<p style="margin-left:20.75pt;">
Появился, наконец, и Жека, как будь-то специально приурочивший своё явление в столь солидной компании. Он был, почему-то, бледен, не смотря на морозец на улице и из под шапки, под подбородком, проходила какая-то белая верёвочка. Он, молча, со всеми поздоровался и, сразу же, попёрся в свою кондейку, где умудрился пробыть очень долго.</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
«Медитирует» - решили охранники.</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
А что?</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
Солдат спит –служба идёт, а Жека медитирует – рабочее время идёт, всё в полном соответствии. Дело страдает? Да стоит ли придавать значение таким пустякам?</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
Как бы там не было, Араксенко, предъявил себя подчинённым, наконец, а то утомились в ожидании бедолаги.</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
И так-то, из-за своей несуразной внешности, порой, вызывал улыбку у окружающих, а тут, вообще… </p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
Нарисовался наш «герой» перед публикой с огромным белым тампоном на самой макушке своей «тыквы», подвязанным нелепо под самым подбородком и выражением лица страдающей рептилии.
Зрелище –ещё то!</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
Так в цирке некоторые клоуны приделывают себе большой нос, а в качестве головного убора используют маленький колпачок, который, дабы не свалился, крепят верёвочкой под подбородком.</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
Нос подставлять Женьке было без надобности – он итак у него большой, а вот тампон, как раз, и выглядел тем самым белым клоунским колпачком. То есть, захоти Араксенко специально кого-нибудь рассмешить таким образом, у него лучше бы и не получилось. Стоит ли говорить о том, что даже охрана не удержалась и прыснула со смеху от увиденного – этак экзотично себя принарядить…</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
Да ты талантище, шеф!</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
- Фули ржёте, придурки? – страдальчески поморщился Женька.</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
Ответить ему не успели, т.к. из бара опять вывалился Кременок и, заметив Жеку, заорал:</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
- Во, плять! Я ему названиваю, Лидка говорит, что уехал давно… Я говорю ей, что -ни хера, нет его здесь, а он – вот он! Ты где шароёпишься, сукин сын? Не знаешь, что за день сегодня? Я тебе не говорил приехать по-раньше?</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
- Ой, Серёга, не ори, а… Мне, итак, херво!</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
- Херово ему, видите ли! Ты чё вырядился, как клоун в цирке? С плуговской шоблой собрался сегодня выступать?</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
- Плять!- страдальчески сморщился Женька,- Иди ты, Серёга…</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
Но пошёл сам, а не Серёга.</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
Пошёл в сторону ресторанного зала, чтоб раствориться во мраке его. Но оттуда вынырнул Кустин и, столкнувшись, нос к носу, с Араксенко, радостно произнёс:</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
- О, Женька! Привет! Чё с тобой? – и не дожидаясь ответа, выпалил, -Там , по телевизору, цирк показывают… Так один клоун в колпачке, ну вылитый ты, Жека!</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
Тут уж сдержаться было совершенно невозможно: и охранники, и Кременок, и Кустин - ржали все, как сумасшедшие, на столько единая была оценка образа начальника охраны казино.</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
Бедный Женька, только, в отчаянии, махнул рукой и удалился в глубь зала. В самом деле, ну не драться же со всеми сразу, да ещё с больной головой! Скрыться, срочно скрыться от этих долбогрёбов в спасительном мраке и до утра не показываться на глаза. А там…</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
Если бы он знал, бедолага, какой удар ждёт его через несколько секунд, то все насмешки этих недоумков ему бы показались цветочками. Ягодками же было то, что он столкнулся возле входа на кухню с Иркой-Окорочком и та, зараза, аж пустой поднос уронила, увидев Женьку в новом обличии и, прижав руки к щекам, захохотала. Хохот её был так силён, что слёзы выступили из глаз. Более того, от хохота с ней чуть истерика не случилась, на столько неудержимо было её веселье. И плевать, что это привлекло внимание других официантов! И плевать, что и они, мерзавцы, не удержались от смеха! Главное – как она-то могла с ним так поступить, его любимая женщина!!! Нет, чтоб приласкать, утешить, успокоить, так она ещё и … Нет, это, просто, невыносимо! Что за день такой! Да будь он трижды проклят! И Женька поспешил , срочно, ретироваться. С глаз долой!</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
Но, куда?</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
В игровой зал?</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
Там- посетители, там – крупье, там стать посмешищем ещё проще, чем среди коллег в фойе. Так, всё-таки, куда? Да, опять же в кондейку! Только бы из администрации ни на кого не напороться. И, срочно, с кем-то надо обсудить всё случившееся, иначе его рассудок не выдержит.</p>
<p style="margin-left:20.75pt;">
С кем, именно, обсудить - вопрос перед ним, почему-то, не стоял. С Виссарионом – с кем ещё больше! И почему, именно, Виссарион был для Женьки объектом для исповеди – он не мог сам себе объяснить как будь-то бывший сослуживец не ржал вместе со всеми над ним. Всё, решено, надо курс держать на кондейку и, только, на кондейку – там спасение, там ждёт утешение в лице негодяя Виссариона.</p>
