Мамуля проигнорировала цветы и подарки, которые я привезла, а сунула мне номер счёта.
— Вот, сюда отправляй деньги. Мигелю теперь нужны лекарства: у него замедленное развитие и постепенно перестают расти кости. Это какое-то заболевание. В школе сказали, чтобы я срочно собирала на операцию.
— Сколько нужно денег?
— Тебе столько не заработать в одиночку. Найди себе богатого мужчину, желательно поскорее, а там и поговорим.
— Мама, как ты можешь?!
— Ради брата… Разве я многого прошу?
— Я достану деньги сама, в крайнем случае возьму в долг или кредит.
«Кажется, мама настолько слепа деньгами, что больше не видит вариантов и, конечно же, не верит в меня. Почему она всегда так поступает? Мигель поправится, я сделаю всё, что смогу».
— Ты снова не слушаешь мать…
— Мама, у меня нет мужчин! Тем более богатых! Я не так давно обустроилась и живу сама. И мне не нравится никто.
— А мне кажется, что ты просто никому не нужна. С такими, как ты, невозможно ужиться. А если у тебя кто-то и появится, он исчезнет, как только переспит с тобой.
— Мама! Это жестоко! И это не так.
Слова, сказанные самым близким человеком, сейчас были, как никогда, близки к правде, но мне хотелось спорить с этим. Доказывать всем и себе, что это неправда.
— Уже с кем-то было?
— Н-нет.
— Тогда, откуда тебе знать, что я неправа?
— Ты не можешь быть права во всём! Кажется, мы говорили про Мигеля.
— А я наговорилась с тобой! Всё, уезжай домой! Я вообще не понимаю, зачем ты явилась.
— Я приехала, увидеть вас и поздравить тебя…
— Увидела? А теперь на выход! Давай, давай, чего глазами моргаешь? Выметайся! Приехала, без денег, без желания помочь. Только настроение испортила. Зачем я вообще тебя родила? Правильно говорил твой отец, тебе не нужен этот ребёнок.
Пока мама орала на весь дом, я вышла из подъезда и сидела на лавочке.
Возвращаться в дом вообще не хотелось. Мне хотелось как лучше всё сделать, а не вышло даже спокойного разговора.
Позвонила Кате: у неё почему-то недоступно. Позвонила на работу: хотела у Льва Аркадьевича взять отгул ещё на день.
Придумала речь, жду ответа и замираю.
— Алло!
— Валерия Сергеевна? Извините, я просто не туда попала.
— Ты Льву Аркадьевичу в кабинет звонишь, он ушёл за отчётом. Что у тебя?
— Я могу набрать ему позже.
— Нет, не можешь. Отвечай на вопрос.
Она груба ко мне, но сейчас почему-то я этим не расстроена.
— Я хотела бы взять отгул.
— У тебя же выходные?!
— Да, но ещё один день очень нужен…
— Зачем?
«Я не хочу кого-то посвящать в семейные проблемы, тем более её. От меня все чего-то вечно хотят и требуют».
Я молчала и держалась, чтобы не зареветь в трубку.
— Где ты находишься?
— Я ездила к маме.
На слове «мама» голос подкосился, и я уже смотрела на небо, чтобы избежать слёз.
— Запиши мой мобильный и сбрось туда адрес. Кого-нибудь отправлю за тобой.
— Спасибо, вы не обязаны…
— Обязана. Ведь это мой отказ, насчёт отгула.
«Да плевать на отгул, главное, что Валерия сама продиктовала мне свой номер. Она тоже ко мне жестока, но эта жестокость другая. Она заставляет моё сердце замирать».
Просидев на улице до позднего вечера, я поняла, что радовалась зря.
«Никого она не отправит за мной, и я все автобусы упустила… И отгул накрыт медным тазом. Всё как всегда.
Ладно бы я на другом конце города была, так я вообще в пригороде нахожусь. Пешком не вариант, хотя стоит попробовать».
Я, как отчаянная девушка, вышла на трассу и пошла прямо к городу. Пять минут моего пути и передо мной останавливается разбитая «волга».
«Как русский боевик, честное слово».
Бритоголовый парень улыбается мне и предлагает подвезти.
«Ну пиздец. Приплыли».
— Красавица, куда так поздно идёшь? Подбросить?
— Нет, спасибо! Я просто погулять вышла.
— Садись, покатаю хоть. Вместе веселее. Музыку послушаем.
— Я люблю гулять пешком.
— Чего такая неинтересная? — выходит из машины парень и озирается по сторонам.
«Очень далеко виднеются фары, но простая машина же не угроза таким? А вдруг это его приятели? Мамочки… Лера, спаси меня».
— Мне пора.
— Да погоди! — хватает он меня за локоть и больно сжимает руку. — Садись в машину, я тебя не обижу.
— Отпусти меня!
Я отчаянно пытаюсь махать руками и визжать, за что получаю удар по щеке.
Машина медленно сворачивает к нам, и я в ужасе смотрю на это, представляя не самый хороший исход.
Я обратила внимание, что мой мучитель тоже стал вглядываться в машину и, кажется, не узнал её.
Рядом с нами остановился чёрный джип, и оттуда выскочил Марк. Он решительно подошёл к нам:
— Привет, Ванда! Я за тобой. Твой знакомый не против, если я заберу тебя?
Парень отпустил меня и отошёл на безопасное расстояние. Даже «пока» мне сказал. Типа мы, правда, знакомы.
«А откуда Марк знает моё имя? Ему Валерия Сергеевна рассказала?!»
Сели в машину в полной тишине. Я переживала слегка, вдруг он, правда, подумал, что это мой друг или не дай бог парень.
— Мы с этим парнем не знакомы. Он приставал ко мне.
Марк хихикнул и тихо включил музыку в машине:
— Да я так и понял. А почему ты на дороге так поздно стояла? Я к твоему дому ехал.
— Простите, что ушла.
— Со мной на «ты» можно. Ну так?..
— Я думала, что за мной никто на самом деле не приедет.
— И пошла пешком?
— Да.
— Ты серьёзно? Маме рассказать об этом?
— Как хочешь.
— Ты классная девушка. Маме снова фартит. Кстати, она всегда держит слово. Верь ей, но не доверяй. Во всяком случае пока, — улыбнулся Марк, и я увидела это сходство с Валерией. У него точно её улыбка и губы. Всё, что он сказал, умножилось во мне на тысячу эмоций.
«То есть, он знает, что я и Валерия… или предполагает?!
И что значит «снова»?
Я так и знала, у неё вечно куча девушек, поэтому она мне сразу предложила секс.
Это для неё обычно.
И поэтому она так ко мне относится.
Так, мне кажется, мы едем куда-то, чёрт знает куда. Хотя мы в городе».
— Марк?
— Да!
— А куда мы едем?
— Прости, забыл сказать. Мама попросила забросить тебя к ней.
— Куда?
— Домой.
— Сколько же квартир у твоей мамы?
— Да немного. Не запутаешься.
Мы въехали на парковку, и Марк попросил меня идти одной.
Я поднялась на последний этаж, на котором была только одна квартира, и позвонила в дверь.
Валерия открыла практически сразу.
— Привет! Мой сын уехал? — женщина выглянула и проверила отсутствие Марка у меня за спиной.
— Уехал.
— Тогда проходи, — отошла в сторону и позволила зайти в квартиру.
— Вы не разрешаете сыну бывать здесь?
— Ему нечего здесь делать.
Валерия прошла вглубь квартиры и загремела посудой. Я расправилась со своими ботинками и пошла на шум.
Увидев её, стоящую за плитой, я невольно залюбовалась. Она была другой. Не слишком собранной, домашней, в шортах, вместо строгого глухого костюма. И поразило то, что она может там что-то готовить, так как пахло очень вкусно. Я её раньше только за бумажками и представляла.
— Руки помыла?
— Нет.
— Чего же ты ждёшь? Иди мой.
На какое-то время я почувствовала себя слишком комфортно. Мне была приятна её забота обо мне, если это была действительно забота.
Я вернулась из ванной, а на столе меня ждали горячий шоколад и только что испечённые мягкие вафли.
— Пока ешь, рассказывай.
Валерия села напротив и с прищуром наблюдала за мной.
— Да нечего рассказывать особо. Просто мама как всегда.
«Очень и очень вкусные вафли. Она же это для меня старалась их печь?!»
— А как всегда?
— Находит в чём обвинить всех вокруг.
— Но ты ведь в порядке?
— Думаю, уже да!
— Думаешь?
— Уверена.
Я вызвала улыбку на лице напротив. «Приятно её видеть».