<p>
А если на работе, то чем занимается?</p>
<p>
Тем паче, что Гума принёс в свою кандейку чайник, собственную банку кофе, ну и всё, что к этому прилагается. А то, ишь, всякие там кременки, да лучерские попрекать, в последнее время, его вздумали….</p>
<p>
И, чем чёрт не шутит- со временем, не только телек и видак организует, но и мягкую мебель приволокёт.</p>
<p>
И будет рабооотать…</p>
<p>
Пока же, он вынырнул из небытия и подсел к Вису с Вовкой –Толстым.</p>
<p>
Помолчал.</p>
<p>
Традиционно, выдержал паузу, по-улыбался многозначительно и произнёс, наконец-то:</p>
<p>
- В отношении ПальцОв, поступили правильно…, - слова «короче» и «ситуация» решил опустить, - Действовали грамотно… Молодцы! И спасибо, что меня не подставили – ПальцЫ мне ещё, ох как пригодятся...</p>
<p>
- « Зато ты, сучара, нас подставил» - чуть было не вырвалось у Виса. Они с Толстым переглянулись и стало вполне очевидным, что и тот придерживается такого же мнения.</p>
<p>
Гума сделал вид, что неудовольствие подчинённых не заметил и, понимая, что если ещё немного здесь посидит, то нарвётся на диалог, весьма, нелицеприятный. Для этого достаточно было глянуть на Агасферова, лицо и взгляд которого никогда не скрывали отрицательные эмоции. И если они ещё на язык его выплывут…</p>
<p>
Ладно, пора показаться в казино, а то 20% легко сегодня могут превратиться в 50%, а гнев подчинённых он , как-нибудь переживёт. Приблизительно с такими мыслями, шеф охраны оторвал свою корму от дивана и побрёл в знакомом направлении.</p>
<p>
Тут же, его место занял музыкант Сестричкин, что по случаю мини антракта, вышел покурить. Может, специально дожидался, когда Гуманоид слиняет – уж больно они не любили друг друга. Особенно после того, как стало известно о Гуминых вокальных уроках, о коих, так опрометчиво, проболтался Сашка.</p>
<p>
- Ууууу, какое наслаждение я сегодня получил, - начал он без всяких предисловий, выпуская из отверстий лика своего струи табачного дыма.</p>
<p>
- Никак, трахнуть кого успел? – съязвил Агасферов.</p>
<p>
- Неее, то удовольствие, что получаешь от вида ПальцОв, ткнутых мордой в пол, даже с сексом не сопостовимо.</p>
<p>
- Хочешь сказать, что тебе и бабы не надо, лишь бы каждый день лицезреть битые хари МальцОв?</p>
<p>
- Не знаю! Месячишко, по крайней мере, или даже пол года, точно б вытерпел. А там, глядишь, они и подохли бы.</p>
<p>
- Дддобрый ты, Саня, - отозвался Толстый.</p>
<p>
- Будешь тут «добрым», когда эти скоты так достали. На хера их пускают? Прибыли – никакой, а проблемы с ними – постоянно.</p>
<p>
- Это ты у кента, с кем петь дуэтом собрался, поинтересуйся – он тебе полностью расклад даст</p>
<p>
- У Гуманоида, что ли? Так я знаю, что это его корефаны… Его б самого куда деть?</p>
<p>
- Устрой в филармонию – не унимался Вис.</p>
<p>
- Надо подумать. Пусть ещё маленько поучится…</p>
<p>
- Сань, тебя там ищут, - из темноты зала показался . опившийся кофе, швейцар Вовка, - Чё-то заказать хотят…</p>
<p>
- А где Витёк? Он же знает, где я</p>
<p>
- Он меня и попросил тебе об этом сказать.</p>
<p>
- Ладно, мужики, я пошёл – не очень-то нас сегодня башляют…</p>
<p>
- Так вам и надо, раз не берёте Женьку в свою команду, - опять встрял Вис, принципиально не называвший по кликухам людей, с которыми приходится вместе работать или тесно общаться.</p>
<p>
Сестричкин только улыбнулся в ответ.</p>
<p>
После этого, заказов больше не последовало. И не только Сестричкину, но и официантам и бармену. Народ, как-то быстро свернулся, заторопился и исчез. Шалупонь, ещё до конфликта с ПальцАми рассосалась. Заведение , как-то, мгновенно опустело, а до закрытия ещё почти два часа.</p>
<p>
Кустин со свитой вышли, побродили, посмотрели и вынесли вердикт: если в течении часа никто не заявится – закрываемся.</p>
<p>
Новость работники «Араны» встретили без энтузиазма, ибо знали, что, по закону подлости, в последнюю минуту прнесёт нелёгкая какого-нибудь залётного и будет он сидеть цедить бутылку пива до закрытия. И прибыли никакой, и не выгонишь гада, и настроение испорчено. А что, именно, всё так и будет, сомнений не было ни каких: уж где, где, а в игровом бизнесе этот злополучный закон процветал просто.</p>
<p>
Но, как бы там не было, в слух роптать никто не стал, а уселись коротать время, в надежде на лучшее.</p>
<p>
Минут пятнадцать-двадцать прошло, как раздался стук в дверь. Все, кто сидел в фойе, переглянулись и тяжко вздохнули – мол, а чего ещё было ожидать?</p>
<p>
Швейцара, не за долго, потянуло в туалет и Виссариону с Толстым ничего не оставалось, как встать и пойти открывать дверь. Но, как всегда, открыли «кормушку» для приёма билетов. В неё просунулась чья-то худая, грязная рука со сжатым кусочком бумаги – это всё, что стало с билетом за считанные секунды. Взяв его брезгливо двумя пальцами, Вис хотел полюбопытствовать, что за особь к ним пожаловала? Особь показалась сама, засунув голову свою в «кормушку». Особь была женского пола.</p>
