- Оставьте меня здесь, – попросила Эм в одиннадцатый раз, рассматривая помутневшими глазами пустые дома, оставленные впопыхах предметы неизвестного предназначения. Сухой ветер гонял по округе мусор и песок.

- По-моему, очевидно, что нам здесь ловить нечего, – обратился Кагыр к Цири.

- Подожди, я хочу посмотреть.

Они вышли через просвет в домах к большому полю с иссохшимся посевом. Зрелище, открывшееся перед ними, было угнетающим. Земля как будто умирала, медленно и мучительно.

Цири повернула голову, глядя на горизонт, на котором взмылся вверх огромный огненный гриб. Вспышка света почти ослепила их, жуткий грохот почти оглушил, а почва под ногами задрожала. Она тщилась что-либо разглядеть, и когда глаза снова стали видеть, быстро переместилась, за мгновение до того, как их накрыла смертоносная огненная волна.

Кагыра качнуло, и он чуть не уронил Эм на длинный куст, сплошь покрытый шипами. Он мог поклясться, что навершие куста с цветком, полным тонких язычков, повернулось в сторону его лица. Цири резкими движениями стряхнула с головы несуществующий огонь, потерла опаленные брови и ресницы.

- Оставьте меня здесь, – попросила Эм в двенадцатый раз, когда нильфгаардец посадил ее к стене. Ноги свело судорогой, но на фоне общего состояния она даже не заметила.

- Никогда не видел такой большой оранжереи, – Кагыр осмотрелся, увидел черные овалы на потолке, замершие напротив нежданных гостей.

Из двери дальше по оранжерее вылетел низенький мужчина лет сорока, и, запахивая по пути халат, помчался к ним чуть ли не вприпрыжку.

- Помогай! Помогай! – кричал он, совершенно счастливый, размахивая руками. – Помогай, – добавил он возбужденно, мучимый одышкой, когда приблизился к ним вплотную.

- Назад, – предупредил Кагыр.

Эм, тяжело дыша, посмотрела на блестящую макушку незнакомца, покрытую реденькими пушистыми волосами, на засаленный халат, на кривые ноги с густой черной растительностью, махровые тапочки, и вяло улыбнулась. Пушок Помогай. Забавное несоответствие. Надо бы ногам и голове договориться и поменяться волосяным покровом.

- Я, – отчаянно махал незнакомец руками, – ты, ты, ты. Я – помогай! – он свистнул и сделал жест рукой.

- С нами хочет, – перевела Эми.

- Еще один чокнутый на мою голову, – проворчал Кагыр.

Стекло оранжереи, отделявшее ее от парка, разбилось, и в помещение ввалились семеро крепких мужчин со странным продолговатым оружием. Они были одинаковыми, как отражения друг друга. Кагыр задвинул Цири себе за спину, интуитивно догадавшись, что против этих мужчин меч бесполезен, и кинул взгляд на вторую девушку, попавшую под его опеку. Красные точки с груди Цириллы переместились на него.

Пушок рассвирепел, принялся дубасить мужчин по головам свернутой бумагой, кричать на непонятном языке, растягивая гласные. Потом, полностью поменяв настроение, стал зазывать троих за собой.

- Помогай, помогай, – повторял он, кивая головой.

- Цири, – предупредил Кагыр девушку, направившуюся за незнакомцем.

- Может, у него попить есть? Или даже лекарство для нее?

Нильфгаардец вздохнул, поднял Эм с пола, косясь на одинаковых мужчин.

Они прошли по коридору в большую комнату, полную необычных приборов и света. Эм, очутившаяся в кресле, закрыла мутные глаза, нетерпеливо дожидаясь, когда же ее страдания закончатся. Пушок взял со стола небольшой прибор, вставил в него маленькую голубую штуку и уколол Эм в шею. От боли она дернулась.

- Ты что творишь? Отойди от нее! – Кагыр двинулся на мужичка, но тот затряс перед ним ладонями.

- Помогай, помогай, – повторял он без устали, потыкал указательными пальцами и вылетел за дверь.

- Дурдом, – Кагыр устало потер лоб.

Цири изучала приборы, разглядывала, прислушивалась. Рискнув, она нажала на небольшую кнопку, и овальный предмет перед ней страшно зашумел и запрыгал. Она отпрянула.

- Э-э-э! – возмутился Пушок, влетая обратно и на ходу натягивая куртку. Он остановил дерготню овала и залез в шкаф, откликаясь на просьбу Цири о воде.

- Это что? – спросила она, недоверчиво рассматривая мягкий, приятный на ощупь сосуд. Пушок налил жидкость из сосуда себе в рот и протянул ей обратно, после чего девушка с жадностью его выпила. Когда он постучал себя по блестящей макушке и с надеждой на нее посмотрел, Цири снова нахмурилась. – Что? У тебя проблема с волосами? Ростом не вышел? Хочешь шляпу? – он замычал и показал на свои странные глаза. – Что? Выколоть их тебе? Что он хочет от меня? – она раздраженно повернулась к Кагыру.

- Не знаю.

- Помогай, – Пушок подозвал Цири к столу, вытащил из воздуха длинную сложную спираль, сияющую разноцветными огоньками. Пальцем он провел кривую между точками и энергично закивал.

- Ничего не понимаю, – Цири скрестила руки на груди.

- Это дом, – отозвалась Эми и подошла поближе. – Цири, верни меч.

Пепельноволосая девушка улыбнулась ей, с большим неудовольствием расстегнула ремень на груди, но сразу же нашлась: на стене у незнакомца висел длинный тонкий меч.

- Дом! Дом! – повторил Пушок радостно.

Кагыр молча ощупал прохладный лоб Эм, поднял ее рукав, разглядывая затянувшуюся за минуту рану.

- Спасибо, – сказала она мужичку и чуть склонила голову. Теперь, когда к ней вернулась ясность мысли, она разглядела его лицо. Оно напоминало набросок художника, который, не уделив внимания общим чертам, вывел с особой тщательностью глаза. Жуткие, рассматривающие суть содержимого собеседника, непонятного цвета. Несмотря на глупую улыбку, восхищенное выражение и общую “округленность” незнакомца, Эм легко представила его в роли владыки местечкового ада.

Большой прямоугольник, на котором была видна оранжерея и истуканы-мужчины, замигал. Эм увидела, как из трещины в пространстве выходят воины в доспехах, нападают на одинаковых охранников.

- Смотрите! – воскликнула она, привлекая общее внимание. – Пора сваливать!

Один из участников Дикой охоты невидимым усилием снес половину оранжереи. Грохот и шум донесся и до четверых.

Цири сосредоточилась, но в последний момент Пушок схватил ее за руку и, сверля ее жуткими глазами, произнес лишь одно слово: “дом”. Она вырвалась, услышала такой привычный шум в ушах, не понимая, почему она, Старшая кровь, должна все время убегать, прятаться, как трус.

И возникла вспышка света.

Они оказались в лесу, освещенном закатным солнцем. Эм подошла к указателю поблизости и истерично захихикала.

- Почти свежее! – вскрикнула она победоносно, не веря, что так радуется отрезанному человеческому уху с серебряной сережкой.

- Значит, дома? – без энтузиазма переспросил Кагыр.

- Да, – Цири огляделась, – я помню, здесь Вы заставили меня пуститься в галоп.

- Идемте, там есть поселение, – Кагыр зашагал по дороге направо.

- В чем дело? – Эми встала возле пожелтевшего Пушка. Тот молча ткнул пальцем в мерзкую синюшную рожу, выглядывающую за покосившимся забором. – Да. Дом, милый дом. Ой, да брось. Смотри, он нижнюю челюсть потерял. Чем он тебя укусит, пятой точкой? Так, поцарапает трупным ядом. Но от него умирать почти не больно.

- Давай быстрее! – позвал ее Кагыр, ушедший вперед.

- Давай быстрее, – сообщила Эми Пушку и двинулась вслед. Хоть правая нога и болела при ходьбе, но не больше обычного, и это безумно ее радовало.

Размышляя над тем, каким образом склонить Aen Elle к взаимодействию, она не сразу обратила внимание, что Цири и Кагыр остановились, обнажили мечи. Причина их напряжения вышла на дорогу, переступая четырьмя неестественно выгнутыми лапами, заканчивающимися длинными когтями. Половину его морды занимала округлая пасть, утыканная острыми зубами, а сразу над ней, под большими надбровными дугами, горели тонкие красные полоски глаз. Плоскомордый монстр с невероятной скоростью рванул между Цири и Кагыром. Они оба успели сделать выпад, но противник выгнулся, прыгнул, в полете меняя положение тела, и бесшумно приземлился. Кагыр отлетел назад, Цири, схватившись за бок, осела. Эм воспользовалась тем, что он к ней спиной, полоснула его по вытянутому боку, а когда он, за долю секунды повернувшись, выставил вперед морду в атаке, отпрыгнула и со всей силы рубанула по шее мечом. Монстр снова выгнулся, дернулся вбок, из-за чего рана не стала смертельной, и бросился прочь.