— О, вот и Элис! Как хорошо, что вы прибыли пораньше сегодня, — после короткого стука открыла двери мадам Помфри, которая была кем-то вроде школьного фельдшера. Рядом на самом деле стоял Дамблдор.

— Доброе утро, Элис, я как раз заглянул к Поппи, чтобы узнать, насколько всё серьёзно, — кивнул директор.

— Я могу видеть сына? — спросила Алиса.

— Конечно, похоже, что Северус уже проснулся, — отчего-то ответил ей Дамблдор. Возможно, невербально проверил магией, а может, и обладал какой-то особой чуйкой.

— Спасибо. Идём, милая, посмотрим, что там с твоим братом, — сказала Алиса Пенелопе, и к их «шествию» присоединился и директор.

Больничное крыло, в которое Алиса до этого ни разу не заглядывала, походило на какую-то часовню или церковь, видимо, из-за пустого пространства, огромного расписного полукруглого потолка на высоте второго-третьего этажа, мозаичного пола и высоких стрельчатых окон с витражами. Она даже огляделась, нет ли какого-нибудь органа в уголке. Школьный филиал больницы Святого Мунго действительно занимал целое крыло Замка. В таких просторах несколько десятков обычных «совковых» железных кроватей без балдахинов и прочей местной атрибутики как-то терялись. Почти в самом конце виднелась белая перегородка-ширма, там, видимо, и лежал Северус.

— Какой диагноз? — спросила Алиса у догнавшей их мадам Помфри, которая левитировала перед собой поднос с жидкой овсянкой и батареей бутылочек.

— У вашего сына нервномагическое истощение… — выдала та свой вердикт. — Скорее всего, колдовал, пока вас не было на месте.

— Дети в этом возрасте весьма увлекающиеся натуры, — сказал Дамблдор. — Не стоит ругать Северуса за это.

Алиса покосилась на директора, но промолчала и не стала уточнять, что и не собиралась никого ругать, особенно до того, как выяснит подробности. Она снова посмотрела на поднос с завтраком от школьного целителя и так и не увидела там сладостей. Видимо, маги предпочитают чуть помучиться и растянуть «удовольствие» от нехватки сил.

Дамблдор «силой мысли» отодвинул ширму, и они узрели бледного Северуса. Быстрое сканирование ауры показало, что его магический резерв пуст, как колодец в засуху. Даже все амулеты высушены.

— Чёрт… — тихо пробормотала Алиса. Это живо напомнило ей такую же ситуацию на одном задании, из-за которой она когда-то попала в «Артек», встретила Игоря Теплова и как следствие умерла и воскресла. Тогда её тоже осушили, и она неделями восстанавливала возможность черпать Силу, питаясь детскими снами.

— Немного укрепляющего, и будет как новенький, — жизнерадостно сообщила Помфри, протягивая Северусу бутылёк. — Выпей это.

— Мам, что это с Северусом? — прохладная ладонь дочери коснулась руки Алисы. Видимо, Пенелопа тоже посмотрела на брата Ясным Взором и не разделила оптимизма мадам целителя.

— Нервномагическое истощение частое явление у тех, кто пытается использовать слишком сложные заклинания, — ответила Помфри. — Я слышала, что Северус силён и любопытен, обычно от этого все проблемы. Дети хотят знать и уметь всё и сразу, а их магия отстаёт от их желаний. Хогвартс, конечно, магический Замок и колдовать здесь довольно легко, но у детей нет своего резерва, и от этого все проблемы…

— Похоже, что вы правы, — хмыкнула Алиса. — Налицо неуёмное любопытство и желание получить всё и сразу без поддержки или совета взрослого.

Северус закусил губу и отвёл взгляд.

— Простите, — буркнул он.

— Я слышал, что ваш Северус получает письма от Северуса Принца, который не так давно обзавёлся учеником? — внезапно спросил директор. — Значит, ты делал какие-то задания? Вероятно, ещё рановато становиться великим мастером зелий.

Алиса немного напряглась. Вроде директор говорил общие слова, но в его ауре было что-то… странное, словно что-то подразумевалось, и это было больше, чем обычное любопытство. Словно на Северуса посмотрели как на… рычаг давления и влияния. Пытаясь понять, что видит, Алиса вдруг сообразила, что в кои-то веки на самом деле чётко просматриваются линии силы и чакры Дамблдора. До этого вокруг всегда было много народа, да и его аура странно резонировала с самими стенами школы — возможно, из-за того, что Дамблдор директор Хогвартса, — и была слишком размытой и плотной. В Больничном крыле то ли стены Замка достаточно далеки, то ли в принципе стояли экраны от магии, потому что мало ли какие заболевания, но директор читался как обычный волшебник.

У Дамблдора была заметно развита чакра третьего глаза, значит, не понаслышке знаком с ментальной магией, хорошо читает поверхностные мысли, возможно, тоже видит ауры. Неплохая чакра и резерв магии, не самый большой, но на уровне чистокровных, хотя поговаривали, что Дамблдор полукровка и его мать волшебница первого поколения. С другой стороны, неудивительно, если он почти всю жизнь торчал на месте Силы, то есть в Хогвартсе. Странно было… Вот. С половыми чакрами и местными отростками обновления было что-то не то. Буквально чёрные «блямбы». Точно не последствия магического брака, а, скорее, старое отсроченное проклятие. Очень похожее по структуре на что-то сумеречное, но…

— Не расстраивайтесь из-за Северуса, Элис, всё образуется, хотя и стоит поговорить с мистером Принцем по поводу чрезмерных заданий… — отвлёк её от разглядывания Ясным Взором «журчащий» голос директора. Как оказалось, интонации не зря всегда казались ей странными и резали слух. Горловая чакра при этом работала на полную мощность. Вроде и не заклинания говорит, а просто слова, но чуть приправленные толикой силы, они обладают небольшим гипнотическим эффектом. Практически внушение восьмого уровня, вроде бы ничего особенного, но вовремя сказанное… Люди и маги со слабой волей… или маленькие дети, к примеру, точно покупаются и верят всему, что говорит этот импозантный седовласый старик.

— Поговорить? — переспросила она. Любая фраза с заложенным глубинным смыслом всегда конкретна. Например, если сказано «поговорить», то написать или донести какую-то информацию иначе нельзя.

— Возможно, он сам захочет приготовить для Северуса укрепляющее зелье, — кивнул Дамблдор, — помнится, Принц тот ещё перфекционист. Пока сам не увидит, что его ученик слёг от невыполнимых заданий, не поверит. Так что я могу предоставить в ваше распоряжение свой камин. Он настраивается на гостей.