Как противно! Как же…
КАК ПРОТИВНО!
Аарон Хейз! Ты!.. Самый противный и мерзкий человек из всех, кого я знаю!
Меня затошнило, хотелось просто бросить всё и закрыться дома. Мне даже было всё равно, как он это провернул, кто с ним был, и почему всё было именно так. Меня тошнило, гнев не отступал, я была подавлена и убита утренним исходом, теперь это. Болью свело глаза, я толком не могла дышать, заставляя себя думать, что мне не настолько есть до него дело.
Я всё шла и шла по коридорам, пока не остановилась. Я не понимала, куда идти. Я не понимала, что делать. Я чувствовала, как медленно, но верно подкатывает истерика.
– Энни? – донесся откуда-то самый спасительный в данный момент голос.
Я обернулась, находя глазами удивлённую Сью.
– Энни? Что с тобой? – словно чего-то боясь, осторожно поинтересовалась подруга, как только подошла ближе. Она взяла меня за плечо, глядя мне прямо в глаза. – У тебя глаза стеклянные, в чём дело?
Я попыталась было ответить, нелепо улыбнувшись и взмахнув руками, придумав отличную идею рассказать про преподавателя, но изо рта лишь донёсся… всхлип.
В голове завыла сирена. Как же я могла, не сдержалась!..
По щекам позорно потекли слёзы, а я пыталась улыбаться, чувствуя, как голова готова разорваться от боли.
Сью меня тут же обняла, что-то щебеча, но я даже не понимала, что, настолько мне было плохо. Я просто заплакала, обвиняя себя в том, что не смогла сдержать слёз.
– Энни! Милая! Что же случилось? – наконец, услышала я.
Я немного отстранилась, было несколько легче, после того как я уже сорвалась… Так что я лишь снова попыталась улыбаться.
– На меня, знаешь… Так накричал преподаватель по истории!.. А я… – слёзы опять подступили, стало вновь отчего-то невыносимо. – А я ведь ни разу не пропускала… пар…
Я вновь заплакала, отчего Сью вновь пришлось меня успокаивать. Она пыталась смеяться, говоря, какой тот глупый старикан и многое другое, лишь бы меня успокоить, а я только могла её сильнее обнимать, хватаясь за неё, словно за единственный спасительный якорь. И мне становилось лучше…
Она знала, что я солгала… Знала, но понимала, что лучше не спрашивать. Или я скажу сама, или этому суждено остаться в прошлом.
Когда я смогла, наконец, успокоиться, Сью заставила меня пойти и умыться, всё наговаривая на преподавателя и говоря, какая я у неё красивая и что плакать мне вовсе не к лицу. Я же могла только улыбнуться на такую приятною глупость.
– Ну, вот, теперь всё в норме. Глаза, правда, красные, но всё равно ты у меня красотка, – сказала мне Сью, улыбаясь так счастливо только для меня, только бы я пришла в себя. И я улыбнулась в ответ, чувствуя себя намного лучше. – Идём! Пару по экономике почему-то отменили, как Эрл сказал, у нас ещё есть время. Но поставили литературу, между прочим. Я тоже пойду, чтобы ты одна не сидела, да и вообще тебя одну не хочется оставлять сейчас. Давай, если не опоздаем, может, места ещё будут.
Я лишь могла сердечно её поблагодарить, следуя за ней, как за спасительным огоньком-маячком.
К великому счастью, когда мы пришли в аудиторию, то смогли сесть вместе. Преподавателя не было на месте, так что я позволила себе достать свой плеер и включить какую-то мелодию. Зачастую я слушала жёсткий рок, но сегодня настроение было не то.
Сью вовсе не была против, достав свой ноутбук и принимаясь что-то печатать, изредка поглядывая на меня. Я прикрыла глаза, уложив голову на парте и повернувшись к ней лицом. Музыка меня, и правда, расслабляла.
Вначале мне было легче, но затем вернулось неприятное душащее горло чувство обиды и разочарования. Навязчивый злобный таракан грыз мою душу, словно заставляя меня осознать, что я сорвалась не только из-за того, что было утром.
«Не думай», – еле слышно отозвалась я сама из недр темноты в своём сознании.
Я просто продолжала слушать музыку. Но… что-то было не так. Странное чувство не давало мне покоя.
Я приоткрыла глаза, видя перед собой Сью, которая продолжала что-то печатать на ноутбуке.
В чём же дело? Я явно чувствовала, что что-то не так.
Это странное чувство заставило меня повернуть голову в другую сторону. На меня смотрели два глаза орехового, тёплого цвета.
Невольно я выпрямилась в испуге, толкнув при этом Сью.
Я хотела было сказать, какого чёрта он меня пугает, но вовремя прикусила язык, не отводя напряжённого взгляда от Аарона. Последний сделал невинное лицо, хотя со всем остальным сочеталось это отвратительно: покусанные припухшие губы, взлохмаченные волосы, румяные щёки, и всё это подчёркивало прерывистое дыхание.
Я сидела неподвижно, не сводя с него своего злобного взгляда. Аарон словно насмехался надо мной. Хотя при этом… странное любопытство плескалось на дне его глаз.
Медленно парень протянул ко мне руку, выдёргивая один из наушников.
– Чего такая огорчённая? – спросил он, усмехнувшись.
– Явно не из-за тебя, Аарон, – вдруг едко, с улыбкой сказала я, тут же вставляя наушник обратно в своё ухо, таким образом давая понять, что разговор окончен.
Я села прямо, повернув голову к Сью. Аарон, что я позже поняла, сел прямо позади меня.
«Мерзкий кусок д… Спокойнее, Энни, всё хорошо, не обращай внимания, у тебя проблемы совершенно другие. Это не твоя чёртова забота», – говорила я сама себе.
Тут Сью выдернула мой наушник, что было не очень-то приятно.
– Что это было? – спросила она. – Чего судачишь с ним?
– Ни за что на свете, спокойнее, – сказала я, мило улыбнувшись подруге. Сзади послышалось недовольное хмыканье.
По окончанию трека в моём плейлисте я успела заметить, что в аудиторию как раз входил преподаватель.
Я слушала всякую дребедень на паре, обычно интересную филологам. Несколько раз я зевала: у преподавателя пусть и был восторженный голос, но рассказывал он всё дико скучно. Часто в подобные моменты мне так и хотелось сказать: «Автор не хотел этим сказать это и это. Он написал, потому что захотел, чёрт возьми!» Однако проблем мне и так хватало.
Кто-то бросил записку мне на парту. Я почти не заинтересованно развернула её, чтобы прочитать.
У тебя сзади вся спина в грязи.
Я тут же нахмурилась, пытаясь посмотреть себе за спину. Аарон рассмеялся, Сью смотрела на меня удивлённым взглядом.
– Мисс Карр, неужели мистер Хейз намного интереснее, чем творчество Жан-Поля Сартра? – возмутился преподаватель.
Я вся покраснела от такого замечания, виновато взглянув на преподавателя.
– Нет, прошу меня извинить!
– Что я последнее рассказал из его биографии, мисс Карр? – не унимался мужчина.
– Оу, что ж… – рассеянно начала я, судорожно пытаясь припомнить, о чём шла речь. – Вы говорили о… его супруге, Симоне… эм…
– де Бовуар, – прошептал Аарон позади.
– Симоне де Бовуар, – тут же сказала я.
– Ну и что же интересного было у них? Знаете, мисс Карр? Вы же готовились на сегодня, как и все остальные?
– Да, – твёрдо ответила я, хотя это было правдой только отчасти. Лихорадочно я перебирала в голове информацию, пытаясь вспомнить, что я вчера читала. – Они изменяли друг другу, насколько я знаю.
– Да? – протянул преподаватель. – Почему вы не могли сказать о них чего-то положительного?
– Ну… – замялась я.
– Она же девчонка, им только такие подробности и запоминаются, – встрял Аарон.
Преподаватель посоветовал ему замолчать, а меня предостерегли, чтобы я впредь не отвлекалась. Злобно я разорвала записку, прекрасно понимая, от кого она пришла.
Я несколько минут пыталась не злиться, однако руки так и чесались. Злобно я вывела слово «Идиот» и бросила запиской в Аарона.
Как ни странно, ответа не было долго. Я уже думала, что на этом всё закончится, но после мне всё же подложили записку под локоть.
Тебе не кажется, что подслушивать – плохая затея?
