«Охрененный» — хотел было сказать Тони, но вовремя остановился.
Спина Питера была украшена россыпью мелких родинок; можно было увидеть в них созвездия, если присмотреться. На молочной коже они выглядели прекрасно. Острые лопатки притягивали к себе взгляд своей бледностью, выпирающие позвонки подчеркивали идеальное строение тела и подростковую худобу. Края ран, в которых находились ранее пластины, затянулись, но ещё не зажили. Это лишь вопрос времени.
Тони, чтобы не молчать, решил прикоснуться ниже этих мест, чтобы прокомментировать свои действия.
— Раны уже почти затянулись, но синяки точно останутся на часов так пять. Спасибо регенерации, она снова тебя спасает.
Неожиданно для Питера Старк повел кончиками пальцев выше, обвел углы выступающих лопаток и продолжил комментировать.
— Здесь остались мелкие линии шрамов.
Касания вызвали мурашки по всему телу, волоски на руках встали, так же как при реакции на опасность, но паучье чутье молчало. Питер зажмурился и сел так, чтобы реакция его тела была как можно меньше заметна Старку.
Хотелось сказать: «Пожалуйста, сделайте так ещё раз», но парень держал язык за зубами и даже не подозревал, что Тони провоцирует его.
Старк входил во вкус. Его вечной проблемой по жизни часто было неумение остановиться, когда он загорался интересом к чему-либо. Сейчас этим интересом стал Питер.
— Зигзаг у позвоночника, — Тони повел ладонь вниз, иногда обрисовывая выступающие позвонки. — Кто тебе его оставил?
Питер задыхался от ощущений. Голос Старка, его пальцы на обнаженной коже… тело отзывалось на малейший контакт.
«Я не могу терпеть»
Парень чувствовал, как дрожь неконтролируемо проходила по всему телу и особенно отзывалась в местах, где прикасался Тони. Это выдавало его, но он держался. Дыхание сбилось, стало более редким и глубоким. Он чуть сильнее сжал несчастную столешницу и позволил себе ещё раз шумно выдохнуть. У него уже стоял. Член натянул плотную ткань костюма и требовал к себе внимания.
— Мистер Старк, — звук «а» он все же протянул чуть больше, чем было нужно.
И Тони представил, что бы было, если бы он провел эту же линию не пальцами, а языком. Горячим дыханием опалил бы спину, заставил бы поежиться от ощущений.
Эта игра была проиграна, и он признался себе в том, что до зубного скрежета хочет подростка. Подростка, которому ещё едва исполнилось семнадцать.
— Тебе не нравится, малыш? — Тони впервые назвал его так, а не по имени, и Питер был готов продать душу, чтобы слышать это обращение к себе с такой интонацией. — Это приятнее, чем то приключение с однокурсником?
Не то чтобы Старк ревновал. Хотя, да. Он не хотел чтобы до Питера дотрагивался кто-то ещё, особенно какой-то мальчишка с параллели.
Тони провел кончиками пальцев вниз, едва надавил на поясницу, и Паркер отпустил себя. Он застонал, прогнулся в спине, поддаваясь ладоням Старка, желая получить прикосновение целиком, забрать его без остатка, и почувствовал, как Тони специально провел руками, по всей его спине, доводя до исступления.
Встретившись глазами с Питером, Старк прочел в его глазах наслаждение наряду с безумием и невозможностью терпеть переполняющие его эмоции.
— Давай, Питер, кончи для меня.
Питер раскраснелся от эмоций, сдержано постанывал и полностью отдался рукам Старка. Он отзывался на каждое движение, и тут Тони переместил руки с его спины на живот.
«Я вижу что ты на грани, что умираешь от этого желания».
— Уверен, что ты можешь сделать это без лишней стимуляции, — мужчина обвел кубики пресса, задел солнечное сплетение, прикоснулся к стоящим соскам и услышал долгожданный протяжный стон удовольствия.
Питер прогнулся в спине, уходя от приносящих ласку прикосновений, и кончил.
Парень закрыл глаза на несколько секунд. В ушах звенело от выплеснутого напряжения, во рту пересохло, а в мыслях было пусто. Он получил того чего хотел. Того, кого хотел. Правда не совсем так, как хотел, но ведь у них же ещё будет время, да? Или это конец?
— Тони? — он позвал, не открывая глаз. Не хотел увидеть, что Старк его так и оставит здесь — с промокшим от спермы костюмом и лёгким чувством неполноценности, возникшим из-за того, что он даже не прикоснулся к мужчине за все это время.
Тони поймал себя на мысли, что он любовался Питером. Подрагивающие ресницы парня успокаивались, напряжение отходило. Выпирающие ключицы манили к себе, просили, чтобы он обвел их очертания губами, но Старк не смел этого сделать. А если мальчишка не воспринимал все всерьез?
«Это был его первый недосексуальный опыт, поэтому он был так возбужден, Старк, отстань он невинного ребенка. Хорошо, хоть не осквернил. Почти».
Только сейчас Тони почувствовал, как сильно давит вставший член на грубую ткань штанов. Нет. Он не может взять то, что хочет. Это ненормально, хоть и необходимо. Парень должен сам созреть до таких решений.
— Тони, поцелуй меня? Пожалуйста, мистер Старк, — просит Питер, понимая, что Тони, наверное, впервые за всю свою жизнь в чем-то сомневается. — Мне это нужно. Я хочу вас. И…
«Люблю» — хотел продолжить было Питер, но Тони ему не дал, накрыв его губы в поцелуе. Обратного пути уже не было.
Старк знал, что не станет переходить границы дозволенного без разрешения Питера. Не так скоро. Им обоим нужно еще много с чем разобраться.
А все начиналось с невинных касаний…