До тех пор, пока одиннадцать месяцев спустя, одной жаркой августовской ночью девчонка с глазами цвета берёзового моря и солнечными волосами вновь не вдохнула в меня жизнь и огонь.
========== Часть 6 ==========
— Крис, давай! — крикнул я в сторону озера. — Гроза надвигается. Поехали.
— Не уходи, — послышался сзади голос Дэвида. — Поедем ко мне домой. Закатим вечеринку, — он лежал на пляжном полотенце, расстеленном на каменистом берегу, обнимая какую-то девчонку, имя которой, скорее всего, не знал. Из стереосистемы моей машины, стоявшей неподалеку, доносилась песня Godsmack “Love-Hate-Sex-Pain”.
Мы вшестером выбрались к озеру, чтобы искупаться и отдохнуть, только к вечеру толпа разрослась до двадцати пяти человек. Завтра утром я должен выйти на работу в автомастерской, чем и решил объяснить свой уход.
Если честно, мне было просто скучно. Я больше не пил на публике. Ходить на вечеринки, отключаться в чужих домах – все это перестало казаться увлекательным, если я не напивался. Я вообще перестал думать о том, что меня увлекало. Теперь мои мысли сосредотачивались лишь на том, как скоротать время.
— О, детка, — простонал Дэвид девушке, лежавшей рядом с ним. — Королевского размера бывает не только Сникерс.
Я улыбнулся про себя, мечтая оказаться в его шкуре. Каждый день Дэвид проживал так, словно у него День рождения, а он – пятилетний ребенок, ныряющий в бассейн с шариками. Банальнейший подкат. Даже не оборачиваясь, я знал, что девчонка купилась. Она захихикала. А я был готов к своему собственному приключению.
— Ты ведь не повезешь меня прямиком домой, да? — Крис, моя нынешняя игрушка, вышла из озера. Брызги полетели во все стороны, пока она отжимала воду из своих длинных темных волос.
Да, я мерзавец. Она не игрушка, знаю. Они все не игрушки. Но у меня с машиной более серьезные отношения, чем с любой девушкой, поэтому я относился к ним как к мимолетному развлечению.
Крис в этом году вместе с нами перешла в выпускной класс. За годы в старшей школе я пересекался с ней не раз, однако она никогда меня не интересовала. Слишком навязчивая и заурядная. Крис знала, что она красивая, и думала, будто это имеет значение. Да, я был абсолютно безразличен к ней. Пока на празднике в честь Дня независимости не выяснил, что её отец – тот самый засранец, арестовавший меня в прошлом году. Мудак-коп, который двинул коленом мне в спину и уткнул лицом в пол, пока надевал наручники. Вот тогда-то мне захотелось с ней поиграть.
— А ты сама как думаешь? — спросил я, на самом деле не спрашивая. У нее великолепное тело, и мне нравилось, что она готова практически на все. Если Крис не будет слишком много болтать, мы продолжим “встречаться”.
— Эй, ты помнишь какой сегодня день? — невнятно пробормотал Дэвид. Его смех отвлек меня от размышлений. — Ровно год назад та девчонка, Сара, сломала мне нос на вечеринке. Ох, она была чертовски зла.
Я напрягся, но продолжил натягивать футболку, не глядя ни на кого.
— Кирилл, разве ей не пора уже вернуться? — поинтересовался Дэвид. — То есть, она же на год уезжала? — подчеркнул он, словно разговаривал с тупицей. — Год прошел.
— Заткнись, придурок, — закатив глаза, потянулся за своими мокрыми шортами. Прежде чем позвать Крис, я успел переодеться в джинсы, укрывшись за деревьями.
— О чем он говорит? — Крис стояла передо мной, но я не поднял на нее глаз.
— Сара. Соседка Кирилла. Она тоже из нашей школы, только в одиннадцатом классе уехала по обмену за границу, — пояснил Дэвид, после чего повернулся ко мне. — Ну, так где она? Я по ней скучаю.
Он поднялся на локтях. Хоть я и сконцентрировал внимание на своем телефоне, все равно знал, что Дэвид за мной наблюдает.
Идиот. Козел. Сраный друг.
Я покачал головой.
— Её отец работает в Германии, ясно? Ему предложили возглавить один проект на семь месяцев, он не вернется домой до декабря. Она начнет учебный год там. Доволен, придурок-которому-необходимо-совать-нос-в-чужие-дела?
Компания, на которую работал мистер Браун, отправила его в Германию прошлой весной, поэтому я следил за их домом и собирал почту, начиная с мая.
Дэвид посмотрел на меня так, словно я запретил ему съесть мороженое на десерт.
— Облом, чувак. Но она, наверно, рада, — добавил он. — Она нас ненавидела.
Порыв удовольствия зародился у меня в груди. Да, еще как ненавидела.
Когда мистер Браун сообщил мне о своей командировке, я устраивал очередную вечеринку. Вместо того чтобы напиваться где-то, я без проблем мог заниматься этим в своем собственном доме. И это помогало. Я ожидал, что Сара вернется из Франции в июне, после окончания учебного года, но когда узнал, что её не будет здесь до декабря, то захотел кого-нибудь впечатать в стену.
Черт, я наслаждался ненавистью к ней, и хотел, чтобы она вернулась.
Однако сейчас лишь проглотил болезненный ком, как делал с прошлой осени. Я привык действовать на автопилоте и притворяться, что меня ничего не волнует.
Пришло время вновь глубже погрузиться в рутину.
— Пошли, — я схватил Крис за руку, направившись к машине.
— Но я мокрая. Мне нужно переодеться, — заныла она.
— Нужно, — сказал, улыбаясь. — И я тебе помогу.
***
Дороги были адски скользкие. Лето выдалось не слишком дождливое, поэтому из-за масляной пленки, покрывавшей улицы, машину постоянно заносило.
Однако желания сбавить скорость у меня тоже не наблюдалось.
Я резко свернул возле своего подъезда и въехал в гараж, прекрасно зная, что мне некуда торопиться. Меня ждал лишь тихий дом, а тишина мне не нравилась.
Закрыв гараж, прошел через дверь, ведущую в кухню, снял свою черную футболку и бросил её в корзину с грязным бельем, проходя мимо ванной. Ткань насквозь пропахла Крис.
— Привет, приятель, — поприветствовал Мэдмэна, сбежавшего вниз по лестнице. — Иди сюда.
Выпустив пса во двор через черный ход, я оставил дверь открытой и поднялся к себе, чтобы поставить телефон на подзарядку.
Как только его включил, заметил, что папа Сары оставил мне сообщение в голосовой почте.
Зачем он звонил?
Мы с ним переписывались всего несколько дней назад. Он проверял, как у меня дела и все ли в порядке с его домом.
Не знаю, чего Джек хотел, но, в любом случае, я не собирался перезванивать ему сейчас.
Услышав громкий скрежет, едва не подпрыгнул.
— Проклятое дерево, — швырнув телефон на кровать, подошел к окну, чтобы раздвинуть шторы.
Дерево, росшее между окнами наших с Сарой спален, доставляло чертовски много хлопот. Нам постоянно приходилось подрезать ветки, иначе они грозили пробить стену насквозь. Этой весной я сказал матери просто его спилить, только технически дерево располагалось на территории Браунов, а они, похоже, не хотели от него избавляться.
Обычно мистер Браун приводил дерево в порядок, но он никогда не оставлял ветви слишком короткими. Я мог до них дотянуться даже после обрезки.
Подняв створку, выглянул наружу и заметил сук, который задевал оконную раму у меня над головой. Раз Джек уехал, мне самому придется завтра с этим разобраться.
Дождь лил как из ведра, заставляя все вокруг сверкать в ярком свете фонарей. Я рассматривал ветки, отгоняя воспоминания о том, о какие из них царапал ноги, или сидел с Сарой.
Я любил чертово дерево, и хотел, чтобы его срубили. Вдруг… я больше не замечал ничего вокруг. Мои глаза увидели солнце в полуночном небе, отчего я замер.
Сара?
— Какого черта? — прошептал, не дыша, не моргая.
Она стояла у себя в комнате, облокотившись на ограду балкона. И смотрела на меня.
Какого черта я сейчас вижу?
Сара должна быть с отцом в Германии, по крайней мере, до Рождества.
Каждая мышца в моем теле напряглась, когда я оперся руками на подоконник, не в силах отвести от нее взгляд. Меня, изголодавшегося, словно в альтернативную вселенную занесло, где она – чертов шведский стол.
Сара дома.
На мгновение закрыл глаза и сглотнул; такое ощущение, будто мое неистово бившееся сердце подскакивало до гортани. Я одновременно ощущал тошноту, восторг и благодарность.
