Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Было уже почти одиннадцать. Он снова осмотрел площадь - на просторном вымощенном пространстве не было заметно никакой активности. Но полагаться на это не следовало. С вещмешком в руках он быстро направился к старинной арке в дальнем конце площади. Пройдя её, укрылся за овощным ларьком и начал наблюдать, не следует ли кто за ним. Мимо прошли три или четыре женщины, усатый старик, муниципальный служащий в форме, и низенький краснолицый мужчина. Наблюдатель Загоры? Худу нужно было найти место, чтобы укрыться на несколько часов.

Он зашагал по чистенькой, залитой солнцем улочке. Вывеска на отеле гласила: "Золотой грифон". Он толкнул узкую стеклянную дверь. Все выглядело просто идеально - отель был маленьким, чистым и темноватым. Внутри оказался выложенный плиткой холл, лестница наверх, напротив - гостиная, украшенная искуственными цветами, а прямо впереди - кафе с низким потолком, оформленное под старину, с угловой стойкой, столиками и кофеваркой "эспрессо". Навстречу улыбаясь вышла рослая женщина лет тридцати пяти, длинношеея красавица в стиле Модильяни.

Да, номер можно снять.

Это был большой двойной номер со стенами, оклеенными обоями, легкой деревянной мебелью, белыми покрывалами на постелях, легкими плиссированными шторами и видом на площадь. Худ выглянул наружу. На стоянке - две пустых автомашины, но наблюдателей не видно.

Худ вытащил пистолет и проверил его. Это был его "кольткобра", пустой, но исправный. Загора, видимо, не собирался возвращать его, и разрядил просто для предосторожности. Худ взял с собой "кобру", которая была на унцию тяжелее его любимого "агента", так как к ней подходили патроны 32 калибра, 38 полицейского и 39 специального. Но где найти такие патроны в Беллуно?

Он развязал вещмешок и переоделся. Новые брюки оказались ему коротки. Он сделал все, что можно, и переставил пояс, потом позвонил и заказал граппу. Высокий парень, вероятно, сын хозяйки, сказал:

- Внизу в зале, сеньор.

- Пришлите сюда.

- Prego.

Когда бутылку принесли, он перешел с ней и бокалом к окну, устроился в уголке и стал наблюдать. Худ собирался вернуться к Загоре днем, в крайнем случае в сумерках. Худ не хотел испытывать судьбу, карабкаясь по горам в темноте, и не испытывал удовольствия от подобной экспедиции. Трудно приблизиться к поместью, оставшись незамеченным. И если Тара там, вытащить её оттуда ещё труднее. Все это не игрушки. Но, в конце концов, именно таково его задание.

Худ понимал, что до начала предприятия нужно держаться подальше от чужих глаз, однако прежде ему следовало кое-что сделать. Он допил бокал, надел шляпу и спустился по лестнице. На первом этаже из номера вышел священник, захлопнув за собою дверь. Худ отметил, что он весь покрыт потом. Это заставило его взглянуть на номер комнаты: 15. В столовой возле лестницы обедали ещё два священника.

Худ вышел на улицу и быстро зашагал к первому же кафе. Там он попросил телефонную книгу, разыскал адрес торговца оружием и отметил мысленно, что тот оказался единственным. Мужчина за стойкой объяснил ему дорогу. Оказалось, что очень нервное занятие - медленно прогуливаться по улице, всячески стараясь выглядеть как можно беззаботнее.

Магазинчик оказался закрыт. Худ погремел ручкой двери, не помогло. Никто не ответил. Ругаясь про себя, он прошел дальше вдоль улицы и чуть было не пропустил скромную дверь и табличку с фамилией и надписью Armaiuolo - оружейник. На звонок ответил пожилой мужчина в кожаном фартуке, глядевший на Худа поверх очков в золотой оправе.

Худ объяснил, что ему нужно, но пистолета не показал пистолета. Мужчина покачал головой.

- Нет, нет, у меня ничего такого нет, сеньор. Только дробовики, спортивные ружья...

- Спасибо, - сказал Худ. - Buon giorno, signor.

- Хотя подождите минутку. Я думаю... Зайдите.

Он прошел в темноватый магазинчик. Худ смотрел через окно на улицу, пока мужчина искал, непрерывно повторяя: "- Я думаю..." - и наконец нашел ящик, смахнув с него пыль. В нем было несколько холостых патронов 22 калибра и три патрона 38 калибра.

- Вот. Все, что у меня есть, - сказал старик. Худ с благодарностью забрал патроны 38 калибра.

Потом вернулся в "Золотой грифон". Священники все ещё сидели в столовой, занятые обедом, но теперь к ним присоединился третий, тот самый потный из номера 15. Из задней комнаты с низким потолком доносился страшный шум; Худ увидел, что та сейчас полна мужчин, причем все говорили одновременно. Он постоял немного, глядя на них. Местные жители с обветренными лицами, в большинстве своем средних лет, сидели в шляпах, много говорили, пили и смеялись. Все пили красное вино. Девушка лет пятнадцати разливала вино из больших синих бутылок емкостью в кварту, которые держала за короткое горлышко. Видимо в силу многолетней практики она наполняла бокалы до самого края и ни разу не пролила ни капли.

Худ вошел и присел. Когда девушка подошла, он кивком указал на бутылку, и она налила полный бокал. Вино оказалось отнюдь не из лучших. Худ сидел в шляпе, разглядывая рекламу Чинзано на узком зеркале. Никто не обращал на него внимания. Четверо мужчин играли длинными узкими венецианскими игральными картами. В зеркало Худ наблюдал за входной дверью. Не доверял он этому городку.

Постепенно зал опустел. Когда он поднялся, священники вышли из столовой, постояли немного в холле, разговаривая, а потом вместе вышли наружу.

Что-то промелькнуло у Худа в голове. Он щелкнул пальцами. Конечно же! В Италии священник был самым незаметным человеком. Теперь он понял, что нужно сделать. Проходя мимо стола, за которым сидели картежники, он незаметно взял из колоды пару карт и сунул их в карман. Потом вернулся в свою комнату, оставив дверь открытой, закурил и прислушался. Не спеша докурил сигарету, спустился на нижнюю лестничную площадку. Потом повернул в коридоре к номеру 15 и снова остановился, прислушиваясь, затем постучал. Если бы кто - нибудь ответил, он сказал бы, что разыскивает воображаемого синьора Борджони.

Худ чувствовал охватившее его возбуждение. Никто не отвечал. Он подергал дверь, но, как и ожидал, та не открылась. Тогда он достал из кармана одну из игральных карт, вставил её между дверью и дверной коробкой и опустил, пока она не натолкнулась на язычок замка. Старый воровской метод, обычно это проделывалось с помощью кусочка целлулоида, но можно было попытаться и с помощью игральной карты или таблички с надписью "Прошу не беспокоить", классического инструмента гостиничных воров. Однако это срабатывало только в том случае, если ключ в замке не повернули.

Взяв карту за край, он провел ею вверх и вниз. Наконец карта оказалась ниже язычка замка. Худ изогнул её, слегка нажал, открыл дверь и вошел.

Он оказался в обычном номере с аккуратно сложенными вещами священника, записной книжкой на ночном столике у кровати, парой больших черных башмаков, фотографиями в рамочках и чемоданами. Худ закрыл за собой дверь и шагнул к платяному шкафу. Там на плечиках висело накрахмаленное белое облачение и сутана. Он забрал сутану, сунул руку в карман, вытащил бумажку в десять тысяч лир и положил её под плечики. Потом поискал шляпу, но ни одной не обнаружил; на крючке за дверью висел берет, пришлось забрать его.

Когда он повернул дверную ручку, кто-то прошел по коридору и остановился. Худ осторожно закрыл дверь. Послышалось звяканье ключа на кольце. Он прижался к стене. Потом немного дальше по коридору повернулся ключ в замке и захлопнулась дверь. Худ вышел из номера.

В своем номере он примерил сутану. Та оказалась ему мала, тогда он взял бритву и разрезал кромки на подоле и рукавах, решив, что так сойдет. Берет пришелся впору. Худ подсчитал, что от городка Мас пешая прогулка до поместья Загоры займет около часа.

Он растянулся на кровати и стал ждать. Казалось, площадь была самым любимым местом местного транспорта. Треск мотороллеров буквально разрывал воздух. Как могли итальянцы, так чутко реагирующие на музыку, переносить такой шум день напролет?

21
{"b":"65753","o":1}