продувать себе лицевой нерв, значит. Как Костя тут недавно умудрился. Бедный.

– Так что заканчивай, пожалуйста, страдать, и чтобы завтра пошёл в школу.

Я не страдаю, попрошу заметить, ладно? Не выдумывайте и не порочьте мой светлый образ.

– Я уже и сам засобирался.

А то будет думать, что я из-за неё пошёл. Не-ет. Не в этом дело.

– Мда? – мать, кажется, не очень-то мне и поверила. – Ну посмотрим.

Вот это её “Посмотрим” – это что, вызов, блять, или подстрекательство? Она меня на слабо пытается взять? Я не понял сейчас. На самом деле, мне, конечно, без разницы. Хотя прозвучало реально странно.

– Но если мне будет плохо?

Нет, ну вот вдруг? Всякое же бывает? Как бы, у меня грипп, вирусное заболевание. Я сейчас приду в школу, и как позаражаю там всех. И не смогут они потом экзамены написать. Зачем мне портить конец года своим любимым одноклассникам? Я лучше дома посижу, выздоровею окончательно.. Да, мам?

– Тебе уже третий день плохо.

– Что значит “уже”? Люди месяцами болеют.

А у меня ещё и ножка болит. Так что без вот этого давайте обойдёмся, гражданочка.

– Пойду, когда полегчает.

Но не исключено, что завтра я ещё дома посижу, да. Подготовлюсь морально к выходу из квартиры. Внешний мир – он такой. Без моральной подготовки туда лучше не соваться.

Наконец, вскипела вода в чайнике, и можно было вернуться в свою комнату. Слава богу. А то эта женщина меня пугать начала. Такой внезапный интерес, это странно. Никогда такого раньше не было. Мама заболела, да?

Телефон я оставил на кровати, так что сейчас заметил, что мигает индикатор сообщения. Кто-то вспомнил об мне, у-у. Ладно, шутка, конечно же. Все мы знаем, что это Кристина. Кому ещё я нужен. И то ей только потому, что я рисовать умею. И как-то так выходит, что всё делаю прям как ей надо. Совпадения-хуедения. Только потому меня рядом и держат. Это грустно, на самом деле. И я уже думал об этом, вроде как. Что сейчас она поедет в этот свой Оксфорд, или куда там, блять, Кембридж, и потом ещё в Нидерландах будет учиться на разработчика игр. И вот она найдёт себе кого-нибудь более подходящего в каком-нибудь из этих мест, и я снова окажусь всеми брошен и послан нахуй. Аха-ха просто. Хотя опять же – чья это вина? Уж не моя ли собственная? Вот и не выёбывайся тогда. Закажи еды на дом, обожрись и помри молодой, зато счастливый.

Помимо сообщений Кристина скинула какой-то видос. Я аж испугаться успел, но потом прогрузилось изображение, и я подуспокоился – Кристина всего-то играла на пианинке. М-м, ещё один навык в списке её способностей и умений. Молодец какая.. Узнаёт что-то новое, учится. Реально стыдно становится из-за вот этого. Что твои сверстники таким вот заняты, чем-то увлекаются все, и ты такой: “Ы-ы-ы”. “Пойду поем”.

“Да, правильно, иди поешь и угомонись”

Да. Я постоянно думаю о том, какие же все вокруг классные, что учатся чему-то, чем-то заняты и увлекаются, но никогда не доходит до того, чтобы я заставил себя найти что-нибудь для себя. Хотя обычно такие вещи сами находятся, и не надо никаких принуждений и вот этого всего.. Но это тупые отмазки. Я просто не хочу ничего делать и всё. Хотя хер его знает – можно ли называть биологию и компьютерные игры моими увлечениями? Хотя если к биологии у меня тупо научный интерес, а к играм отношение как к чему-то, что помогает коротать время.. Ай, без разницы. Пустые размышления.

“И давно ты умеешь играть?”

Смотреть видео я пока не стал – наушники были неизвестно где, а через динамик, ну.. Как-то это фу. Звук не тот вообще.

“Я ещё учусь, пока время есть”

Да-да, потому что когда она начнёт обучение в этих дохуя модных и понтовых университетах, у неё даже минутки свободной не будет, да-да, слышали уже. Хотя звучит так, будто Кристина меня уже заебала рассказами об этом. Было-то всего пару раз – когда она сказала, что боится, что из-за этого или совсем кукухой поедет от непривычки к таким нагрузкам, или в итоге сдастся и положит на всё хер. И во второй тоже что-то такое там было, я уже не помню. Вот, мда. Но она всё равно ждёт не дождётся. Вот, нормальные люди. Ждут начала учебного года, так как увлечены специальностью, которой собираются заниматься. Чего жду я? Когда однажды не проснусь.

“Кому-то в нашей команде придётся писать музыку”

“Думаю, я буду заниматься этим”

“В нашей”, блять. Почему не “в моей”? Это даёт мне надежду, она знает? Я же сейчас реально начну думать, что она возьмёт меня к себе, и потом расстроюсь, когда этого не случится. Кристин, думай в перспективе, пожалуйста.

“Я всё ещё не воспринимаю, что кто-то собирается посвятить всю свою жизнь подобному”