Дэрила все еще лихорадит. Рокси в его клетке, он это чувствует, чувствует как она садится с ним рядом, но глаз открыть не может.

— Я все усёк, я тебя понимаю, — хочет убедить ее в чем-то Диксон, но девушка и не спорит, ложится рядом и утыкается лицом ему в плечо.

— Теперь останешься? — Вновь спрашивает он и на этот раз она кивает и остаётся. Дэрил безмерно счастлив. Это все, что ему нужно. Он обхватывает ее рукой, прижимается теснее и затихает.

***

— Боюсь что он подохнет, разговаривать начал сам с собой. — Дуайт озабоченно высказывает свои опасения доку.

— Нет, — тот вертит головой, — мы успели. Хотя еще бы пара часов и все. Такие, как он, в неволе не живут.

— Лучше, что бы ты оказался не прав, — Дуайт докуривает и тушит сигарету. — Ниган не намерен его отпускать.

========== Часть 8 ==========

Он тянется к Рокси, но она уклоняется от поцелуя, обходит томящиеся губы, теплые и сладкие. Нет, Рокси отстраняется, отводит его тянущуюся к ней руку и встает.

— Прости, — вот и все, что скажет она выходя.

Девушка не хочет продолжения, она в озарении того, что принадлежать этому человеку не должна. Это не то. Его власть везде, хорошо. И плохо. Слишком много власти портит людей. Всех. Плохих, хороших и никаких. А сейчас так сложно найти хороших… Он садится, застегивается, смотря на закрывающуюся после Рокси дверь. На столике осталась ее заколка. Теперь она не покидает его карман уже почти пару месяцев.

***

Мэри успевает успевает остановить многих, но не всех; бежать вот так, сломя голову, нельзя. В сумерках легко наткнешься на свои же заградительные барьеры, сломаешь ноги упав в канал, вырытый в обвод их лагеря.

В суматохе она пытается двигаться быстрее, но это не сильно у неё получается — нога-то была серьезно травмирована. Кто-то толкает Алекса и тот мыча падает, с координацией движений не совсем все хорошо, он встал пару часов назад сам за много, много времени. Мэри расставляет приоритеты и поднимает его. Он — ее оружие. Он, умерший, но выживший. Он, столько дней бродивший за границей безумия и — вернувшийся чтобы мстить. Женщина тянет его за собой, сквозь мечущихся людей, даже толкает кого-то, вставшего у неё на пути. Едва забирается в свою палатку так сразу же снова кричит. Кроме детей, их общих детей, ушел ещё кое-кто. У Мэри подкашиваются ноги — Гарет сидит перед ней, с разрезанной от уха до уха шеей, застывший в молчании. У неё не хватает воздуха, и вставший позади Алекс теперь только мешает. Она, сдерживаясь чтобы только не бросится на него, отодвигает мужчину и падая, на коленях отползает подальше, где ее тошнит не успевшей переварится сырой бельчатиной.

***

«Все могут жить в неволе, что он несёт?!» — думает Дуайт, машинально прикуривая новую сигарету. Док оставил его одного, Дуайт трепаться не любит. Он ушёл на крышу, отсюда видать всю территорию Святилища, видать все вокруг. Сюда Спаситель забрался не просто так, а подумать, сейчас его кое-что волнует. Не так давно он заприметил сверху несколько крупных стай ходячих. Все бы ничего, теперь мертвецов гораздо больше, чем выживших, но именно эти две группы донельзя странные. Будто что-то их сдерживает от того, чтобы разбрестись по свету, распасться, далее влиться в новую группу и так далее, мигрировать, пока их жизненный цикл не завершится повторной смертью или не завершится вовсе. Своими опасениями он бы поделился с Саймоном, но Саймон съехал немного, так что не стоит. А Ниган… ну нет, с Ниганом он теперь старается проводить как можно меньше времени, и произносить в его присутствии как можно меньше слов. Группа мертвецов распадётся, пройдёт время, как по-другому? Почему только они не уходят с определенного места?

***

Дэрил просыпается, но понять где он, не может. Ветер воет в рассохшихся досках крыши и он лишь может догадываться что они с Рокси теперь уже добрались до старого амбара на краю леса. Она где-то там, внизу, а он полез чинить крышу. Он таким никогда не занимался в жизни, теперь под ногтями грязь, пальцы и ладони в занозах, а нос совсем сгорел, больно даже дышать, не то что сморкаться. Диксон смотрит на свои руки, они трясутся. Рокси что-то роняет внизу, негромко вскрикивает, но молчит когда он окликает ее, и мужчина хмурится, все зовет ее по-имени и, наконец, не выдерживает, лезет вниз — посмотреть что же все-таки случилось. На спуске падает с кривой самодельной лестницы, и потом резко просыпается.

— Ты кого это звал? — Произносит Дуайт встревоженно рядом.

— На хер иди. — Вот и все что Диксон ему ответит.

Ему показалось, успокаивает Дуайт себя, не может ведь этот новенький ее знать? Она сбежала гораздо раньше, чем Саймон в лесу встретил группу Рика Граймса.

***

Дэрил уже идёт на поправку, и Ниган счастлив. Счастливый Ниган — живой Дуайт. Правда ему теперь приходится делать очень скучающий и унылый вид, едва их предводитель вступает в каморку пленника — Нигану бы не понравилось что сопровождающий его Дуайт по-человечески обеспокоен за захваченного и заболевшего мужчину. Ниган Диксона воспринимает на манер опасного дикого животного, чей характер требует серьезной коррекции, и лишь только этот характер будет исправлен и животным все новое будет усвоено, он потеряет к нему интерес и, скорее всего, распнет на воротах Святилища, прецеденты бывали. Вставать на пути у Нигана — не самая лучшая идея если планируешь выживать и дальше.

***

Люди из Терминуса вытаскивают своих, кому совсем не повезло этим вечером, из своих же ловушек. Ослеплённые яростью и желанием мстить они бросились вслед за исчезнувшим противником, маленькой женщиной, что принесла столько горя, и сгинули ни за что.

Гарета больше нет, Мэри утерев слезы выступает перед собравшейся толпой. Она зовёт их ответить на выпад противника, зовёт мстить за все, мстить за то, что случилось, и за то, чего уже никогда не случится. Не вырастут их дети, Гарета они больше никогда не увидят. С ней все согласны. Алекс, как талисман, стоит с ней рядом, не зря она его тогда из горящего Терминуса вытащила. Не зря, отбиваясь от ходячих, с ногой, из которой кровь просто выплескивалась, тащила его подальше в лес, отбивалась палками, ногтями драла ожившую мертвую силу, кожу рвала.

Наскоро все собраны и лучшие из лучших осматривают место выхода противника за пределы лагеря чтобы повести всех вперёд, за местью и к лучшей жизни. Собрать мертвых и вывести их и к Александрии и туда, куда скрылась убийца, самая желанная для всех них цель. Из неё получится отменное блюдо.

***

Сбежавшая девушка портит хорошо обдуманный план, но все ещё можно исправить. Кэрол точно знает что та хромает по-настоящему. Эта сука, конечно, провела ее, притворялась, но и Кэрол уже давно не та, кем раньше была. Кэрол видит следы в лесу, следы в траве, на мху: она все видит. И быстро-быстро идёт по этим следам. О, Дэрил бы ей гордился. Сзади подгоняют толпы переодетых людей из бывшего Терминуса, обросшие настоящими мертвецами, где они только их достали так быстро?! Часть их отделилась не так давно, и они стали настигать женщину быстрее. Куда направилась вторая часть, знать бы? Но Кэрол уже не может останавливаться и проверять, ей нужна Рокси и нужно успеть совершить сделку до того, как Святилище накроет толпа ходячих, под предводительством шепчущих. Интересно, девчонка осознает куда Кэрол ее загоняет? Идет именно туда, куда и нужно…

***

Рокси скидывает ботинки — тащись они с Кэрол все с той же черепашьей скоростью — ещё куда ни шло, но сейчас уж лучше без них. Да и лучше бы она на ноги свои не смотрела — там огромная лопнувшая мозоль исходит, похоже, каким-то гноем. Ну, смешно будет, заразись она и помри от натеревшего пятку ботинка. Глупо. Девушка снимает и закидывает ботинки в кусты, облегченно вздыхает, хотя бы может быстро идти, ноги приятно прохладит вечерняя роса. Позже Рокси, конечно, об этом пожалеет, но сейчас так действительно будет быстрее.