— Милорд!
Солдаты сначала попытались атаковать белого ходока, но, увидев бесполезность попыток и потеряв нескольких убитыми, в нерешительности отошли.
— Вы бросаете своего лорда? — свирепо крикнула Алис Карстарк. — Рамси Болтон с вас кожу сдерёт за такое, трусы!
С этими словами она натянула лук и послала стрелу из драконьего стекла в монстра. Попасть ей не удалось, но монстр отвлёкся от Неда Амбера и развернулся к ней, парой шагов покрыв отделявшее их расстояние.
— Нет… — Алис сразу сжалась в комочек от страха, когда Иной вырвал у неё из рук лук и занёс ледяное копьё, чтобы прикончить её.
Неожиданно он страшно зашипел и развалился на осколки. Тут же рухнули находившиеся рядом вихты.
— Кажется, я вовремя, — усмехнулась Арья, взмахнув глефой. — Вставай, девочка. Мертвецы не ждут.
Алис кивнула, поднимаясь на ноги.
— Они прорвались в крепость, — мрачно сказала она.
— Значит, надо убить как можно больше Иных и очистить замок от них, — спокойно сказала Арья. — Собирай людей. И берегите катапульты. Я займусь Иными, а вы дальше держите оборону.
Первые беженцы встретились им ещё у Кровавых Врат. Сотни женщин и стариков смотрели на войско Рамси и Дейенерис с надеждой, казалось бы, до этого полностью утраченной.
— Эти люди лишились крова из-за живых мертвецов, — заметил Мизинец. — В Долине они найдут убежище, но мы должны сразить врага.
— Я побеждала всех врагов до сих пор, — спокойно сказала королева Дейенерис. — Я верю, что и на сей раз мы справимся, лорд Бейлиш. Что Вы можете нам рассказать об этом противнике?
— Только слухи, — пожал плечами Мизинец. — Говорят, что их не берёт ничто, кроме огня, драконьего стекла и валирийской стали. У нас в армии мало всего этого… ну, кроме огня, — он неловко улыбнулся королеве. — И их очень много.
— Всадник, Ваша милость! — к Дейенерис и Рамси подъехал лорд Мандерли.
— Что ещё за всадник? — нахмурился Рамси.
— Он едет из Простора, — сказал старый лорд. — Его зовут Сэмвелл Тарли, и он говорит, что может помочь против Иных.
— Это уже интересно, — заметила королева. — Приведите его сюда.
Когда толстяк предстал перед глазами Дейенерис и Рамси, последний не смог сдержать улыбку. Сэмвелл выглядел совершенно безобидным и неуклюжим. Меньше всего можно было подумать, что он в состоянии кого-то убить или как-то помочь против могущественного врага. Лицо же Дейенерис было непроницаемо.
— Лорд Тарли, — произнесла королева. — Что за весть Вы нам несёте?
— Вряд ли меня можно назвать лордом, — сбивчиво проговорил Сэмвелл. — Мой отец отправил меня в Ночной Дозор, а оттуда я попал в Цитадель. Там я много чего прочёл, Ваша милость… в том числе про врага, который всем угрожает.
— Ваш отец — лорд Рэндилл Тарли? — лениво спросил Рамси.
Сэмвелл кивнул.
— Мы всегда не очень ладили, — вздохнул толстяк. — Боюсь, он предпочитал мне моего младшего брата Дикона. Впрочем, я не в обиде.
Дейенерис тяжело посмотрела на Рамси и покачала головой, увидев, что тот уже готов что-то сказать Сэмвеллу.
— Вы говорили что-то про борьбу с Иными, — улыбнулась королева. — Что Вы можете нам поведать?
— То, что их берут только огонь, драконье стекло и валирийская сталь, — начал Сэмвелл. — И ещё…
— Мы это знаем, — улыбнулась Дейенерис. — Что-то ещё?
— Да, — кивнул бывший дозорный. — Мертвецов возрождают к жизни Иные. Главные мертвецы. Если убить Иного, падут и те, кого он поднял.
— Значит, армии надо будет обеспечивать доступ к этим главным мертвецам, — задумчиво произнёс Рамси. — Или же драконы могут поджарить их. А откуда взялись вообще эти главные мертвецы? Их тоже кто-то оживил?
— Никто не знает, — пожал плечами Сэмвелл Тарли. — Хотя они и похожи на людей, если верить рисункам…
— У всех должен быть король, — заметила Дейенерис. — И у мёртвых, возможно, тоже.
— Легенды говорят о Короле Ночи, — задумчиво сказал Сэмвелл. — Возможно…
— …его сокрушит королева людей, — с улыбкой закончил Рамси.
Сэмвелл низко поклонился.
— Ваша милость, позволите мне быть здесь и помогать? — спросил он. — Пока мой отец — лорд Рогова Холма, мне вряд ли стоит там появляться…
— Больше нет, — бесстрастно сказала королева.
— Но… он…
— Лорд Рэндилл Тарли сражался на стороне Серсеи Ланнистер, изменив своему Хранителю Юга — Оленне Тирелл. Он отказался раскаяться в своих преступлениях и преклонить колено и был казнён.
Рамси ободряюще улыбнулся Сэмвеллу, но тот не спешил радоваться смерти нелюбимого отца. На лице толстяка появилось смятение.
— Тогда я могу вернуться, — робко произнёс он. — Мой брат примет меня…
— Ваш брат пожелал умереть вместе с отцом, — всё так же бесстрастно произнесла Дейенерис. — Теперь Вы наследник Простора.
— И это замечательно! — жизнерадостно воскликнул Рамси, в то время как губы Сэмвелла задрожали, и на его глазах выступили слёзы. — Простору нужен добродетельный, лояльный нам грандлорд. А не эти изменники, относившиеся к своему ближайшему родичу как к собаке. Хотя вру! Я к своим собакам отношусь куда лучше, — Рамси весело хохотнул над своей шуткой.
— Я… мне… — прошептал Сэмвелл, тихо всхлипывая. — Ваша милость… позвольте я пойду.
Дейенерис кивнула толстяку. На её лице было сожаление, но она не знала, как успокоить толстяка. Тот обвёл их с Рамси ненавидящим взглядом заплаканных глаз и развернулся.
— Проследите за ним, — шепнул Рамси своим солдатам. — Когда он останется один — утащите в укромное место, сдерите кожу и сожгите. Он не должен уйти от нас живым.
— Возможно, я была неправа, — вздохнула Дейенерис тем же вечером, сидя рядом с Рамси в своём шатре. — Я казнила его семью, и он теперь нас ненавидит.
— Уверен, он нам не навредит, — улыбнулся Рамси. — В любом случае, моя королева, мы не можем быть милосердными ко всем. Милосердие — удел слабых.
— Я теперь оставила только что завоёванный Железный Трон, — сказала Дейенерис. — Мы собрали войско, в том числе из бывших людей Серсеи. Но все эти лорды… они ненавидят нас. Они могут обратиться против нас, когда мы пересечём Перешеек.
— Не посмеют, — уверенно сказал Рамси. — Во-первых, мы многих взяли с собой. А во-вторых, они боятся. Ненавидят — да, они всегда ненавидят тех, кто сильнее их. Но они боятся. После нашего триумфа в Королевской Гавани они не посмеют поднять головы.
— Ты думаешь…
— …Эйгона Завоевателя тоже не столько любили, сколько боялись, — сказал Рамси. — Правда же в том, что у королевы должна быть одна опора. А у Вас их даже несколько, моя королева. И если Безупречные — это чужие здесь люди, то Север — Ваш. И это искренне.
— Северяне храбро сражались под Королевской Гаванью, — кивнула Дейенерис.
— Север — это я, — сказал Рамси. — Огнём и мечом я навёл порядок в самом большом и северном из Семи Королевств. Меня там тоже не все любят. Но меня боятся и считают законным правителем Севера. Те, кто считал иначе, мертвы. Теперь Север — это я. Подобно тому, как все Семь Королевств — это Вы.
— Север — это я, — вспыхнула Дейенерис, глядя Рамси в глаза. — Как и остальные королевства Вестероса. Ты Хранитель Севера, но королева здесь я.
Рамси не отвёл взгляд. Его завораживала властность этой женщины. И ему нравилось дразнить её. Более того, он точно знал, что именно этого она и хочет.
— Север — это я, — с нажимом повторил Рамси. — Они слушаются меня. Они верные. Север — это я. А я — это ты. Я принёс к твоим ногам Север — вместе с самим собой.
— Ты — это я, — ноздри Дейенерис расширились, она пожирала своего супруга взглядом. — Я приказываю, и ты повинуешься. И Север повинуется вместе с тобой.
— Мы, северяне, верные, — повторил Рамси. — Для меня счастье — повиноваться моей королеве.
— В таком случае, — томно вздохнув, произнесла Дейенерис, — я приказываю тебе быть моим мужем. Здесь и сейчас.
— Да, моя королева, — простонал Рамси, приближаясь к её губам и освобождая себя и её от одежды. — Да…