Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Балек бросился вперед, сделал стремительный обманный финт, перехитрив Худа, и прежде чем тот успел отреагировать, взмахнул головой. Хрящеобразный клюв со страшной силой ударил Худа в грудь. Однако руки Балека скользнули по смазке, покрывавшей тело Худа, и тот отлетел назад, потом с трудом поднялся.

Балек двигался с ужасающей скоростью, описывая вокруг него круги, и прежде чем Худ успел повернуться, снова напал, обхватил руками, ударил клювом в грудь - и все повторилось снова.

Худ снова выскользнул из захвата. Какая-то странная получалась схватка. Теперь Худу оставалось только благодарить Бога за вонючую смазку, теперь она его спасала - Балек не мог удержать захват. Стерпев ещё один удар, Худ левой рукой схватил Балека за волосы, отогнул его голову назад и двинул длинной дужкой замка в лицо. Дужка скользнула по кости и угодила в глаз.

Балек душераздирающе завизжал. Худ понимал, что одного удара мало, но окончательно лишился сил. Балек зажал рукой лицо. Казалось, рана сразу же нарушила его координацию. Худ сцепил руки у него на шее, и Балек захрипел. Худ стиснул зубы, нажал, потом рванул - и сломал ему шею. Длинное худое тело вздрогнуло - и застыло.

Отпустив его, Худ какое-то время стоял неподвижно, с трудом переводя дыхание. Длинная дужка замка осталась у него в руках, заметив это, он с отвращением её отбросил. Тошноты подкатывала под горло, он двинулся прочь, чувствуя, как холодный липкий пот выступил на лбу и на руках. Пришлось прислониться к стене. Только почувствовав себя немного лучше, Худ обошел дом, выбил маленькое окошко гаража и забрался внутрь.

"Мерседес" оставался там. Он разыскал на верстаке инструменты и с их помощью распахнул ворота. Потом соскреб с кожи большую часть вонючей гадости, смыл остальное бензином и ветошью и натянул висевший в углу комбинезон. На плечах тот затрещал и лопнул, рукава доставали только до локтей, но все же это лучше, чем ничего.

Забравшись в "мерседес", Худ неожиданно упал и решил, что сейчас потеряет сознание. Некоторое время пришлось полежать навзничь, лицо его сделалось мертвенно - бледным, руки дрожали; потом постепенно все прошло и через некоторое время он смог сесть. Худ вытер ледяные губы, вцепился в руль и вывел машину наружу.

В сторожке было пусто. Худ распахнул ворота и вывел машину за ограду. Подумав секунду, он снова захлопнул ворота, любопытство полиции не пойдет на пользу делу.

Потом, захлопнув дверцу "мерседеса", он покатил в сторону Беллуно.

Глава 10

На Большом Канале гудел моторный катер. Худ долго отмокал в ванне. Казалось, никогда ему не удастся отмыть отвратительный запах тухлого жира, и тем более никогда не выбросить из памяти схваток с Балеком и женой сторожа. Этим поздним утром он чувствовал себя совершенно измочаленным. Но накануне вечером, добравшись до Венеции, он уже многое успел.

Прежде всего послал Кондеру длинное донесение, в котором описал всю ситуацию. Потом посовещался с Артуром Граффом. Вместе они решили послать в Беллуно доверенного человека, чтобы тот попытался что-то выяснить. Графф немедленно активизировал все свои контакты, чтобы выяснить, нет ли известий о Тиаре или других женщинах, которых видел Худ и которые вряд ли могли исчезнуть бесследно.

Графф чувствовал себя ужасно неудобно. Худ понимал, что Загора остается где-то поблизости и непременно появится. В любом случае, они не могли ничего предпринять, не нащупав хоть какой-то ниточки.

Потом Худ послал за врачом. На шею пришлось наложить три шва, гриф здорово распорол кожу на черепе, в остальном все оказалось не так уж плохо. Худ купил новый пистолет, затем Графф организовал ему встречу с доктором Мартино, местным врачом, много работавшим на Востоке и разбиравшимся в тропической медицине.

Доктор Мартино оказался симпатичным блондином - пьемонтцем лет под сорок, весьма культурным и любезным. Потолок его приемной украшала фреска работы Тьеполо.

- Смеющаяся смерть? - переспросил Мартино, когда Худ объяснил, что его интересует. - Вы имеете в виду куру? Это очень таинственная болезнь. Понимаете, её впервые описали каких-то десять лет назад. Обнаружили её в Новой Гвинее, высоко в горах. Одна из странностей состоит в том, что встречается она главным образом в племени форе. Их всего 35 000 человек, живут они на территории примерно в тысячу квадратных миль. Из посторонних туда попадают только соседи из других племен - путем женитьбы. Но сейчас эта болезнь начала распространяться и за пределы этого района.

- В первую очередь болезнь поражает женщин и детей, хотя и не только их, и действует на то, что мы называем вазомоторной координацией. Заболевшие женщины начинают ходить удивительно неуклюжей походкой, у них нарушается координация движений. Потом начинается дрожь, их начинает трясти - слово "куру" означает дрожь - и если они возбуждены, дрожь становится ещё сильнее. Когда такая дрожь становится хронической, бесконечное возбуждение приводит к тому, что люди начинают дико смеяться. Это явление было описано как "безумный смех", отсюда и пошло название. Обычно жертва умирает в течение года.

- Болезнь всегда приводит к смерти? - поинтересовался Худ.

- Она чрезвычайно опасна. Выздоравливает меньше десяти процентов больных. Странно, что многие из тех, кого считали безнадежными, неожиданно выздоравливали, буквально за несколько часов. Считается, что это из-за того, что они подражают настоящему синдрому куру. Вы ведь знаете, подражание - очень мощная сила; даже обычный смех может стать необычайно заразительным, вот и получается, что этот болезненный смех заставляет некоторых подражать ему, или если хотите, "заражаться" им даже в большей степени, чем обычный. Но по-настоящему эти люди не больны и потому так внезапно "поправляются".

- Но в чем же причина болезни?

- Пока это остается тайной. Поражается центральная нервная система. Похоже, чтобы ею заразиться, достаточно пожить в том районе Новой Гвинеи, где распространена куру, или иметь местные гены. Но вполне возможно, что куру распространяется вирусом или ещё какой-нибудь инфекцией.

- Другими словами, - сказал Худ, - если у вас есть гены куру, то вирус начинает действовать, у вас развивается болезнь или вы переносите её дальше?

- Что-то в этом роде.

Худ немного подумал.

- Думаю, женщина с геном куру становится очень зависимой от других?

- Да, конечно, необычайно зависимой. Некоторые вожди Новой Гвинеи использовали это обстоятельство, чтобы расправиться с врагами, а остальных полностью подчинить себе. Никто не знает, как они это делают, как сводят на нет силу воли.

- И в конце концов жертва смеется, пока не умрет?

- Внешне это выглядит именно так.

Пока этого было вполне достаточно. Худ вернулся в отель пешком, думая о женщине, которая смеясь вышла из виллы Загоры, о способе, которым он её успокоил, и о её явной зависимости от него. Балек заразил её этой болезнью точно также, как и Диану Андермир, и все чтобы обеспечить их полную зависимость от Загоры. Потом ему на память пришел неожиданный приступ смеха, охвативший Тиару, когда они попали в котлован. Неужели та тоже заражена?

Худ был совершенно потрясен. Полный отчаяния, он долго беспокойно мерял шагами номер, потом рухнул в постель и, вымотанный до предела, мгновенно уснул.

Теперь он отмокал в ванне и поджидал известий от Граффа о передвижениях Загоры.

Устав мокнуть, Худ вылез из ванны, насухо вытерся и снова залепил пластырем раны. Официант вкатил тележку с завтраком и Худ почти насытился, когда по телефону снизу сообщили, что его хочет видеть синьор Графф. Немного погодя Артур уже входил в номер.

- Вам что-то заказать?

- Нет, спасибо, - отказался Графф. - У меня не так много новостей. Насколько удалось выяснить, все перебрались сюда, в Венецию. Трудно сказать, останутся ли они здесь. В любом случае я готов поклясться, что они не воспользовались аэропортом и их не видели на вокзале.

- Есть новости из Беллуно?

33
{"b":"65753","o":1}