Фэадринхараэль без труда и движений впечатал ее в кресло и подошел к ней, заглядывая холодными глазами в ее глаза. Она снова видела ярко-синий огонь и знакомый коридор, который успела возненавидеть. Ей стало очень холодно и тревожно.

- Bloede Seidhe! – крикнула она куда-то во тьму бесконечного коридора и вспомнила, что этот эльф вряд ли относится к Aen Seidhe. Потянувшись рукой к бедру, она убедилась, что безоружна. Впрочем, как и в предыдущие разы, которые заканчивались ее неизбежной и мучительной смертью.

- Фэад! – крикнула она жалобно, – хватит, я прошу! Так ничего не выйдет! Забери меня отсюда! Пожалуйста…

Растреклятый бесконечный коридор. Конечно же, этот садист, местный представитель власти, не проникнется ее страданиями. Эм тяжело вздохнула, постояла, разглядывая тьму впереди. Делать нечего, надо идти, иначе здесь можно пробыть до наступления старости. Может быть, в этот раз будет не так болезненно…

Она неуверенно пошла вперед, прислушиваясь к эху собственных шагов, вздрагивая и озираясь. С какой стороны на этот раз? В каком виде? Она увидела справа дверь и обошла ее на максимальном расстоянии. Нет уж. Помним, были.

- Я согласна на еще одну партию! – крикнула она куда-то вперед, и ответом ей было гулкое эхо. – Ты ведь такой благородный, нехорошо издеваться над беззащитными девушками! И безоружными…

Только эхо. И бесконечный коридор. Где-то впереди показалось движение. Удивительно, на этот раз быстро… Эми подавила в себе огромное желание убежать, помня о том, что это единственный шанс выбраться отсюда. Она встала и понаблюдала за черным облаком, подплывающим к ней. Каким это будет теперь?..

Облако, приблизившись к ней вплотную, осело на пол и начало расти, округляться. Вскоре оно приобрело стойкие очертания и затвердело, превращаясь в уродливую пузатую тварь на тонких ножках. Открыв свою рваную пасть, тварь обхватила шею девушки своим длинным сизым языком и потянула к себе. Эми, задыхаясь, пыталась устоять на ногах. Внутричерепное давление, казалось, сейчас выдавит глаза наружу, а невозможность дышать разорвет легкие. Из пасти монстра шла отвратительная вонь, слизь с языка вынуждала пальцы скользить. Результат битвы был очевиден: голова Эм оказалась внутри зловонной пропасти, и девушка провалилась внутрь. Мышцы монстра вокруг нее рефлекторно сокращались, проталкивая ее дальше, слизь разъедала кожу. Она автоматически сделала вдох, заполняя трахею, бронхи вязкой, липкой, зловонной жидкостью, и слетела с кресла, борясь с рвотными позывами.

- Ненавижу, – прохрипела Эми, глядя на короля эльфов с настоящим презрением. Она пыталась оттереть с тела ужасные ощущения резкими движениями рук.

- Плохо стараешься, – король скрестил руки за спиной и отвернулся от нее, давая понять, что аудиенция закончена.

Эми сидела в тени могучего дуба, наблюдая за тремя детьми – эльфами, играющими на поляне. В их движениях, неестественно красивых лицах, взглядах ярких глаз было столько спокойствия и уверенности, житейской мудрости, что девушка не переставала удивляться. Они не кричали, не спорили, совсем наоборот: казалось, что это какой-то жутковатый коллективный разум, действующий сообща. Вероятно, они обнаружили какого-то зверька или насекомое в траве, судьбу которого решали. Эм не понимала их язык совершенно, хоть и различала негромкие ровные мелодичные голоса.

Ей мерещилось, что все это – очередная декорация, такая же жуткая и неотвратимая, как и Сумеречный лес. Это место было даже хуже, потому что оно скрывало свои истинные мотивы и естество. Она вздрогнула, когда рядом с ней присела высокая широкоплечая фигура.

- Это место не обманывает тебя, – услышала она бархатный баритон синеглазого короля. – Здесь нет боли, насилия и несправедливости.

- Звучит как описание загробной жизни, – вяло отозвалась Эми.

- Ты удивляешь меня. Если раньше ты выбирала из бесконечной палитры эмоций любовь и жертвенность, то теперь – отрицание и раздражение. Абсолютно младенческая черта.

Эм не ответила, наблюдая за действиями странных детей. Видимо, они чувствовали себя частью чего-то важного, знали, что они в безопасности. Она им завидовала. Король внимательно посмотрел на нее и подозвал к себе девочку, которая немедленно отделилась от троицы и подошла. Поклонившись, она опустила глаза.

- Garladrim, присядь с нами. Наша гостья скучает, не понимая, зачем она живет. Она немного разочарована в том, что ей предоставила жизнь, в несправедливости. Что ты думаешь об этом?

Девочка долго смотрела своими неестественно яркими серыми глазами на Эми, так, что последней стало неудобно.

- Я думаю, – сказала она своим мелодичным голосом на превосходном Всеобщем, – что это – крайняя степень неблагодарности. Жизнь – это великий дар, и каждую минуту необходимо помнить о том, насколько он ценен. Каждую минуту можно все изменить. Уныние, ожидания – это глупость и малодушие. Если и существует какой-то долг перед Существованием, то это – глубокое благодарение и всепрощение. Оно помогает принять, смириться, найти себя и оценить.

- Спасибо, Garladrim, можешь идти, – отпустил он девочку, и она спокойным уверенным шагом направилась к друзьям.

Эм стало еще больше не по себе. Она понимала, что в словах этой маленькой мудрой девочки есть истина. Ей очень хотелось оправдать себя тем, что здесь – другие обстоятельства, это исключение, но не получалось, и это страшно ее злило. Пошло все к черту...

Фэадринхараэль, ничуть не удивившись, проводил разъяренную девушку холодным взглядом, надеясь на то, что у нее все же есть разум осознать эту простую истину, пусть даже и позже.

====== 3.2. ======

- Неплохо, сегодня очень даже неплохо, – докучал Эм эльф с ореховыми глазами, наблюдая за ее успехами в акробатике. Действительно, за короткое время она обрела некоторую гибкость, растяжку, а навыки, полученные в лагере «старца», дополняли ее боеспособность. Хотя все это не шло ни в какое сравнение с боеспособностью ведьмака, и это расстраивало. Возможно, стоило податься в Каэр Морхен…

Эми оперлась ладонями о землю, медленно свела вместе ноги, до этого лежавшие на двух бревнах, превозмогая боль, вытягиваясь в ровную струну. Затем она быстрым движением встала и снова приготовилась к защите.

Кареглазый эльф с бешеной скоростью покрутил длинное древко без боевой части и нанес серию сокрушительных ударов, ни один из которых не достиг цели. Эми, ловко выкручиваясь и уворачиваясь, избегала их. Последний удар, предназначенный для ее поясницы, она миновала с помощью одного из бревен, оттолкнувшись от него и перепрыгнув через голову назад. Перехватив его древко, она прижала его к груди соперника и приблизилась к его лицу.

- Sulmeldir, – сказала она, восстанавливая дыхание и бесстыдно его разглядывая, – а возможно ли прыгнуть назад, имея на спине два меча?

- Два меча за спиной? – повторил эльф с безразличным выражением своего прекрасного лица. – Они мешают друг другу, делают владельца прямоугольным, увеличивая его габариты. А в случае двойных ремней не дают сделать рывок второй рукой за ремень ножен. Прыгать с одним мечом, рискуя в лучшем случае получить гардой по виску – одно, но с двумя – чистая невозможность.

- Как интересно, – сказала она вкрадчиво, облизнув губы, – А что означает твое имя?

- На вашем будет что-то вроде «соратник ветра».

- А что означает «Amanis»?

- Оставь ее, Sulmeldir, это она от злости, – услышали тренирующиеся бархатный властный баритон. Кареглазый эльф поклонился и удалился восвояси.

- Ты отпугиваешь моих потенциальных поклонников, – сказала Эми саркастически. – Может быть, мое бренное тело просит меня о помощи и содействии.

- Твое бренное тело может замолчать и забыть о своих потребностях, мой народ не станет скрещиваться с низшими видами, это недопустимое и противное природе занятие. К тому же, я не вижу в тебе ничего, кроме злости. Ты лжешь.

- С тобой всегда приятно пообщаться, – отозвалась Эм и побежала со всех ног прочь, намереваясь удалиться раньше, чем этот садист снова отправит ее в бесконечные катакомбы с черным облаком. Она без труда пересекла великолепную аллею, достигла мраморной лестницы и, перепрыгивая через ступени, забежала внутрь дворца, легко петляя по уютным светлым коридорам.